Хищная страсть (СИ)

— Может, сбежала от Самуила? — предположила я.
— Нет-нет. Они любили друг друга. Если бы ты видела, как горели ее глаза, у тебя бы пропали все сомнения.
Может, Яра и любила Самуила, но он быстро нашел замену ей, прикрываясь сомнительными ритуалами.
Мать продолжала рассказывать о том, как крепка была любовь Самуила к Яре, а у меня перед глазами стоял стол, спальная и его ультиматум. Я не верила в чувства человека, который изменяет любимой.
— Я узнала все что хотела. Спасибо вам… — растерялась — я не знала имени матери.
— Меня зовут Анна.
Было странно смотреть на человека, что привел тебя в этот мир, но не испытывать к нему ничего. Я не была зла за то, что произошло. В этом не было вины Анны.
Мысленно поблагодарила богов за сохраненную жизнь. И родителей за то, что приютили и любили как родную.
— Мне пора, Анна. Надеюсь, Яра скоро найдется.
Встала с кресла, и мать сделала то же самое. Подошла обнять.
— Позволь нам проститься наедине, — попросила моего охранника.
Вторак вышел за дверь. Анна обняла меня и произнесла:
— Рада, что мы встретились, дочка, — а затем прошептала на ухо: — Держись от Вторака подальше. Он был помешан на Яре, — затем добавила громко, чтобы это услышал охранник: — Я так рада, что ты выжила. Заходи к нам еще.
Глава 16
Шестнадцатая глава
Судьба Яры меня тревожила. Я не сомневалась, что с девушкой случилось что-то недоброе. Мне казалось, ее исчезновение и ритуал Самуила связаны, все вокруг знают, что произошло и как это повлияет на мою судьбы. По крайней мере, госпожа Урсус, Самуил и Вторак были в курсе произошедшего. После визита к матери мой тюремщик больше не обронил ни слова о моей сестре. Но я видела по глазам, что он знает больше, чем может сказать. И только предостережение Анны удерживало меня от прямых расспросов.
Я знала: будь моя воля — Вторак нашел бы возможность рассказать правду, но какую цену придется заплатить за эту истину? Это и пугало.
С каждым днем Вторак становился все более навязчивым. В присутствии посторонних вел себя идеально — держался на расстоянии, молчаливо следуя за мной по пятам. Но стоило нам оставаться одним, старался заговорить. Иногда пытался угодить, сыпля комплементами, но чаще говорил пошлости, склоняя к измене. Находиться в его присутствии стало невыносимо.
Один раз мне удалось пожаловаться на его поведения матери Самуила, но она рассмеялась мне в лицо, не поверив ни единому слову. Вторак приближен к Самуилу, и глава берсерков доверял ему как брату. Мои слова без единого доказательства сочли ложью. С того дня я больше не выхода из комнаты, а перед сном подпирала дверь спинкой стула. Мне казалось, что берсерк пробирается по ночам в комнату и наблюдает за мной, когда я сплю. Я оказалась в более опасной тюрьме, чем подземелье Лекантов. И скоро грянет час, когда мне вынесут приговор.
Ночи стали отдельной пыткой. После того как я узнала, что у меня есть сестра-близнец, мне снился один и тот же сон. Мы с Ярой убегали от кого-то по безлюдным туманным улицами. Я не видела преследователя, но в какой-то момент теряла сестру из вида. Звала ее, искала, но она всегда ускользала.
В одну из ночей я подскочила к кровати в холодном поту. Воздуха катастрофически не хватало. Я поднялась с постели, подошла к окну и открыла его настежь. На небе сияла луна, которая очерчивала силуэт старухи, шедшей по тропинке прочь из замка. Лицо не рассмотреть, но ее одеяние я видела очень четко: черное длинное платье, на поясе несколько мешочков. Сгорбленная женщина опиралась на высокий посох, к навершию которого привязаны два длинных блестящих шара. Ведьма направилась в город.
Я не знала, что ее перевели в дом Урсус, но это натолкнуло меня на одну идею. Возможно, старуха сможет мне помочь. Если она предрекла моему отцу рождение дочек-близнецов, то она может знать о планах Самуила и о том, что произошло с Ярой. Главное — убедить ее поделиться со мной этими секретами.
До утра я так и не заснула. Придумывала, как расположить к себе ведьму. Но так как у меня не было ни рычагов давления, ни средств, я решила действовать через Вторака.
 
