Выше, чем звезды (СИ)
Несколько секунд тишины на переваривание информации и взгляд по сторонам. Из взвода осталась, хорошо, если треть. Вернуться назад? Даже, пускай и с подкреплением? Что ж, это их работа.
— Принял, осознал, понял, товарищ полковник, — четко произнес майор. — Координаты сейчас передадим, подкрепление ожидаем и есть обезопасить эвакуацию гражданских!
Этот приказ и завел их в отделение банка, где крепкие стены и зарешеченные окна. Самое безопасное место, когда ты в роли жертвы, а охотники вполне себе способны разорвать взрослого человека по полам. Уже способны.
— Семьдесят третий, ответь Базе, прием, — позывной взводу Коростылева назначили именно такой.
— Семьдесят третий слушает, прием, — задержав дыхание, постарался ровно выдать майор.
— Ваш выход через улицу Талалихина, двигайтесь двести метров прямо по ней, никуда не сворачивая, просвет имеется, — уставший голос с той стороны старался говорить четко и понятно. — Дальше единственный вариант это проскочить метров четыреста через нахлёст зон от двух обелисков. Это единственный и кротчайший путь. Семьдесят третий, зона слияния увеличивается, если промедлите, коридор может схлопнуться. Как понял? Прием.
— Понял тебя, База, выдвигаемся, прием, — полученная информация настроения не добавляла.
— Ну, что, мужики, — спустя десяток секунд тишины, слегка повысил голос Коростылев. — Четыреста метров через ад? Все готовы?
Глубокая ночь этого дня, который так и не думал заканчиваться. Шестая, или уже седьмая вылазка за гражданскими? Их, кстати, собрать удалось всего лишь три десятка. И это под прикрытием сорока восьми бойцов.
— БэКа маловато, — повторил младший лейтенант Свиридов — пулеметчик группы. — Не развернуться.
— Четыреста метров, — проворчал другой солдат, — авось и вообще стрелять не придется.
— Сам-то веришь? — усмешка с другой стороны. — Эти чупакабры такую грядку мяса ни за что не пропустят.
— Атставить пугать гражданских! — повысил голос Коростылев. — Собираемся, народ. Финишная прямая и дома.
Практически сотня человек, больше половины, из которых люди с оружием это необходимость. Насколько знал Сергей, по Москве работало больше сотни подобных групп, что обеспечивали безопасную эвакуацию мирняка. Никакой техники и тяжелое испытание для пехоты, особенно, когда извлекать людей приходится посреди тесных дворов заселенных многоэтажек.
Отступление 6
Первая полевая исследовательская лаборатория по изучению воздействия полей инопланетных обелисков на земные организмы и материалы.
Окраины Санкт-Петербурга.
— Ну, что, коллега, опыт довольно-таки занимательный, — с напускным апломбом выдал человек в костюме полной химической защиты.
— Прекрати паясничать, Саш, — сморщился второй, мужчина постарше. — Чем быстрее мы работаем, тем, возможно, больше жизней удастся спасти.
— Да брось ты, Петр Максимович, — отмахнулся Александр. — Подобные масштабы вторжения ставят крест на всей нашей цивилизации. А вот с таким вот биологическим оружием, — пинок тела твари, что без влияния зоны разлагалось куда как быстрее, нежели возможны естественные процессы, — да при поддержке зон обесточивания, даю нам, в смысле человечеству, месяц, не больше.
— Экий ты оптимист, — старческим голосом прогундел третий присутствующий, стягивая с себя костюм. — Коль увеличат зону покрытия, никакого месяца у нас не будет. Снимайте эту дрянь, нет там никаких патогенов.
— А, если наше оборудование пока еще не в состоянии их обнаружить? — не скрывая скепсиса к заключению своего пожилого коллеги, протянул Саша.
— Тогда умрем мы, — спокойно ответил дедок, — а также те тысячи людей, что так или иначе, но имели контакт с этими существами.
— Игорь Андреевич! — окрик из вне привлек к себе внимание. — Там Константин Сергеевич интересуется о результатах. Есть, что рассказать?
— Да, Коль, — повысил голос дедок, — сейчас выйду, доложусь. У себя он?
— Так точно, Игорь Андреевич, у себя, — ответ который только морщиться заставил.
