Тонкие грани. Том 5 (СИ)

— Но я и не собирался представляться собой.
— Да даже смени фамилию, у тебя лицо пиздец как выделяется, Томми, поверь мне, — не унимался Джек. — Разве что лицо новое делать.
— Это не проблема. С моими деньгами.
Он смолк. Как смолкла и Фея. Смотрели на меня несколько секунд, переваривая информацию, после чего…
Естественно, Джек.
— Сделаем из тебя китайца!
— Почему китайца? — не понял я.
— Джек, помолчи, — нахмурилась Фея, после чего обратилась вновь ко мне. — Ты хочешь вложиться в официальный бизнес, чтоб он был как подстраховка?
— Нет, я хочу развиваться дальше. Мы не можем вечно сидеть в подполье, торгуя наркотой. Рано или поздно все наркобароны и их коллеги заканчивают одинаково — с пулей в голове или в тюрьме. Ты действительно хочешь вечно быть наркоторговкой?
Она не ответила, но я буквально прочувствовал её ответ: ей плевать. Надо — будет вечно.
— К тому же, — продолжил я, — бизнес, который не развивается, начинает гнить и разрушаться. Нам необходимо двигаться дальше. И мы можем. Мы можем зарабатывать больше денег с теми ресурсами, что есть. У картеля слишком ограничены возможности из-за незаконности, это тупик в будущем. А здесь будет будущее.
— Звучит… идеалистично, — заметил Джек.
— Естественно, это звучит легко, а на деле много подводных камней, но глянь с другой стороны — их было много и в начале, когда мы строили картель: отсутствие денег и людей, мой бывший босс, люди картеля. И мы их решили. Действовали по плану и решали их по мере поступления, друг за другом. Так же было и потом, когда мы их победили — нам надо было поставить картель на ноги, и мы всё решали по ходу дела. Нам надо просто начать, действуя по примерному плану и следуя к цели, а всё остальное уже можно решить по пути.
— Всё равно идеалистично, — ответил он упрямо.
— Нет, не идеалистично, — согласилась Фея. — Есть цель: вкладывать деньги в легальный бизнес и развивать его. Томас прав, всё остальное уже решается по ходу дела.
— Ладно, ладно, а с чего начать тогда? — задал интересный вопрос Джек.
— Есть с чего. Мы сейчас охраняем предприятия, верно? — спросил я, следя за тем, как Эйко жуёт сосредоточенно волосы Сони. — Пятнадцать процентов, верно?
— Да. Ты хочешь снизить процент, — сразу догадалась Фея.
— И это исправит ситуацию? — недоверчиво спросил Джек. То его легко подцепить идеей, то он становится до ужаса недоверчивым, как сейчас.
— Да, исправит, — кивнул я. — Если снизим до нуля.
— Дохрена… — протянул он.
— Нам эти пятнадцать процентов не критичны, — ответил я. — Деньги, конечно, лишними не будут, но они не критичны для нас, в отличие от тех, кто нам платит. Это очень маленький, но шажок в нужную сторону. Нам надо с чего-то начинать.
— Они не исправят ситуацию.
— Не исправят, но точно улучшит. Для кого-то это шанс платить больше своим работникам, шанс больше тратить. Больше тратят, значит, больше денег в обороте. Возможно, я не говорю, что так оно и будет, но возможно, у нас тоже повысятся продажи.
— А наше охранное агентство? Нахрен оформляли?
— Будет охранным агентством. Будет работать уже так, как должно. Плюс, когда все знают, кому оно принадлежит, нам будет больше доверия. Ведь картель — гарант, тот, кто этим городом правит, и логично, что все будут искать силы у хозяев города. Так что…
Я пожал плечами, как бы говоря, что выбор очевиден.
— Значит, пока что ищем тех, кто хочет с нами связаться, и убираем проценты? — спросила Фея.
— Нет, пока банды окончательно не утихнут с полицией, убираем проценты. Ну и посматриваем, что у нас может работать, кроме складов. ЖД-пути не наше, так что туда не метим, но вот остальное…
— А оружие? — напомнил Джек.
— А что оружие? С ним всё так, как мы и хотели. Покупаем и продаём. А там уже пытаемся втянуться. В конце концов, сильнейшие мира сего так и делают, только называют это военной помощью. А вот мы — гнусные торговцы смертью, хотя нам до них будет очень далеко.
