Аргумент барона Бронина 3 (СИ)

— Что ты натворил? — услышал я крик Лилит, и она кажется довольно давно так кричала.
Однако в следующий миг, девушка умолкла.
— Твоё обещание выполнено, — раздался гулкий голос. — Вам пора уходить.
— Что значит «пора уходить»? — возмутилась Лилит. — Я хотела посмотреть на перерождение мира.
— Тогда ты умрёшь, — спокойно ответил голос. — Я обещал сохранить вам жизнь.
— Вот так всегда. С тобой, архимаг Алексиус, сплошные обломы. Ты уже второй раз не выполняешь то, что обещаешь. Души лича меня лишил, посмотреть перерождение мира не дал. Ты мне теперь должен, архимаг Алексиус.
— Поверь мне, это последнее, что я готов выслушивать от демона, — оборвал я. — Нечего мне вменять чувство вины.
— Скучный ты, Лёшка-картошка, — хмыкнула она, правдоподобно передразнив Свету.
— Об этом чуть позже поговорим.
Я повернулся было к порталу, но дух меня остановил.
— Постой, а как же прощальный подарок? — спросил он, а в следующий миг прямо передо мной рухнула тяжёлая чёрная маслянистая капля. Хотя каплей это сложно назвать. у моих ног образовалась лужа примерно метр на метр.
Чёрная вязкая жидкость взволновалась было, но почти тут же перестала колыхаться. Её плоская поверхность напоминала скорее камень, но это было обманчиво. Что-то мне подсказывало: стоит сунуть туда палец, как меня тут же поглотят и очень быстро переварят.
— И что это? — спросил я.
— Я изучал тебя. Сначала хотел убить, потом понял, что ты можешь быть очень могущественен и полезен. Поэтому стал изучать, как с помощью тебя убить как можно больше живых. Одна из твоих слабостей — твой старый друг. Ты не мог найти для него вместилище. Вот оно, вместилище твоего друга. Это морф. Очень редкое существо, и сейчас оно злое, но это из-за того, что мир, в котором мы когда-то жили, стал злым. Однако если очистить его от скверны и зла… В основе оно весьма доброе и светлое существо. Надо просто разделить его тело и сознание.
В следующий миг лужица стала светлеть, а над ней соткалось тёмное облачко, точно такое же, какое когда-то висело над филактерией. Облако дёргалось, всё время меняло форму, выбрасывало жгутики, пытаясь зацепиться и вернуться обратно в стремительно светлеющую лужу. Но у него ничего не получалось.
— Сейчас у этого морфа нет души. Он пуст и девственно чист. Ты сможешь поместить в него сознание своего ворона, но не затягивай. Пустое место всегда заполняется чем-то. Думаю, ты и сам это знаешь. Перенеси туда душу и разум своего питомца.
— Сейчас я этого делать не буду, — заявил я. — Не в этом мире. Откуда я знаю, что туда ещё перенесётся.
— Я тебя понимаю.
В следующий миг лужица стала уменьшаться, будто сжиматься, и спустя пару мгновений на этом месте образовалась филактерия, точно такая же, которую я принёс сюда несколько минут назад, но только она была чуть крупнее.
— Эта филактерия защитит метаморфа. Она позволит тебе его изучить и понять, что угрозы твоему питомцу нет. А теперь вам действительно пора.
Да уж, ситуация была очень непростая. Чёрный безжизненный мир, нахождение в котором уже вгоняло в тоску. Существо, которое покалечено настолько, что в голове не укладывается, как оно может существовать и мыслить, при этом не пытаясь убить меня и Лилит. Опять же вспомнил слова Лилит о том, что каждое существо будет стремиться её убить просто потому, что она демон. Наверное, непросто было этому хранителю обойти свои же правила.
У меня не было желания утешить это существо или как-то приободрить, но разум понимал, что просто так уходить тоже неверно. Хоть какие-то слова должны быть сказаны на прощание, ведь я прощаюсь не с существом, это скорее прощальная тризна над хранителем мира и над целым миром, который сейчас начнёт своё перерождение.
