Имба (СИ)

Перед тем, как они расстались с братьями в Иши, Шисуи показал несколько приёмов медитации, и Обито несколько недель почти безвылазно, если не считать двух коротких встреч в буцумэцу, медитировал, желая «переварить» всё то, что с ним случилось, понять, кто он есть и что ему делать дальше. Потому что вопросы возникали. Тем более, что рассказанная братьями история про нападение на Минато-сенсея и на мелкого Итачи человека в такой же маске, как у него, вызвала у Обито какие-то смутные и странные сны, и с этим он тоже хотел разобраться.
А на третью неделю сны стали чётче и в них было ощущение, что им управляют, как марионеткой, он видел круги какой-то смутно знакомой печати, кто-то отдавал команду «стереть!», а потом наступала темнота. И это точно не значило ничего хорошего.
* * *
Обито посмотрел на полную луну, ярко освещавшую долину. Сегодня был третий буцумэцу с той поры, как Итачи и Шисуи вступили в ряды «Акацуки». Два предыдущих раза, когда он перетаскивал братьев на встречи, Обито передавал им, что успевал подглядеть в Конохе через приобретённый «чудо-шар». Впрочем, его больше интересовала Рин-Чиё, поэтому и рассказывал в основном про неё. Однако стоит отметить, что очень удачно сложилось, что Чиё устроили в клане и её жизнь была связана с родными Итачи и Шисуи, так что братья вроде бы с интересом слушали. Чиё неплохо влилась, жила у матери Шисуи, играла с его младшей сестрой — Юмико, обзавелась подружкой — которую, кажется, звали Изуми, — и начала обучение у Кабуто, который когда-то обучал Итачи. Чиё подтвердила свой ирьёнинский С-ранг и временно устроилась на работу в Госпиталь, а ещё стала помогать с обучением на ирьёнина младшему брату Итачи — Саске. Это позволило и Обито поближе познакомиться с новым кланом Учиха, в котором появилось много новых лиц, да и в силу возраста и шедшей во время его детства войны, хорошо проредившей клан Учиха, как и многие другие кланы Конохи, он как-то мало с кем был близко знаком.
— Ты только наблюдаешь? Не хочешь поболтать с Чиё вживую? — в последнюю встречу спросил Шисуи. — Она же твоя невеста.
И Обито всерьёз над этим задумался. А хотят ли Итачи и Шисуи побывать дома? Сообщить, что с ними всё в порядке… Хотя, конечно, это могла быть не очень хорошая идея. Ведь они покинули Деревню без разрешения, но… Выдали ли бы их родные? Или это только их подставит, если про это узнают?
В полночь Обито сконцентрировался на Шисуи, который стал напарником Сасори. Проблема была в том, что параноик из Песка прятался в специальной кукле и никогда не было ясно, спит он на самом деле или нет. По договорённости, Шисуи отходил «в кусты» и делал теневого клона в то время, когда Обито забирал оригинала в «Камуи». У Итачи всё было проще: на Джузо вполне действовали иллюзии. К тому же Итачи сказал, что его напарнику всё равно, где он «гуляет» половину ночи, и иногда Джузо и сам «где-то гулял» и просил Итачи не следовать за собой — в этом у этой парочки была полная идиллия.
Обито выпустил обоих братьев в своей речной долине.
— Хм, Страна Травы? — спросил Итачи, оглядевшись.
— Да, а те горы — это Страна Водопада. Я нашёл то место, где приобрёл свою силу и… тот ментальный блок, — кивнул Обито. — Тут недалеко. Когда-то здесь был бамбуковый лес, но за прошедшее время всё несколько видоизменилось. Хотел вам показать.
В убежище Мадары ничто не указывало на то, что это не просто пещера, которыми изобиловали местные предгорья, но на Обито снова навалились воспоминания. Если подумать, то, как помогал ему с восстановлением Гуругуру, обволакивая собой, походило на то ощущение из сна.
— Я не уверен, но после снятия блока мне стали сниться сны. Возможно, ко мне применили какую-то технику марионетки, которой как-то хвастался Сасори. Когда Орочимару внезапно пропал, Сасори сказал, что помощник Орочимару — Кабуто… — Обито замер, вспомнив, что так же зовут учителя Итачи, который сейчас занимается с Чиё ирьёдзюцу.
Братья переглянулись.
