Разлом Книга вторая (СИ)

А вас, как зовут, господин? — спросила женщина.
— Глеб Родионович Краевский, но обращайтесь ко мне просто Глеб. Расскажите, какие у вас планы на будущее? — задал я очередной вопрос.
— Мы планировали отдать дочку на обучение в школу, но не уверена, что нас возьмут. К тому же нужно оплачивать проживание, а мы не такие богатые, да и семья из шести человек не сможет так просто переехать в город, ведь, помимо съёма жилья, нужно ещё найти работу. Я думала, что, возможно, кто-то из аристократов сможет нас взять Слугами в род, пусть не сразу, а в обмен оплатят содержание и учёбу, ведь хороший одарённый может даже заинтересовать крупный дворянский род, — ответила женщина.
— Можно, я посмотрю на вашу дочь, я — директор школы Баррос. Если она — одарённая, то я устрою её обучение, — спросила Анна.
— Конечно, мы будем только благодарны, — ответила женщина, собираясь опять упасть в ноги, но была остановлена княжной.
Создав заклинание видимости, она подошла к девочке и начала тщательно просматривать её, начиная от головы и заканчивая ногами.
— Да, действительно, она должна была умереть, я даже не уверена, что сама бы смогла в тот момент справиться с такими серьёзными повреждениями. Дар у неё действительно есть и уверена, что вы сможете найти себе господина и устроиться Слугами, но почему бы вам не обратиться к Глебу Родионовичу, уверена, он согласиться вас принять, тем более ему как раз требуется семья, способная помочь построить новый Род. Пусть это не так престижно, как стать Слугами крупного и известного Рода, но и перспективы очень заманчивые. Тем более что ему благоволит сам Князь, а это не малого стоит, — сказала княжна.
— Но разве господин согласится взять нас к себе в род, мы ведь простолюдины и у нас в роду никто не был слугами?
— Дело в том, что ваш новый господин, сам недавно был простолюдином, и ему, в любом случае, лучше взять слуг со стороны, не имеющих связей с нынешними аристократами, тем более у вас есть одарённая дочка, что является преемлемой платой за получение вашей семьёй официального статуса Слуг, главное — ваше согласие, ведь вы можете и самостоятельно дождаться получения ваше дочерью официального статуса мага и попытаться найти более именитого господина.
— Что вы, мы будем очень благодарны, если господин Глеб возьмёт нас Слугами его рода. Жизнь в Приграничье, рядом с Разломом, очень тяжела, хоть нас и освобождают от налогов, но всё время приходится перемещаться под охраной местных дозоров, даже сажать и собирать зерно на полях приходится под их присмотром, поэтому доходы у нас минимальные и мы рады будем переселиться оттуда.
— Тогда я сегодня переговорю со своими родителями, уверен, они не откажутся предоставить вам наш старый дом для проживания, а клятву и наём мы оформим после полного выздоровления вашей дочери. Кристаллы я сейчас передам главврачу больницы, и он в ближайшее время завершит её лечение. Ну а теперь прошу нас просить, у нас ещё много дел, — сказал я вставая. Оставаться дальше в больнице не имело смысла, да мы и так потратили слишком много времени на посещение.
Дальше я передал кристаллы и уточнил, когда можно забрать девочку, после чего втроём мы покинули больницу.
Когда мы уселись в машину, я спросил у княжны:
— И что это сейчас было?
— Что именно? — спросила, хитро улыбнувшись, княжна.
— Больница, школа, да и мои личные слуги? Ведь не каждый дворянский Род имеет личных слуг? — спросил я.
— Ну а как ты себе представляешь город, в который приедет десяток наследниц и представительниц княжеских родов? Они что, по-твоему, должны учиться в заштатной школе? Пусть и одной из лучших в городе? А больница? Не дай бог кого-то придётся лечить, что узнают родители этих княжон? Что их лечили в провинциальной больнице? Ты вообще представляешь, какой это будет позор на всё Княжество? Так что я получила все необходимые распоряжения ещё в Кремле, и мне выделили отдельное финансирование на это. В ближайшее время Данков существенно преобразится и уже перестанет быть провинциальным городком. Скоро тут будет собираться весь высший свет не только Княжества, но и всего государства Россов. И ещё нам нужно поговорить, Князь передал тебе несколько посланий и нужно обсудить их без посторонних, — сказала Анна, посмотрев на сопровождавшую нас девушку.
