Рыжая на откуп (СИ)

— Я, конечно, сомневаюсь в умственных способностях Карнона, но не в Агатесе, — Ноа поворачивается ко мне. — Колдун очень незаурядная личность. Я бы хотел узреть Агатеса в начале его пути.
— У меня есть вариант аннулировать сделку без обязательной смерти всех моих родственников или избавиться от метки каким-нибудь научным методом? — я слабо смеюсь. — Перспективы у меня не очень радужные, профессор.
— Где была заключена сделка? — Ноа подходит ко мне и заглядывает в глаза. — У источника? Так?
Я неуверенно киваю и печально заламываю руки.
— Уничтожить источник и убить Карнона и Агатеса, — мужчина поглаживает бородку. — Упустим, что для молодой особы будет очень непросто одолеть Божество и могущественного колдуна. Последствия в случае вашего успеха для города будут весьма неприятные. В том числе и для горожан, и для всех Ноа. Мы все часть единого целого. Как бы мы ни презирали Карна, но именно его источник и запустил процесс рождения Ноа, когда Лесное Божество ушло в спячку и пришли люди. И самое забавное, что мы тоже привязаны к городу. Мы не можем его покинуть на долгое время. Карн в отвратительном ритуале привязал себя к Источнику, и рожденные после оказались лишены свободы. Поэтому Ноа не любят двух балбесов, которые пошли против правил.
— Я, как и вы, в полной заднице? — горько усмехаюсь я.
— Есть еще вариант самой стать одной из нас.
— Одной из Ноа? — я удивленно вскидываю бровь.
— Нет, — смеется мужчина. — Стать духом. Но тут тоже свои нюансы. Только источник может переродить человека в иное существо. Соответственно, надо услужить ему, но после вы будете привязаны к городу, как и мы, однако никаких обязательств перед Карном и колдуном. Правда, тогда отпадет вариант с уничтожением источника и убийством Божества. Лесной дурачок в нашей иерархии на вершине и мы не можем ему навредить.
— Да как-то не особо похоже, что кудряш на вершине, — недовольно цокаю.
— Вы забавная, — Ноа прячет руки в карманы. — Город задохнется без Карна. Даже ваш милый уютный дворик университета и парк с эвкалиптами и глицинией перед главным корпусом зачахнут, если мальчик решит покапризничать. Наш город не просто так называют зеленой столицей. Да, конечно, мэрия вливает очень большой бюджет в озеленение города, но деньги здесь бесполезны без воли Божества. Кстати, я предполагаю, что последний Ноа вылупился таким неравнодушным к природе, потому что Карн сумел удержать в людях любовь к кустикам и белочкам. Вы бывали в нашем зоопарке? Это нетипичный зоопарк для других городов. Ноа и Карн высадили целый эвкалиптовый парк для двух коал. Я бы не стал заморачиваться. Я бы лучше опыты провел над этими милыми зверушками.
— Какой ужас, — я передергиваюсь от бесстрастного взгляда карих глаз.
— Это наука, — мужчина пожимает плечами. — И коалы в наших краях никогда не водились. Олени, медведи, лисы, волки и белки там всякие — да, но не коалы. Это каприз Карна, и Ноа пошел у него на поводу, потому что ему затея тоже показалась забавным, но я считаю трату миллионов на эвкалипты — полным идиотизмом. Эти деньги можно было влить в науку!
— Так деньги на гранты откуда берутся? — усмехаюсь я.
— Вы меня не переубедите. Эвкалипты — это бред! — цыкает Ноа. — Пустая трата денег. И я не люблю коал. Они же уродливые.
— Я мне кажутся милыми, — я неловко улыбаюсь. — Они такие плюшевые.
— Я думаю, вам пора на занятия, юная леди, — сухо отзывается Ноа.
Перекидываю рюкзак через плечо и торопливо бегу к дверям, у которых оглядываюсь на мужчину и спрашиваю:
— А вы не знаете, зачем Последнему Ноа Первый?
— Наверное, хочет понять, как остаться главным и не породить нового Ноа, — скучающе отвечает мужчина. — Ищет способ замкнуть замкнуть круг, завершить цикл.
— Он его убьет? — тихо шепчу. — Сожрет?
— Откуда такие догадки? — мужчина в изумлении кашляет.
— Последний из вас очень неприятный тип, — тускло отвечаю я. — Вот я и подумала…
— Я повторяю, мы часть единого целого, — цедит сквозь зубы Ноа и сжимает переносицу. — Мы звенья одной цепи. Даже Ноа Ярый, рожденный из ненависти к убийцам, насильникам и другому сброду, не смог уничтожить Висельника, потому что это невозможно. И я предположу, у Последнего ко всему прочему есть желание посмотреть на первое воплощение и поговорить с ним о жизни. Он очень навязчивый в последнее время.
 