Ну, не любили в среде высокоинтеллигентных ученых такую повсеместную военщину. И это даже с учетом того бардака, что происходит сейчас на просторах Земли.
— Вы заканчивайте пока, — махнул рукой Игорь Андреевич, — а я доложусь, схожу. Наврятли тут что-то новое всплывет.
Недовольное ворчание своих молодых коллег осталось, естественно, без ответа. Как глава созданного на коленке ученого совета, который руководит полевой лабораторией в виде закрытой палатки, авторитет он имел неоспоримый. Иронично, конечно, судьба распорядилась. Из современного научного института, в палатку у заиленного пруда.
Вот так, размышляя о превратностях судьбы, пожилой научный деятель миновал несколько постов, чтобы по приглашению зайти в здание пиццерии, что сейчас приспособили под помещение штаба. Через общий зал, коридор с отдельными комнатами и в кабинет для большого начальства. Уже здесь, присесть на свободное кресло и сняв очки, устало потереть глаза. После достать видавший виды платок и привычным успокаивающим действом начать протирать чистые линзы очков. Взгляд его сощуренных глаз выдавал сильную усталость. Ну, это и не удивительно, для семидесяти трехлетнего человека, отработавшего всю ночь.
— Прошу прощения, Игорь Андреевич, — с такими словами влетел в кабинет мужчина с большими звездами. — Сами понимаете дел у нас сейчас невпроворот. Давайте перейдем сразу к ним. Удалось что узнать? Информация сейчас нужнее воздуха!
— Ох, Константин Сергеевич не принижал бы ты значение воздуха, — на полном серьезе произнес дедок. — Станется ведь, что с такими технологиями им и воздух нам перекрыть не сложно будет, — поджатые губы ученого и в удивление взлетевшие брови военного. — Но, скорее не так всё будет. Коль с насекомыми у них такое сходство, то наоборот насыщать атмосферу кислородом станут. Да, так логичнее всего получается. А, что касается твоего вопроса, то да, информация у нас имеется. И полезная, и не очень. Уверенности в ней, правда, кот наплакал. С какой начать?
— Не пугайте вы так, — выдохнув, медленно покачал головой высокий военный чин. — Сейчас всё, что угодно ожидать можно. А начнем мы, пожалуй, с такого вопроса. Удалось узнать по какой причине какие-то люди обращаются, а какие-то нет? У каких-то скорость мутаций протекает за считанные секунды, а кто-то обзаводится лишь незначительными изменениями?
— Хо-хо, — покряхтел дедок. — Уверенности у нас нет, но предложение имеет место быть. Всё дело в том, что у всех, точнее у тех семи особей, что вы притащили, зашкаливают показания онкологических маркеров. Так же, проверили кровушку и у только погибших бедняг, что смертушка застала в процессе, так сказать. Семь из десяти имели подтвержденную и задокументированную онкологию. Остальные трое по документам чисты. И здесь они, либо, еще не знали о своих проблемах, либо, наши выводы не до конца верны.
— Так, так, — стуча пальцами по столу, задумчиво пробормотал военный. — По всему выходит, что это поле, или изначальная волна заставляют раковые клетки в организме человека мутировать с огромной скоростью. Я правильно понимаю?
— С огромной скоростью, — криво усмехнулся дедок, — это ты правильно подметил. В любом случае, ничего общего с естественным ходом вещей это не имеет вовсе. По крайней мере, ходом, привычных для нас, вещей. На коленке за полночи много научных открытий не совершишь.
— Ну, тогда непонятен логический посыл такого частичного покрытия поверхности планеты, — нахмурился военный. — Ведь, существа эти живут только в зоне покрытия, и это дает нам, какое-никакое, но поле для маневров. Для чего?
— Банально не хватило караблей? — забросил вопрос ученый. — Всё-таки этих обелисков прилетело несколько десятков тысяч.
— Со стороны военного опыта, тогда имел бы смысл накрыть одни лишь только города, — покачал головой мужчина. — Но этого не произошло. То, что в водоемы корабли не приземлялись это понятно. Но почему такое плотное покрытие, лесов, да гор? Сильно сомневаюсь, что они не в состоянии проконтролировать точки приземления. С их-то теологиями? Такого просто не может быть.