 
— Алина, где тебя высадить? Ты, вроде, живёшь в студенческом общежитии при Академии? — спросил я.
— Можно и здесь, я сама доберусь, — тихо проговорила она. Знакомство с Княжной её явно выбило из колеи, да ещё и то их противостояние в кафе явно напугало девушку.
— Ты скажи, где тебе удобнее, уверен, Княжна не откажет подвести моего друга до общежития, ведь она не хочет ждать меня, пока я буду тебя провожать. Ты сейчас явно немного не в себе, и тебя нельзя оставлять одну, — ответил я.
В итоге подвезли мы девушку до входа в общежитие, где она под удивлённые взгляды студентов и преподавателей вышла из машины с гербами Княжества.
— Для чего ты так со мной? — неожиданно спросила Анна, когда машина отъехала.
— Как? — спросил я устало.
— Мог бы и не приглашать меня на встречу со своей любовницей, — сердито сказала она, отвернувшись от меня в сторону окна.
— Любовницей? Да что ты себе напридумывала? Не уверен, что мы даже друзья и уж тем более не любовники. Нас связывает только авария и то, что последовало за ней. И врать мне тебе незачем, — ответил я возмущённо.
— Видел бы ты сейчас своё лицо, неужели шуток не понимаешь? — весело спросила княжна, посмотрев на меня и хитро улыбаясь, но внезапно сделала серьёзное лицо, после чего добавила. — Если узнаю, что ты крутишь романы за моей спиной, пожалеешь очень сильно.
Сказала она так, что у меня пробежали мурашки по телу.
— А как же остальные претендентки на брак со мной? — спросил я.
— Никак, во всяком случае, пока, а там посмотрим, — произнесла она, отвернувшись и при этом стараясь скрыть свои чувства.
Я попробовал взять её за руку, но она резко выдернула её, ну а что я? Я отвернулся к другому окну и стал разглядывать город, по которому мы ехали. Так в молчании мы доехали небольшого ресторана, перед входом в который и остановилась наша машина. Похоже, что поговорить она хочет во время приема пищи, в принципе я был не против перекусить, только вот настроения у меня почему-то не было. Удивлённый швейцар сориентировался очень быстро, и пока охрана открывала нам двери, осматривая удивлённых прохожих. Понять их можно было, одно дело известие, промелькнувшее в газетах, что представитель княжеского рода жил в нашем городке, и совсем другое дело — наблюдать машину с княжескими гербами, которые появлялись в городе в лучшем случае раз в десяток лет.
Молча, мы прошли в ресторан, Анна отказалась от предложенной руки, показывая мне тем своё неудовольствие, чему я собственно был рад. Эта неожиданная ревность мне не понравилась, и это мы ещё даже не помолвлены, а что будет дальше, мне даже трудно представить.
Нас проводили за отдельный столик, отгороженный от остальных, зарослями дикого винограда, но пока мы шли к столику, многие из присутствующих аристократов вставали со своих мест, чтобы приветствовать княжну. Это значит, часть из них уже знала о том, кто наведался в ресторан.
Мы, молча, уселись за стол и нам сразу же начали подавать блюда. Анна всё это время молчала и старалась не смотреть на меня, но долго так продолжаться не могло, поэтому в итоге она, отстранившись от эмоций, сказала официальным тоном:
— Его Величество благодарны вам за спасение княжны и награждает вас пурпурной звездой, за спасение членов княжеского рода, а так же награждает вас денежной премией в сто тысяч рублей.
Замолчав, она выжидательно посмотрела на меня, и тут я вдруг понял, что она пытается мне отомстить за сегодняшнее, за всё, что ей пришлось пережить, похоже, она действительно влюблена в меня, вот только злой княжны мне сейчас не хватало. Итак, вместо намеченного лечения и наблюдения за данной процедурой пришлось несколько часов потратить на обследование больницы. В итоге все планы пошли прахом, а мне так хотелось понаблюдать за действиями настоящего целителя, да и нормально поговорить с матерью девочки не удалось. А теперь она сообщает, что меня награждают, в прочем, награда, судя по памяти предыдущего владельца, закрепляет мой статус дворянина, ну а деньги мне действительно нужны. Видно, что она смогла выполнить мою просьбу, но её тон и ограничение моей свободы я не потерплю.