— Это я убил Орочимару, — признался Итачи со вздохом. — Случайно вышло.
 
— Что? — переспросил Обито, чувствуя себя глупо. — Ты убил Орочимару? Но… он пропал… довольно давно. Тебе же… Всего… И что значит «случайно вышло?»
— Орочимару заявился в Коноху, а я дежурил в АНБУ… — пожал плечами Итачи. — Потом завертелось… А его тело и все улики я уничтожил и не сказал никому, потому что там было что-то непонятное с политикой. Орочимару же ученик Третьего, который бросал тень на своего Учителя. Да и по книге Бинго его желательно было живым… В общем, бумажек бы было! Не представляешь, сколько отчётов мы пишем. Короче, я решил, что моё спокойствие и спокойствие клана дороже награды.
— А Кабуто? — моргнул Обито. Итачи не врал, да и был гораздо сильней, чем выглядел, но… всё равно… Орочимару же… Да и было это почти три года назад, значит, Итачи было всего одиннадцать лет. Вот как он умудрялся скрывать такую силу? «Акацуки» вообще только на Шисуи рассчитывали, а Итачи, оказывается…
— А Кабуто? Ну… Насколько я разобрался, ту печать Сасори ему ещё Орочимару убрал, точней, видоизменил, чтобы вызов техники был, а сознание не подчинялось. Да и Кабуто не на одного Орочимару работал, на Данзо ещё.
— Кабуто типа трофея Итачи, — пояснил Шисуи природу этих отношений. — Так что этот ирьёнин поклялся в верности и вошёл в клан Учиха.
— Да, он полезен, — кивнул Итачи. — Но о том, что Орочимару больше нет, ты Кабуто не говори, он расстроится.
— Ясно, — Обито сосредоточился на том, с чего начал. — В общем, возможно, у меня тоже какая-то печать…
— В голове вроде бы ничего больше нет, — после паузы сказал Шисуи. — Но если часть тела у тебя приживлённая, то печати могут быть там. В бане мы на тебя шаринганами не смотрели, а так на одежде противосенсорная защита.
— К тому же, чтобы выявить какие-то печати на теле, надо чакру концентрировать, — кивнул Итачи.
Обито кивнул и начал раздеваться.
— Очень необычно, — с научным интересом протянул Итачи, касаясь груди Обито ладонью и запуская в него нейтральную чакру. — Оно… м… как бы это сказать. Ты уверен, что тебе заменили только половину?
— Да, а что? — спросил Обито.
— Хн. Я чувствую, что ваши клетки как бы смешались. Словно эта половина… Это может быть только в случае, если…
— Если что? — поторопил задумавшегося Итачи Обито.
— Клетки Первого Хокаге весьма капризны, требуется множество защитных печатей, чтобы удержать их от деления и захвата тела, даже не столько захвата, сколько прорастания деревьями… Я видел такое у Данзо, которому приделали руку. Она была оружием, но опасным для самого пользователя. Тут же… клетки Первого Хокаге захватывают тело, теперь ты не наполовину это тело, а почти на три четвёртых, но делают это иначе, чем с другими. Поэтому можно сделать единственный вывод, это возможно, если ты не только Учиха, но и Сенджу, и в тебе достаточно их генов, чтобы не отторгнуть подобное тело, а слиться с ним. А значит…
— А значит, то, что выбрали меня — не случайное стечение обстоятельств, — понял Обито.
— Из того, что ты рассказывал, — осторожно протянул Итачи. — Слишком много, знаешь, таких совпадений, что статистически, конечно, могли произойти, но не все разом. У тебя тело идеального реципиента для клеток Первого, полностью совместимых с тобой.
— Насколько я знаю, Орочимару когда-то пытался приживить клетки Первого детям, но из всех экспериментов выжил только Ямато, который был в группе Итачи под руководством Какаши-сана. То есть одним из этих экспериментов ты быть не можешь, — выдвинул предположение Шисуи.
— Хотя у Ямато тоже есть проблемы с памятью, — задумчиво протянул Итачи. — Сконцентрируй чакру, посмотрим, есть ли на теле печати.
Обито послушался, и Итачи снова начал проверять его и надолго замер за спиной.
— Это же… — выдохнул Шисуи.
— Да… — словно набат прозвучал голос Итачи, который коснулся самого центра спины Обито. — Это печать перемещения Четвёртого Хокаге. И она проставлена на это тело.