Старшеклассник без клана. Апелляция кибер аутсайдера 4 (СИ)

— Как ты понимаешь, для тебя это козырем не является — просто прими к сведению. Отгадай с трёх раз, если это, — кивок на замершее изображение, — была моя более чем лояльная ко мне сотрудница моего офиса, то что с твоими бабами может быть? Ты же с парой латиноамериканок встречаешься? Молчишь?
Я действительно молчу. В первую очередь потому, что этот его файл не копируется моими программами ни в каком режиме — даже в оптическом.
Странно.
Я бы ещё понял, если бы…
Не дождавшись моего ответа, Хадзимэ продолжает, развеивая изображение и прерывая мои попытки сохранить информацию:
— Так это я ещё образованный и интеллигентный человек; против этой сотрудницы ничего, по большому счёту, не имею. А что если в случае твоих тёлок за дело возьмутся якудза? С тремя классами образования и огромной изобретательностью в интимном плане?
— Вы знаете, у меня для вас есть встречный файл.
— Какой? — он заинтересованно и удивлённо поднимает правую бровь.
На следующие полторы секунды наша с ним беседа подвисает: я бью все собственные рекорды по ускоренной коммуникации в оговоренном закрытом канале.
Получив разрешение Миру, ставлю ему на воспроизведение её ролик:
— Да иди ты на*уй! — живо и непосредственно предлагает весьма красноречивое лицо его собственной дочери его же изображению.
После некоторой паузы и нашего взаимного молчания Хамасаки нажимает отбой первым.
Как по заказу, буквально через три-пять секунд раздаётся стук в дверь:
— Это я! — сообщает с той стороны голос Тераяма.
У меня где-то на заднем плане мелькает подозрение: она полностью слышала всю эту беседу.
Какие из этого можно сделать выводы — понятия не имею.
* * *
— Привет, — Айя пробкой выскочила из лимузина практически одновременно с Эрнесто.
Он подъехал на пару секунд позже. Заглушив мигалку, полицейский просто хлопнул её по подставленной ладони и, не говоря ни слова, потрусил рысью в направлении здания.
Покосившись на пару сопровождающих из эскадрона, она, недолго думая, побежала за ним.
Люди мамы, едва окинув взглядом манипуляционное помещение, тут же пошли обратно на ресепшн.
— Где? — соотечественник и сотрудник восемнадцатого участка в одном лице вопросительно поднял подбородок, впиваясь взглядом в Рыжего.
— Да вон лежат! — одноклассник без пиетета сплюнул в угол, где у стены действительно шевелилась пара тел.
А вот третье не шевелилось.
— Привет и тебе, — войдя вслед за Эрнесто, Мартинес за руку поздоровалась с Тераяма.
— Привет! — глаза Тушканчика вспыхнули неподдельным энтузиазмом и эйфорией. — Чёрт, не могу поверить. Это действительно ты.
— Давай прибережём наши восторги для более подходящей обстановки? — вздохнув, дипломатично предложила она. — Теперь уж точно друг от друга никуда не денемся.
— Выйди! — Эрнесто почему-то рявкнул только на одноглазую.
— Эй, я Тераяма! — японка явно закусила удила и за словом в карман не полезла.
— Да хоть… пожалуйста, просто выйди на половину минуты.
Надувшись, учащаяся первого лицея обиженно исчезла в коридоре.
— Дрался, есть повреждения. — Вальдес, не обращая внимания на пару сообщников, принялся водить виртуальным датчиком диагноста над трупом. — Свежие. Нелетальные. Я, конечно, не криминалист, но пару слов прямо сейчас скажу.
Рыжий зевнул и абсолютно равнодушно шмыгнул носом.
— Не тяни, — потребовала Мартинес. — А то и я щ-щас тут окочурюсь.
— Инсульт. Родной, собственный, — без пауз выдал полицейский. — Возможно, была собственная аневризма. Очень на то похоже.
— А может быть, что сосуд треснул после того, как Рыжий ему по мордасам съездил?
— Может, — спокойно кивнул Эрнесто. — Ай, не тупи. После категорически не означает вследствие.
— Фуф. Это твой официальный приговор? — выдохнув, она, естественно, на радостях тут же затупила ещё раз.
Соотечественник молча прикрыл веки, поднял брови и закатил глаза.
