Счастье для плейбоя (СИ)

— Чего ты от меня хочешь, Барс?
Чтобы его голос не звучал так, будто все в этой жизни утратило смысл, кроме ненаглядной психованной дуры.
— Чтобы ты очнулся, братишка, — я сложил руки в молитвенном жесте. — Моргни пару раз, если тебе нужна помощь.
— Не смешно.
— Я знаю!
— Если ты приехал для того, чтобы поливать грязью мою жену, то выметайся, Барс.
— Твою мать, Демьян, — я отказывался верить собственным ушам. Потер лицо ладонями, стараясь заглушить поток брани отчаянным призывом к разумному поведению. — Она промыла тебе мозги. Конкретно промыла! — покрутил пальцем у виска.
Ладно. Может, у меня не совсем выходило говорить уравновешенно. И вообще я пришел сюда для того, чтобы поболтать об Асе!
— Прекращай, — Демьян сжал кулаки.
— А если откажусь? Что ты мне сделаешь? — шагнул к нему и пихнул в плечо. — Я беспокоюсь о тебе, придурок. Ты себя в зеркало видел? Выглядишь херово. Знаешь, почему? Потому что Диана сосет из тебя не только сперму, но и жизненную энергию. Она как дементор, понимаешь?
Зимин заиграл желваками, вонзившись в мое лицо испепеляющим взором.
— Все сказал?
— О, так мне продолжить? — я ухмыльнулся.
— Выметайся.
— Ты совершаешь ошибку, — наклонился к нему, понизив голос. — Очередную.
— Пошел вон, Барс.
— Давай, прогоняй меня! — я вскинул руками, возвращая между нами безопасную дистанцию. — Я не уймусь. Тебе известно, каким упертым сукиным сыном я могу быть, — послал Демьяну зловещую улыбку. — Я спасу тебя. Верну к жизни.
— Займись лучше своей, — едко бросил в ответ.
Гад. Играл на моих нервах. Совсем страх потерял.
— Не будь мы лучшими друзьями, я бы не оставил симпатичного места на твоей оборзевшей роже.
Показал ему средний палец и зашагал из кухни.
— Выход сам найду, — рявкнул, бросив короткий взгляд через плечо.
  