В этот день мы больше не возвращались к этой теме. Позже ко мне поспешила подойти Соня, с гордой мордашкой протягивая мне огромный ледяной кол. Её усердие увенчалось успехом, и, если честно, я даже немного гордился ей. Нет, серьёзно, девчушка, по сути, часть моей семьи, и мне приятно, что она делает такие успехи.
 
— Я сам-ма, — показала она свои маленькие молочные зубки, протягивая мне его. Было видно, что похвалы ждёт.
— Ого, — взял я его в руки. Таким и убить можно. — Прямо-таки сама?
— Ага, — кивнула она, улыбаясь. — Я стар-рал-лась.
— Это… изумительно, — взвесил я его. — Ты очень хорошо постаралась.
— Спа-си-бо, — покраснела она, не прекращая улыбаться, хотя глазки спрятала.
— Ну садись рядом, — похлопал я на кровать около себя. — Мне даже интересно, как ты это сделала, если честно.
— Да, — с готовностью забралась она на кровать. — Я… ру-ка-ми.
— А звёздочку, что ты сделала тёте Кассандре, ты же сделала её быстрее. Разве нет?
— Она… мел-лень-ка-я, — для наглядности Соня пальцами показала её размер.
— А воду в трубе ты заморозила, там её было много.
— Я… бух! — она развела руки в стороны. — Силь-но, силь-но.
— То есть ты можешь от души ударить силой, а можешь очень аккуратно сделать, но с маленькой силой?
— Угу, — кивнула она. — Это… слож-но…
— Сложно делать сильно и аккуратно?
— Я… я бух! И не кон-тро-лю-лю-ю си-лу. Она во все сто-ро-ны пш-ш-ш! Не могу на-пра-вить. Вы-ры-вает-ся… А мало лег-ко.
Как же тяжело слушать её, если честно, когда говорит по слогам. Но я по крайней мере понял, чего она так долго трудилась над сосулькой. Если много сил приложит — она бьёт неуправляемым потоком. А мало — не хватает на что-то более крупное. Но мне интересно кое-что.
— А как много силы ты можешь выпустить?
— Сил?
— Да. Как много сил ты можешь выпустить наружу? Ты можешь управлять силой, когда её много?
— Нап-пра-вить по-ток мо-гу. Только.
— Только направлять его в какую-то сторону?
— Угу.
— И как много ты можешь выпустить её?
На это Соня лишь пожала плечами. И у меня возникла мысль, что надо бы её проверить, чтоб оценить, какими силами она обладает сейчас. Какие виды, направления и техники ей доступны. Если посмотреть на то, что она делает, то я, далёкий от этого человек, предположил бы, что у неё есть признаки как Принципума, так и Эвоката. Как минимум. Принципум, потому что только пытается управлять импульсом и преобразовывать хаотичную силу во что-то более конкретное. Придать конкретную форму. Но сами силы как минимум Эвоката, если не больше. Возможно, уже Центуриона, раз смогла проморозить наше отопление. А Центурион — тот, кто перебил у нас пять человек, на секундочку.
А ей шесть.
Поэтому мне очень хотелось понять, с какой же силой мы имеем дело. Если я допустил ошибку и дал импульсу хаотично развиваться, то могут последовать проблемы. Маленький ребёнок просто не сможет управиться с ними без надзора, как не управится с пожарным рукавом, из которого бьёт под напором вода.
И я не знаю, что делает регулятор импульсной активности. Не усугублю ли я ситуацию?
— Я… я мо-гу так, — решила ещё похвастать Соня, сложив ладошки вместе. Через несколько секунд она начала разводить их в стороны, и я увидел молнии, словно нити связывающие ладони. Они немного трещали, бесконечно двигаясь, разъединяясь и соединяясь вместе. И всё время не прекращали бить.
Это напомнило мне опыт с двумя катушками Тесла, когда между ними бегают молнии. Только там они испускают характерный звук.
— В-в-вот, — краем глаза посмотрела на меня Соня.
— Это круто, — согласился я. Не знаю почему, но у меня появилось странное желание узнать, насколько будет больно, если сунуть туда палец. Странная мысль, но всё же в голове она у меня почему-то возникла. — А сейчас ты много сил применяешь?
— Нет, — замахала она головой. — Чуть-чуть.
— Чуть-чуть? А если немного добавишь? Что получится?