Позавтракав, впервые за продолжительное время решила прогуляться. Сомневалась, стоит ли охранник за моей дверью — давно его не видела. К счастью, мой тюремщик был на месте.
Не обращая на него внимания, вышла в сад. Шла в сторону дыры в заборе. До сих пор мне не давало спокойствие, что даже при наличии стольких слуг в тот раз нам с Втораком удалось отлучиться на долгое время, и этого никто не заметил.
Я скользнула за поворот и, предупреждая вопросы, резко обернулась к берсерку:
— Я хочу навестить колдунью, к которой когда-то ходил мой отец. Я знаю, что она еще должна быть жива, — вспомнила сгорбленный силуэт старухи, что видела этой ночью.
— Затворница решила поискать приключений? С какой стати я должен тебе помогать?
Я готовилась к этому вопросу.
— А что ты хочешь получить взамен? — спросила кокетливо. У Вторака загорелись глаза. Он сделал шаг ближе, намереваясь меня поцеловать, но я игриво отступила. — Нет-нет. Сначала дела, а потом шалости.
И чтобы окончательно убедить его в моих намерениях, подошла к нему и легонько коснулась губами его рта. Всего на мгновение. И, заискивающе засмеявшись, пошла в сторону дыры в заборе.
У меня осталось только одно оружие — одержимость Вторака Ярой. Не знаю, как она проявлялась относительно моей сестры, но заинтересованность Вторака во мне даже слепой заметит. Чтобы добиться своего, я была готова пойти на риск, разжигая в нем пламя старости.
Всю дорогу берсерк прижимался ко мне и пытался поцеловать, но я игриво уворачивалась. Его внимание было мне неприятно, но я терпела, чтобы докопаться до истины. Вторака не особо интересовали причины моего визита в ведьме. В очередной раз настораживало то, с какой легкостью нам удалось уйти из замка.
Ведьма жила на окраине города рядом с болотом. Без проводника я бы никогда не нашла это место. Мне не верилось, что Вторак привел меня сюда, польщенный лишь пустыми обещаниями. Я подошла к хилой избе, у которой вместо двери висели занавески из косточек.
— Заходи, деточка. Долго же ты до меня добиралась. А пса цепного оставь во дворе, нечего ему женские беседы слушать. У нас будет долгий разговор.
Я бросила на Вторака тревожный взгляд, но он не торопился следовать за мной к колдунье. Показалось, что он опасается к ней заходить.
Мне же терять было нечего, я ступила в обитель колдуньи. Внутри все так же, как и снаружи — пыльно, грязно, трухлявая мебель и старые мелкие безделицы на полках. В центре небольшой комнаты котел, возле которого роптала ведьма.
— Я хотела узнать…
— Я знаю, кто ты и зачем пришла. Присядь, я еще не закончила. — Махнула мне в сторону скамейки, застланной старой тряпкой. Я аккуратно пристроилась на самый край. — Вот же чудеса бывают на свете, — сказала, не отрываясь от зелья. Сняла с пояса один из пузырьков и вылила содержимое в котел, и по комнате расползся серый туман, — родилось два человека, а лицо у них одно. Жизненный путь разный, а исход одинаковый.
— Что случилось с Ярой? Самуил с ней что-то сделал?
— Самуил, как и твой отец, хотел получить то, что ему не принадлежало по праву. Но, в отличие от предыдущего лорда, ему удалось завладеть желаемым, вот только плата за это была слишком высокой.
— Он тоже хотел сына?
— Нет, — колдунья повернулась, а я в ужасе онемела. У нее не было зрачков, весь глаз был сплошной белой склерой. — Самуил хотел магические силы. Я его предупреждала, что за это ему придется дорого заплатить, но он меня не послушал. За магию ему придется отдать то, чем он дорожит больше жизни — свою любовь.
 
— Он убил Яру? — почти беззвучно прошептала.
— В тот миг, когда магия появилась в руках берсерка, сердце Яры остановилось. Но девушка не мертва. Хитрый медведь поддерживает в ней жизнь, хотя с каждым днем ему это делать все трудней. Это его крест — откажись он от магии, и девушка останется жива. С ее кончиной силы навсегда будут запечатаны в нем.