ГЛАВА 7
 
АСЯ
— Ась, а давай в кино?
— Нет.
— А может все-таки да?
— А может все-таки нет, Ярослав. У меня много работы…
По правде говоря, я перелопатила все, до чего только добрались мои руки. Невероятно продуктивный день выдался. От мыслей о случае с Некрасовым в его машине спасал только каторжный труд. Я навела порядок в документации, электронной и бумажной; рассортировала инвентарь, предварительно перерыв каждый предмет до блеска.
Темноволосый бугай с грохотом поставил локти на регистрационную стойку.
— Ну Ась. Что ты как девственница ломаешься! Или ты заводишься, когда проявляешь сопротивление?
«Меня заводят адекватные мужчины» чуть было не ответила я, однако память швырнула мне порцию смущающих воспоминаний о страстных обжиманиях с Барсом на задних сидениях, и то, как я не на шутку возбудилась.
— Обещаю, руки распускать не буду, — не краснея, притворствовал мускулистый брюнет. — Просто посмотрим фильм… у меня дома.
— Так в кино же предлагаешь пойти?
— Да. У меня домашний кинотеатр.
Ах, вот оно что.
— Нет, но спасибо за приглашение, — я ответила Волкову беглой улыбкой и опустила взгляд к компьютерному монитору.
— Серьезно, малышка?! — боксер с возмущенным возгласом оттолкнулся от стойки и обошел ее, склонившись надо мной. — Выключай его нахрен, и не отвлекайся, когда я разговариваю с тобой, — потянулся к системному блоку, нажал на кнопку включения и выключения, прижавшись подбородком к моей макушке.
— Ты чего творишь, Волков? — взъерошилась на наглеца и стукнула его по бедру. Вот черт! Оно у него словно из камня высечено. От силы шлепка по твердым мышцам обожгло ладонь. — Я работаю, на минуточку! Почему ты продолжаешь слоняться вокруг да около? Дел своих нет?
— Есть, — Ярослав схватил за бока стул, на котором я сидела, поднял его вместе со мной и развернул к себе. — Все мои дела на данный момент связаны с тобой, и только с тобой, Асенька, — бессовестно улыбался, разглядывая мои губы вблизи. — Долго еще динамить меня будешь? Или цену себе набиваешь?
— Набить я хочу только твое лицо, чтобы уяснил, наконец: между нами ничего не будет, — не стала сдерживать себя в желании огрызнуться и отпарировала Волкову в грубой манере. Может, так сумею до него достучаться, раз по-хорошему отказывался слышать?
— Да, да, снова запела свою песню недотроги, — он рукой показал жест «бла-бла-бла», демонстрируя новые границы своего беспорядочного нрава.
Как с таким человеком вообще вести нормальный диалог?!
От скромности Волков точно не умрет.
— Злишься, лисица? — двухметровое воплощение всех раздражающих в людях качеств откровенно издевался надо мной и смаковал плоды своих стараний с неудержимой, дьявольской улыбкой.
— Отвали, Ярослав! — ему удалось сделать невозможное: довести меня до ручки и прибегнуть к насилию. Мыском балетки я пнула его по большеберцовой кости и ненадолго захватила в свою власть преимущество над громадным шкафом.
Волков рассмеялся, шипя от боли. А в то время, пока он прыгал на одной ноге, вращаясь вокруг своей оси, я улизнула со стула и прошмыгнула мимо него.
Ускоренно замаршировала, куда глаза глядели, желая поскорее снять с хвоста неугомонного неандертальца.
Однако чемпион довольно быстро облачился в доспехи смертельной докучливости и начал преследовать меня. Догнал в зале, подхватил на руки и потащил к женской раздевалке, куда я, собственно, держала курс для того, чтобы забаррикадироваться от него. Негодяй игнорировал разинутые рты посетителей, отложивших тренировки и уставившихся на нас, и с ноги пихнул дверь.
Я врезалась в Ярослава, как в бетонную стену, пытаясь пробиться к выходу. Но мужлан снова и снова блокировал мне путь, ухитряясь посмеиваться над тем, с какой свирепостью я рвалась из капкана, нещадно зарабатывая синяки и ушибы.
— Это не смешно! — зашипела на него, уперев руки в бока. Мне понадобилась минутка, чтобы перевести дыхание. — Выпусти.
Он упрямо покачал головой, разжигая во мне неистовое пламя гнева.
— Мы только начали, сладкая.
— Клянусь тебе, я закричу, — в сотый раз направилась прямиком на него, прекрасно осознавая, что это грозит телесными повреждениями.
Однако в этот раз Ярослав выставил руки вперед, держа меня за плечи на расстоянии.
— Оу, я заставлю тебя кричать, — провел кончиком языка по верхней губе, опаляя меня плотоядным взглядом.
— Неужели?
Я замахнулась рукой, чтобы отбиться от его лопат. Тестостероновый монстр немедленно пресек попытку самообороны и заломил руку мне за спину. Действовал мягко, обезвредил, не причинив боли.
— Ну что ты рыпаешься, малышка? Я сильнее тебя, — обдул горячим дыханием мою щеку, пристроившись сзади. Пренебрег таким понятием, как личное пространство, свободной рукой обхватив меня за талию и прижав к своему торсу.
В крошечном помещении стоял грохот, создаваемый неповоротливым гигантом. Он занимал собой треть пространства, макушкой задевая потолочную лампу.
— И не с такими приходилось иметь дело, — пробурчала, не прекращая попыток вырваться из стального захвата.
Волков рассмеялся мне в ухо низким, гулким смехом.
— Очень интересно. Ты вроде бы кричать собиралась?
Мерзавец.
Я разомкнула губы, делая жадный вдох. Однако мольбу о помощи заглушил настойчивый рот боксера-неандертальца. Я была ошеломлена тем, с какой скоростью Волков развернул меня к себе лицом и атаковал языком.
— Ммхм! — я издала протестующий стон, борясь с желчью, которая поднималась по стенкам горла от ощущения чужого органа ротовой полости, кружившего вокруг моего языка.
Вдавил меня в шкафчик для переодевания с такой мощью, что спиной я почувствовала вибрацию дребезжащего, ржавеющего металла. Впечатывался в мои уста и стискивал в объятиях с таким нажимом, словно мял игрушку-антистресс после нервовыматывающего дня.
— Почему ты до сих пор не кричишь, Ася? — оторвавшись на секунду, издевательски задал вопрос.
Я успела лишь со свистом вобрать в легкие кислород, и Ярослав заглушил рвущийся наружу звук, заткнув ртом букву «О», в которую сложила губы. К несчастью, на этом он не остановился, и его наглость росла в геометрической прогрессии. Волков пустился блуждать ладонью по моему телу, а второй продолжая удерживать в тисках.