Прорыв (СИ)
Ходок стоял близко, видел, как командир медленно стволом перевернул труп бандита и отпрянул. В сумрачное осеннее небо Зону невидящим, нечеловеческим взглядом уставились мёртвые глаза излома. Правой руки не было. Той самой, о которой говорят, что она метра три с когтём, вроде как у богомола. Не было совсем, потому что она была оторвана. Вот отчего столько крови!
И тут в голове новичка что-то встало на своё место. Он вдруг чётко вспомнил своё ощущение там, когда под командованием Проводника-Резанова они медленно шли вперёд по потрескавшемуся мокрому асфальту. Ходок был на левом фланге и что-то заставило его показать командиру на кусты обочины. Вот именно это сейчас он и почувствовал ясно, резко развернувшись крикнул: «КОзак, сзади!» и высадил магазин своего строго калаша между оторопевшими командиром и пулемётчиком. Те, поворачиваясь, как в замедленном кино, увидели пошедшую какими-то пузырями, лопающуюся реальность. Это, получив несколько попаданий, крупный кровосос сбился с шага, заревел и через секунду потерял остатки маскировки. Сзади крикнули, затрещал ПП Севана, Ходок повернулся к новой опасности, пытаясь выщелкнуть пустой магазин, но был сбит электричкой. Так ему, во всяком случае, показалось.
Удар был нокаутирующим, от того, как приложился спиной, воздух рывком вышел из лёгких, в глазах вспыхнуло и потемнело на мгновение. Но офицерская броня Долга выдержала, Ходок не потерял сознания и попытался откатиться. Но в следующий момент почувствовал на себе всё ту же электричку. Туша в центнер с гаком придавила его к земле. На очки боевого шлема упали тёмно-красные слюнявые щупальцы. Тварь пыталась найти слабое место в сочленении брони, елозила этими тенаклями по маске и по шее. Молодой сталкер попытался дотянуться до пистолета, но был полностью обездвижен здоровенной тварью.
А через пару секунд на его лицо брызнула тёмная жидкость от разлетевшейся башки кровососа. Ещё через долгую минуту с него свалилось мокрое от кровищи тело тварюги. Это экзопулемётчик Козак оттащил его за ногу.
Ходок сидел на земле и пытался отдышаться, бессмысленно размазывая липкую тёмную кровь по окулярам боевого шлема. Пока Севан не потряс его за плечо:
— Эй, молодой, ты слышишь? Не три ты её, снимай. Всё уже!
Действительно, от шока даже не сообразил снять сферу. Сталкера немного тошнило, и голова шла кругом. Севан, как медик квада, заметил неадекватную реакцию товарища и поводил перед его носом пальцем. Удостоверившись, что обошлось без сотрясения мозга, сказал медленно встать, поднять руки, указать, где болит или что-то мешает. После боя иногда не чувствуются травмы и раны, надо прислушаться к организму, пояснил он.
Ходок, хоть и помятый, обалдевший от встряски и близкого контакта с кровососом, но в порядке. Чего нельзя было сказать о командире. Пуля, тоже без шлема, кривился и шипел, пока Козак пытался снять с него рюкзак. Правая рука была прижата к телу, видать пострадала. Севан пришёл на помощь вместе они рюкзак очень аккуратно сняли.
— Снимай броню!
— Погоди, командир, не надо тут, — начал Севан, но то его оборвал:
— Снимай, говорю, пока не раздуло воспалением! Тут сейчас никого всё равно, мы на их территории, а они вон лежат! — левой рукой махнул на трупы тварей. Мысль была верной, на охотничьей территории пары кровососов никого сейчас уж точно не шаталось: ни бродяг, ни мутантов. Хоть это и так, но Ходок автоматически подобрал свой калаш, ведь все свои были сейчас заняты, надо прикрывать. Ствол автомата был погнут, а магазин вывернут, выдран, что называется, с мясом. Это всё, на выброс оружие. Пуля распорядился брать в рейд старые стволы. Новые были не пристреляны, непривычны. А Ходок, получается, пошёл со своим личным потёртым АКМом. Ладно, на базе ждёт новенький АК-19 под натовский патрон, но сейчас-то как быть? С этим вопросом он подошёл к командиру, но там были заняты. Севан извлёк из контейнера арт Ломоть Мяса, а из своего нагрудного — Каплю. И начал лечение.
— Тыщ лейтенант, мой ствол всё.