Затем покрутил пальцем у виска и похлопал ладонью себя по лбу:
— Можно просьбу?
— Какую?
— Следующие три минуты перед тем, как меня о чём-то спрашивать, умоляю: считай мысленно до четырёх?
 
— Э-э-э, окей. — Если бы она была более чувствительной, ей бы сейчас стало неловко. — Рыжий, привет! — к однокласснику она повернулась уже совсем с другими эмоциями.
Подхватив его под руку, Эскобар-младшая потянула Седькова в коридор, спрашивая через плечо Вальдеса:
— Ты дальше сам?
— Да, но вы далеко не уходите. Я на связи с дежурной группой, они уже быстрее чем через минуту подтянутся. Будут его опрашивать, — земляк указал взглядом на Виктора. — Параллельно его законный представитель потребуется.
— Тика Хамасаки едет, — уверенно заявила латиноамериканка. — У меня сейчас прямо мама на связи, а с ней — она.
Получилось запутанно, но Эрнесто понял:
— Я послежу, чтобы оформили нормально.
— С нас причитается.
— Не сомневаюсь. Всё, валите.
Они отошли буквально на несколько метров, когда Рыжий, воровато оглянувшись по сторонам, громко спросил Вальдеса:
— Эрнесто, а в туалет можем зайти?
— Сколько угодно.
В следующую секунду Айя с удивлением почувствовала, что её подняли в воздух и несут вперёд. Двери одноклассник без затей открыл ногой.
— Кажется, можем осторожно выдыхать. Я волновалась, — призналась она после того, как Виктор зачем-то закрылся изнутри на замок.
— Зря. — Седьков жадно впился в её губы.
_______
Несмотря на весьма интересную ситуацию, ей, кроме прочего, было смешно и весело.
— Мне кажется, со мной вместе сейчас вся стенка трясётся, — шёпотом бросила она через плечо в паузе между ритмичными толчками сзади. — Ненасытный ты мой.
— Она. Каменная. Тебе. Кажется. — Просопел Рыжий в четыре присеста, изо всех сил стараясь не сбиться с ритма. — Фу-у-уф. Спасибо… Чмок! А то уже думать ни о чём не мог! — Пожаловался одноклассник. — Прямо эротические грёзы наяву, — добавил он через некоторое время вполне нормальным голосом.
— Упс. Я тебя сегодня в школе продинамила, — поправляя части гардероба, дисциплинированно припомнила латиноамериканка, которая никогда ничего не забывала.
Особенно — своих обещаний.
— Не только в школе! — обиженно выпалил Седьков. — И в доме тоже!
— Ну, я рада, что у меня получилось вовремя всё исправить, — она улыбнулась и обняла его, прижимая к себе.
— Ещё не всё. Через пару минут нужно второе исправление.
— Как скажешь. А чё это на тебя накатило?
— Да Хадзимэ сразу перед вашим появлением звонил. Такая скотина, слушай! — одноклассник набрал побольше воздуха и загорелся своим неповторимым набором эмоций, как всегда, когда очень хотел поделиться чем-то сокровенным.
— Пугаешь. — Она абсолютно рефлекторно и по многолетней привычке сделала серьёзное лицо, собираясь пошутить. — Стесняюсь даже спрашивать, о чём это вы с ним ворковали, если у тебя после того разговора… — Мартинес потрогала кончиком пальца брюки Виктора.
— Да тьху на тебя! — он непосредственно возмутился и очаровательно покраснел. — Это же не то, что ты думаешь!
— И как здесь не заржать, — растянув губы в узкую полоску, она врубила нейрокоррекцию, чтобы выглядеть серьёзной.
— Бл*. У вас даже самые обычные фразы превращаются во что-то двусмысленное!
— Меня восхищает, когда ты жалуешься на меня мне же, — хохотнула она. — Расслабься, шучу.
— Да я так и подумал. В общем, этот мудак вначале об акциях компании говорил. А потом ролик прокрутил, на котором…
_______
Там же, через некоторое время.
— … второе: не парься. Мне тоже кажется, что у него просто едет крыша, — она со всей серьёзностью отнеслась к услышанному. — Чтоб тебя успокоить: именно на такой случай и существует эскадрон. Просто не ездим без сопровождения — и на этом точка.
— Да стремновато всё равно, — поёжился Седьков. — Вы же реально моё слабое место.