Сказки Бурого Медведя

Любляна на корабле ничего не делала для кого-то, кроме мужа и невольников, запертых в трюме, а уж на Карилиса и вовсе внимания обращала не больше, чем на комаров, но тут видимо тоже была очарована необычным видом котёнка. Карилис видел, как протянулись её руки и кошка, сама перейдя к этой женщине, устроилась на её руках, закрыла глаза и счастливо замурлыкала.
«Умеют же эти варвары общаться со зверями, — с завистью подумал Карилис. — Хотя чему тут удивляться? Они же сами ещё фактически звери».
— Помой её и накорми, — велел он ещё раз, и заперев дверь, пошёл проверить, как идёт погрузка припасов на корабль.
— А вот и та самая белая зверюшка, прибежавшая с волками, псом и вороной, — улыбнулся Рысь. — Иди-ка, с Вещим поговори для начала, с мамкой миловаться потом будете.
Лисёнка спрыгнула с мамкиных рук и подошла к Ворону:
— Здравствуй, Вещий! Мы пришли тебя спасти.
— Вы молодцы. Вы всё правильно сделали. Теперь осталось совсем немного.
— Это не мы, это бабушка Яга всё придумала! Она же и злодея Карилиса разыскала, и сказала, как нам с Павлонием сделать так, чтобы к вам попасть и сам злодей ничего не заподозрил.
— А кто такой этот Павлоний? — спросил Рысь.
— Это бабушкин пёс, который Карилису дом сторожил, а теперь ей псом служит.
— Ну что ж, слушай, что дальше надо сделать, — сказал Ворон. — Мы уже пробовали сломать клетку, да ничего не вышло, слишком крепкая она и замок хитрый. А ключ от него Карилис у себя на шее носит.
— Я видела целую связку, надетую на шею, когда у него за пазухой сидела! Эх, знать бы раньше, что это они!
— Раньше не надо. Выкради их, когда он в гостинице спать ляжет. Выберешься с ключами на улицу, там тебя Яга ждать будет. Она эти ключи нам и принесёт. А ты выбирайся из города к тому месту, где вы спали, когда сюда прибежали. За воротами тебя брат с Барсуком ждать будут.
— А как мы задвижку у двери снаружи откроем? — спросил Рысь. — Там ведь ещё и стражник стоит.
— Это уже Яга устроит, — каркнул Ворон и опять повернулся к Лисёнке: — Поняла, что делать надо?
— Конечно поняла, чего тут непонятного? Я же уже большая!
— Ну, раз большая, так скажи — что надо делать сейчас?
— М-м-м, — задумалась Лисёнка. — Наверное, мыться.
— Вот и умница, — похвалил Ворон.
Надо сказать, что говорили они не по-человечески, а так, как лесные с Вороном разговаривают. Поэтому из чужих никто их ни подслушать, ни даже заподозрить, что они разговаривают, не мог.
Обход корабля и дела, связанные с подготовкой к плаванию, заняли у Карилиса почти весь день. К вечеру он снова зашёл в каморку и посмотрел, как там его новая любимица. Когда он открыл дверь, та, уже чистая, с белой пушистой шёрсткой, стояла на задних лапках перед клеткой с Вороном, потом вдруг подпрыгнула на месте, и опустившись на все четыре лапы, взъерошив шерсть, выгнула спинку дугой. Затем упала, и перекатившись через спину, снова ощетинилась на Вещего. Ворон на всё это даже не смотрел, пребывая в каком-то своём полусонном состоянии. Заигрывания кошки его ничуть не интересовали. Зато Карилис был в восторге:
— Ах, какая прелесть! — умильно сложил он ладошки перед грудью. — А эта дремучая птица даже не думает оценить твои старания! Знаешь что? Пойдём-ка со мной в гостиницу, после всех трудностей и забот думаю, что мне не найти никого, кто бы лучше, чем такая проказница как ты, смог меня развеселить.