— Вот! — обращаясь к Севану и продолжая свою мысль, реагировал Пуля, — видишь, никак сейчас без лечения было. Я без руки, у молодого ствола нет.
— Я пока ему свою ПП-шку дам. Ты не дёргайся только, командир! — и показал молодому сталкеру головой, мол, сними с плеча и забирай. Руки его были заняты.
Ходок сделал пару шагов в сторону, чтобы не мешаться, и наткнулся на труп второго кровососа. Этот был темнее и крупнее, кило на триста, поди, потянул бы. Козак перевернул его только что. Грудь и голова твари были часто утыканы входящими пулевыми отверстиями. Один выстрел, видимо, тот самый, что и завалил это чудище, пришёлся в глазницу.
— Это самец, а на тебя самка кинулась. Пробежал между нами, мы отскочили командир в одну сторону, я в другую. Ну, то есть как отскочили… Вишь, командира он лапой достал. Хорошо, не перелом, а так, Севка сказал вывих с растяжением, — показывая на кровопивца, поделился Козак, — как ты его увидел то?
— Да я и не увидел, — честно ответил Ходок, — как-то почувствовал, что оттуда опасность. А сказать не успевал, решил сразу стрелять.
Голова предательски закружилась, подступила тошнота, Ходок качнулся. Козак тут же поймал его и усадил рядом с Пулей.
— Ты чего? — склонился над ним Севан.
— Замутило что-то, не знаю. Сейчас лучше.
— Да, всё-таки сильно она тебя приложила, видимо микросотрясение есть всё же.
— Его тоже обработай, а то идти не сможет, стрелять подавно, — показал на артефакты командир квада. Козак сунул в руки Ходока флягу с водой.
— Да, сделаем. Парень, а ты ведь нас спас, выходит, — ответив Пуле, обратился к Ходоку Севан.
— То да, — командир уже выглядел лучше, протянул руку к фляге, что недопил Ходок, — как ты почуял то?
— Сам не знаю…
Идея с вертолётом была отличной. Транспортник прилетел и забрал случайно попавшие к Долгу магазины, предназначенные для автоматической башни Hitfist на Северном. Привёз мебель, разобранные койки и медаппаратуру для госпиталя, инструменты оружейникам, новые комплекты брони и по мелочи ещё тонны на две. Обратно прихватил генерала с тремя квадами: Колобка, Пилота и самого Резанова. Высадил прямо на территории Депо. Пуля со своими уже ждал там с вечера.
Сидя в бывшем кабинете местного босса мафии по имени Султан, генерал с новым командиром базы полковником Колубаевым слушали отчёт лейтенаата.
— Я первый раз такое встречаю, хоть и пару лет уже по Зоне хожу. Они, то есть пара кровососов этих, устроили ловушку. Брали нас на живца.
— Именно вас? — переспросил Колобок.
— Именно, тащ полковник! Именно! Они поймали излома, его подрали, но не до смерти. И главное — ему конечность эту оторвали. Просто оторвали и всё. Он живой был ещё, в луже крови лежал, стонал мол помоги кореш и про тыранули. Я, понятно, сначала контрольный ему, и всё внимание то было на нём! Стояли грамотно, полукругом далеко, и дистанцию меж собой держали на случай самоподрыва. Я как понял, что не человек — перевернул его, а руки нет! Сосяры этого и добивались! И в момент как я подошёл к раненому типа бандиту, так и бросились с противоположных сторон.
— Погодь-ка, — остановил рассказ лейтнанта Резанов, — а плащ значит у Деды был бандитский, драный?
— Ну да, кожаный, грязный и старый, а что?
— Надо же как жизнь оборачивается, — он вспомнил ту ночь после Мозголома, что провели с квадом Колобка и охотниками Гонты, — товарищ полковник, а ты не догадываешься, что это за хмыря отловили для наживки сосыч с супругой?
— В смысле? — не вполне понял вопроса Колобок.
— Мы с тобой встретились, помнишь в Долине, пришли ночью с Призраком? И отправились Шульгу подменить возле пролома, потому что Данила Мастер сказал, что видели тут Деду Сутулого. Так он это, откуда другому взяться так близко!
— Дааа, а ведь прав ты, товарищ генерал, — усмехнулся Колобок, — это мы в Тёмной Долине были тогда, уж месяца два почти назад, — пояснил он Пуле, — Оттуда пришли вместе, может помнишь? Ну ты продолжай!