— Он симпатизирует вам, — я пожимаю плечами.
— Он видит в науке лишь новый способ подзаработать деньжат, — зло шипит Ноа.
— Научный и технический прогресс всегда ведет к благополучию, — улыбаюсь и добавляю, — либо к апокалипсису. Например, ядерного оружия не существовало бы без науки.
— А это уже не вина ученых! — охает Ноа и грозит мне пальцем. — Это вы, люди, тяготеете к конфликтам и войне, но вы меняетесь, это не может не радовать. Висельник уже совсем не тот, кем был раньше.
— Я за научный и технический прогресс, профессор, — примиряюще вскидываю ладони перед собой. — Жаль, что это никак не поможет в моей беде.
Я выхожу из зала и уныло бреду по коридору. В голову влетает шальная мысль — прогулять оставшиеся пары и побаловать себя чашкой ароматного чая и кусочком тортика.
  
Глава 7. Зануда и Колдун
 
Кто-то хватает меня за руку, молча утягивает в пустую аудиторию и прижимает к стене. Карнон скалится в хитрой улыбке, а мои испуганные крики застревают в глотке острыми камнями.
— Расслабься, Рыжая, — шепчет кудрявый шутник. — Ты меня будто первый раз видишь.
— В общей сумме в четвертый, — говорит Агатес, восседая на парте на верхнем ряду аудитории, и с интересом рассматривает исписанную уравнениями доску. — Может, мне студентом стать? Будем с тобой, Рыжая, одногруппниками и на переменках в туалете предаваться любви и страсти.
Я несогласно качаю головой. Карн ухмыляется и неторопливо расстегивает две верхних пуговки на моей рубашке.
— Так лучше, — он расправляет воротничок, открывая яремную ямку и шею. — Теперь есть небольшой намек.
— Намек на что? — хрипло выдыхаю я, когда Агатес ослабляет свои чары.
— Намек на то, что скромница не прочь пошалить. Признавайся, ты же отличница, да?
— Да, — едва слышно отвечаю. — И я опаздываю на пару. Отпусти меня, пожалуйста.
— Ты же хотела прогулять, — цокает Агатес.
— Я передумала, — я упираюсь руками в крепкую грудь Карна, пытаясь его оттолкнуть, и замираю.
Слышу стук его сердца, что совершенно нелогично. Он же— дух, а тело вполне материальное, такое сильное и горячее. Я едва сдерживаю себя, чтобы не погладить Карна по его груди.
— У меня для тебя два задания на выбор, Рыжая, — лукаво шепчет парень. — Первое и сложное — поцеловать меня. Второе — объяснить, что за бред написан на доске.
Я мельком гляжу на уравнения, которые описывают первый закон термодинамики, и с печальным вздохом целую немного опешившего Карна. Легко и неторопливо провожу языком по его верхней губе и сама удивляюсь своей смелости.
— Ты все равно ничего не поймешь, — шумно выдыхаю в лицо изумленного Лесного Божества.
На меня накатывает теплая эйфория, и кончики пальцев покалывает живой энергией, которая разливается по телу воодушевлением и восторгом. Из груди вырывается тихий удивленный смешок. Я полна сил и задора.
— Что ты сделал? — спрашиваю я.
— Это награда за выполненную работу, — Агатес встает на парту грязными кроссовками и скачет вниз по столешницам, как по ступенькам.
— Эй! — я отпихиваю Карна и зло гляжу на Агатеса, который застыл на парте в среднем ряду с занесенной ногой для прыжка. — Ты обезьяна или все же разумное существо?
Я вытаскиваю из рюкзака пачку влажных салфеток и кидаю ими в невоспитанного дикаря:
— Слезай и протри за собой! Совсем охамел! — я гневно возвращаю рюкзак на спину, строго смерив Агатеса сердитым взором. — Кому ты уподобился, колдун? Придурочному подростку, которого плохо воспитали родители?
— Я сирота, Рыжая, меня никто не воспитывал, — парень сжимает пачку салфеток в кулаке. — Так что, ты права. Меня никто не воспитывал.