Взяв кошку, он устроил её на согнутой руке и отправился в свой шикарный номер в лучшей гостинице города. Уже завтра утром снова предстоит путь по морю, скучный и однообразный. И может, только эта маленькая зверюшка будет его развлечением и радостью. А может, станет и настоящим другом! Другом, которому не нужны твои деньги, земли, власть. В словах и делах которого не надо разглядывать скрытый смысл и подозревать в обмане. Другом, которому нужен ты. Ты — такой, какой есть. Среди людей настоящих друзей не найти, им всем нужно только, чтобы им что-то давали. Пока даёшь, ты друг, как не сможешь, вмиг отвернутся и никому ты будешь не нужен. Карилис пытался вспомнить хоть одного, кто остался бы с ним, если он вдруг станет нищим, и не смог. Даже Домокла, любимая дочь, скорее из жалости отравы подольёт, чем приютит старого и немощного отца. Нет людей, способных на настоящую дружбу, только животные. Похоже, что и у таких, как лесные, с которыми сейчас идёт война, осталось какое-то понятие о настоящей дружбе и родственных связях, вон как эта совершенно незнакомая кошка потянулась к жене варвара. Но им не выстоять против такого напоpa. В первый раз Карилису стало жалко этих людей, ведь вместе с ними что-то уйдёт из этого мира, и похоже, это что-то светлое, доброе и полезное. Полезное, но не в том мире, в котором живёт Карилис. В этом мире любая дружба закончится для тебя предательством, разорением и смертью в нищете. Поэтому в нём приходится быть одному и постоянно настороженным, чтобы тебя не обманули, не обокрали, не обсчитали…
 
Яга уже довольно давно наблюдала в окошко гостиницы, как Карилис после сытного и вкусного ужина играл с Лисёнкой, и дивилась девчонке, уж дюже быстро та освоилась в кошачьем теле. Как интересно ей бегать за всем, что шевелится, подкрадываться, ловить, играть с его руками, тут она правда не очень-то дала волю Карилису и несколько раз пребольно его оцарапала. Её ловкость Яга заметила, ещё когда готовила их с Павлонием к показательной погоне пса за кошкой, которую они разыграли в городе перед Карилисом и толпой. Ох, способная девчонка, надо бы её тоже к себе взять да обучить разным премудростям. Из неё хорошая ведунья выйдет, а потом глядишь, и волхва получится. Но вот игра закончилась, Лисёнка сделала вид, что сильно устала и хочет спать, уже не обращает внимания ни на кусочек тряпочки на верёвке, ни на пёрышко у носа.
Карилис сделал умильное лицо, перенёс кошку к себе на кровать, погасил светильники, снял одежду, оставшись в одной ночной рубашке, и тоже улёгся спать.
Ждать Яге пришлось ещё долго, но терпения ей было не занимать. Лисёнка появилась из подвала, вся в мусоре и паутине, но в зубах её была связка ключей на длинной золотой цепочке, которая волочилась за ней по земле, то и дело за что-нибудь цепляясь. Ворона слетела на землю:
— Ну, слава Богам, явилась.
— Извини, бабушка, — кладя перед Ягой ключи, стала оправдываться Лисёнка, — цепку мне не перегрызть, а снять ключи с шеи, чтобы он не проснулся, было очень трудно. С задвижкой на двери я долго провозилась, да потом выбираться пришлось почти через весь дом.
— Ничего, до рассвета время ещё есть, — успокоила её Яга. — Ты умница, девочка. Беги к лесу, там тебя брат с Барсуком встретят.
Лисёнка устала за целый день, хотелось спать, но что поделаешь, коли сама в поход вызвалась, да и понятно, что не время для отдыха. Коли жить хочешь — двигай лапками. Добравшись до ворот, она распластавшись брюхом по земле подлезла под здоровенную воротину, а пролезть сквозь рассчитанные, чтобы задержать людей, но никак не кошек, ячейки опущенной решётки ей и вовсе труда не составило. Сквозь каждую из них запросто пролезли бы и две кошки. Выбравшись в поле перед городом, она прислушалась и услышала рычание да шум от бега, который быстро приближался.
— Братец! — позвала она, но ответа не было, и острый кошачий слух определил чужого, да не одного.
Лисёнка не раздумывая юркнула обратно за решётку, и собачьи зубы щёлкнули у самого кончика хвоста, отхватив с него лишь пару волосинок. Первый пёс не мог пролезть сквозь слишком маленькие для него ячейки, и только зло рыча, раз за разом совал морду между прутьями, лязгая зубами. Лисёнка далеко не отбегала, ждала — может они, поняв, что попытки пробраться сквозь решётку безполезны, уберутся?
Нет, не убрались. Наоборот, подбежало ещё несколько собак, и что самое плохое, среди них были те, кто хоть и с трудом, но мог пролезть сквозь прутья решётки. Первую сунувшуюся Лисёнка ударила когтями по носу, оставив на нём несколько кровавых царапин, собака взвизгнула от неожиданности, резко дёрнулась обратно, застряла, а Лисёнка снова и снова била её лапой, раздирая морду до крови. Наконец собаке удалось вытащить голову, она завизжала и бросилась наутёк!