Чемпион (СИ)

– Нет-нет-нет! – аж вскочила кшарианка. – Я потратила кучу усилий, чтобы в качестве представителей Домов были именно эти придурки! Они, конечно, пытаются мне досаждать, но большая часть их внимания уходит на то, чтобы мешать друг другу и бодаться с имперцами за обхаживание Каэдэ с девчонками. А я, Арчи и остальные, кто как раз с головой дружат, в это время можем нормально работать нормальную работу и заставлять шестерёнки крутиться!
– Эм… неужели в их семьях этого не понимают? В смысле… – я не знал, как правильно это описать.
– Разумеется, понимают! – фыркнула зайка. – Но где-то ничего не могут поделать, потому как этот сноб — самый родовитый или самый богатый. Где-то хотят договориться со мной «за спиной» своего представителя, а где-то вообще плевать на нас всех хотели и кувыркаются меж собой или имперцами. А ведь ещё и кто-то дельный и способный работать должен оставаться на местах, чтобы всё не развалилось!
– Ну и банка у вас с пауками… – я покачал головой.
– Угу… но как иначе? – философски пожала плечами девушка. – Разрозненная вольница. Если у тебя нет подавляющей силы, чтобы всех подавить, ты будешь вынужден развивать фантазию и договариваться. Но, полагаю, ты зашёл не просто предложить помощь?
– Ну, вообще я просто хотел тебя проведать и убедиться, что с тобой всё хорошо. Ну и попрощаться — думаю, уже следующим утром я улечу.
– Вот как… – поджала губы девушка. – Я буду молиться Тёмной Госпоже, чтобы она скрыла тебя от невзгод и проблем и помогла добиться успеха. Ну и могу пожелать удачи от себя лично! – ради такого дела зайка даже вышла из-за своего монструозного стола и, подпрыгнув, повисла на мне. – Ну а как всё закончится, я попрошу тебя мне всё-таки кое с чем помочь, хе-хе, – и меня коротко чмокнули в губы, после чего спрыгнули обратно за стол.
– Почему мне кажется, что это что-то очень неприличное? – я закатил глаза, но общение с Шадар уже закалило мои нервы. Постоянные провокации и вот такой вот кипиш — это фирменный стиль тех, кто близок к этой шебутной богине. А Высшая Жрица — пусть не Верховная, но тоже не «сторонний человек».
– Кто знает? – с самым светлым и благостным видом усмехнулась кшарианка.
На этом наша беседа как-то сама собой завершилась, и я покинул её кабинет, чтобы спустя пару поворотов оказаться… в странном полутёмном зале. Чем-то это напоминало внутреннюю часть собора, если не считать того факта, что никаких скамеек и «будок для исповеди» в округе заметно не было. А вот алтарь, укрытый тёмным шелком, и возвышающаяся над ним аж пятиметровая статуя некой фигуры, укутанной в балахон, из-под которого можно было увидеть только кончик подбородка, усмешку и отливающие рубином глаза, те были, да. А ещё моё ощущение пространства говорило, что этого помещения тут быть не должно. Вернее, должно, но… я не мог просто так сюда войти, не заметив даже. Ибо это — здоровенное пространство храма!
– А ты не очень-то торопился! – сообщил мне знакомый голос, а на алтаре, беспечно болтая ногами, сидела хозяйка этого самого голоса. И, разумеется, мгновение назад её там не было.
– Шадар… – я закатил глаза. – Знаешь, если просто подойти и сказать «привет», это тоже может сработать.
– Может, – покладисто кивнула Богиня Тьмы, Интриги и Мошенничества, – но так неинтересно!
– Я вот знал, что ты скажешь это, – улыбка сама лезла на моё лицо, ибо данная лисодевочка была Идеальна и своей непосредственностью подкупала.
– Да, мудрость драконов велика, – согласно покивала она, довольно махая хвостиком.
– Кстати о мудрости, тебе не опасно находиться здесь?
– М-м-м, это было беспокойство или ты только что назвал меня легкомысленной? – прищурилась девушка, активно «жестикулируя» ушками.
– Одно другому не мешает…
– Справедливо, – кивнула она. – Но не переживай. Пусть пришлось немного поиграть с Тенями, чтобы ты, как бы это сказать, вошёл не в ту дверь, но это мелочь. В этом дворце действительно есть Мой Храм, а сам ты только что обжимался с Моей Высшей Жрицей. Так что даже если сейчас в центре города откроется Подземелье, это не повредит моей связи с Сумеречными Садами.
 
– Что же, это хорошо, – я подошёл к алтарю, а лисодевочка, ни мгновения не сомневаясь, встала на него ногами, тем самым став даже чуть выше моего роста. Это позволило ей «безнаказанно» повиснуть у меня на плечах. И одарить приветственным поцелуем.
– Значит, – оторвавшись, продолжила она разговор, – ты решил в одиночку отправиться на бой с Лордом Демонов?
– Да, – я согласно кивнул.
– Паладины… – она закатила глаза. – Я запуталась, – вздох. – Ты ведь обманываешь весь мир и являешься развратным драконом с выдающимися способностями к Магии Тьмы. Но при этом действительно собрался идти и уничтожать всех демонов чуть ли не в одиночку, как конченый паладин!
– Ну, как я могу судить, в эти времена даже Тёмные Боги встают на защиту мира.
– Встаём, – серьёзно кивнула Шадар, – но такова наша сущность. Мы неотделимы от мира. Погибнет мир — погибнем и мы. В лучшем случае погибнем. К тому же даже Боги Зла — это не Зло, наше покровительство различным граням бытия даёт миру жить! По-настоящему постигать всю прелесть и глубину Творения! В конце концов, мир без единой тени — это голая равнина, где нет ни травинки, что отбрасывала бы эту тень.
– Без грязи и пороков
Не понять любви,
А в смелости нет прока,
Если страх забыт, – эхом откликнулся я, вспоминая строчки одной песни моего родного мира.
– Точно! Прекрасно сказано! – просияла алоглазая лисодевочка с шоколадным отливом кожи. – Боги — не хозяева мира, но его хранители и защитники, как родители для ребёнка или няньки для детей. И своим последователям мы помогаем познать жизнь и преуспеть в ней, каждый, конечно же, хваля за своё, но ни один не имея цели разрушить свой дом и погубить подопечных. Потому даже Бэйз, Малглор, Грутус и Шарксил, – перечислила она местных покровителей раздора, убийств, лжи, предательства, жестокости, мести, гордыни и жадности, – которым просто-таки напрашивается предать всех нас и переметнуться к демонам, не просто этого не делают, но помогают Медусу отыскивать таких умников. Ты же — другой случай. У тебя нет обязательств перед этим миром. Ты никому здесь ничего не должен и пришёл сюда сам, а значит, сам сможешь и уйти. У тебя хватит сил, даже если сначала тебя и подхватило нашим ритуалом. Но ты остался. И сам взваливаешь на себя эту ношу.
– Потому что считаю это правильным, – рефлекторно, с этаким привычным посылом успокоить и ободрить, погладил я спинку девушки сквозь шелковистые волосы. – Только и всего.
– Только и всего... – повторила она, отведя взгляд в дальний угол зала. – Как Богиню Тьмы и Артистизма, меня должны отталкивать такие открытость и самоотверженность, но… как женщину… подобное не может не привлекать. Когда ты отправишься?
– Завтра с утра.
– Значит… у нас впереди вся ночь, – теперь она улыбнулась уже иначе, куда как более маняще. – Я не смогу быть с тобой на том континенте. Слишком сильно там присутствие Бездны, мы вообще не видим, что там что-то есть, и не слышим оттуда молитв.
– Прости, если поднимаю неприятную тему, но… как так получилось? Почему вы не смогли заметить, что угроза исходит оттуда и разрастается?
– Паладины… – вздох был полон усталого смирения, а чёрные пушистые ушки опустились в стороны, демонстрируя прямо-таки бесконечную душевную боль. – Ты ему намекаешь, как ненормальная, провоцируешь, а он… эх, – скорчили мне печальную моську, отчего я сразу захотел во всём раскаяться, признать свою неправоту и понять все намёки. – Мир большой. Когда Подземелье только-только возникает, заметить его возможно только случайно, примерно с той же вероятностью, что обнаружить блеск стальной иглы в стоге сена, бросив скучающий беглый взгляд на огромное поле, где таких стогов… Когда же там уже огромный конгломерат и орды демонов штурмуют города… мы тоже не видим и не слышим. Сила жрецов ослабевает, «святость храмов» тускнеет. А помехи от Бездны чем дальше, тем сильнее мешают всё это правильно уловить и интерпретировать. Потому даже если вдруг целая страна сначала закричит в агонии, а потом резко умолкнет… мы просто не услышим, ведь в то же время к нам будут обращаться тысячи и тысячи других голосов. Я уже говорила тебе, что Герои из Иного Мира почему-то считают нас куда как более могущественными, чем мы есть. Но мы не всесильны, не всезнающи и не вездесущи. Боги не могут неотрывно следить за своими жрецами, даже самые могущественные из нас. Единственное исключение из этого правила — когда жрец совершает что-то, что не просто не соответствует нашему Аспекту, нашей Сущности, а творит нечто полностью противное ей. Самый яркий пример — последователи Тириуса. Они чувствуют ложь, но и сами врать не имеют права, а если уж его жрец будет судить несправедливо… полное лишение сил — это самое малое, что с ним сделают.