— Как тебя зовут? — спросил наконец я.
Последовала пауза.
Молчание явно затянулось, и чтобы хоть как-то её сгладить, я наклонился и поднял с земли филактерию. В ней я не ощущал никакого зла. Это действительно было вместилище чего-то живого, но лишённого разума. Облачко, что до этого висело над филактерией, было оттеснено подальше, чтобы не причинить мне никакого зла.
 
— Меня зовут Сарена, — наконец раздался голос.
— Так это же женское имя. Ты что, женщина? — спросил я.
— Это уже давно не имеет значения. Это имя моё и имя моего мира. По крайней мере, то, что осталось важным. Всё остальное уже не имеет никакого значения. А теперь прощайте.
Я сам не заметил, как земля под ногами колыхнулась. Меня просто вышвырнули прочь из мира, будто хозяин, который устал терпеть надоедливых гостей, вытолкнул нас из своего дома до крайности грубо и невежливо. Я вылетел из портала посреди помещения и покатился кубарем. Не то чтобы я привык к такому обращению, но как ответить — ума не приложу. Да и кому отвечать? Мертвецу?
Следом из портала вылетела Лилит. Она тут же вскочила на ноги, и глаза у неё горели такой ненавистью, что я едва не рассмеялся. Всё же меня ситуация не так сильно зацепила.
— Да я сейчас эту тварину… Я его в порошок разотру! — вспыхнула она, побежав прямо к порталу, но тот, вспыхнув, погас перед её носом. — А ну-ка, открывай быстро ещё один портал! Я сейчас этой твари такое устрою! Мы его тут спасаем, а он…
— Успокойся, Лилит, в этом нет никакой необходимости, — заявил я. — Нас ещё ждут другие дела. Ты ещё хотела познакомиться с медведем, — напомнил я.
— Ну нет, хватит мне на сегодня знакомств, — буркнула она. — Я пока что передохну здесь от твоих приключений, да почитаю. Мне твои друзья совсем не нравятся. Ничего хорошего они не несут.
— Ладно, — невозмутимо пожал я плечами. — Я тогда, с твоего позволения, откланяюсь. Мне надо кое-какие вопросы порешать.
— Давай-давай, — произнесла девушка.
— А у тебя никаких дел нету? — спросил я.
— Нет, все свои дела я уже сделала. У меня сейчас, можно сказать, отпуск. По собственному желанию, — хохотнула она.
— Ну ладно, — решив не расспрашивать о подробностях, я направился наверх.
И в этот момент прямо передо мной соткалось нечто тёмное и крылатое. Я даже подумал, что тёмному хранителю мира стало мало того, что он нас вышвырнул. И он решил ещё поглумиться. Но в следующий миг заметил, что это магический ворон. Такой, что обычно приносит послания.
Ворон взмахнул крыльями, затем устремился ко мне, зависнув перед самым носом. Я выставил руку вперёд, позволив ему присесть.
— Давай уже своё письмо, — заявил я. — Интересно, наверное, дядя Дима обнаружил отсутствие сестёр и решил спросить, не знаю ли я что-то об этом.
Однако на конверте значился совсем другой герб, не клана Медведевых, а что-то напоминающее рептилий. Снежинская, наверное, обо мне вспомнила. Или может… Гадюкины.
В содержании письма значилось следующее:
"Уважаемый барон Алексей Александрович Бронин!
Между нами и вами возникло недопонимание, которое мы бы хотели решить в кратчайшие сроки. Мы подтверждаем, что у вас есть полное право выражать негодование и требовать сатисфакции. Однако у нас тоже есть некоторые претензии на ваш счёт.
Приглашаем вас в нашу резиденцию под Новосибирском (координаты прилагаются) для обсуждения наших с вами дел. Предполагаю, что придём с вами к общему мнению, и наши с вами рода будут сотрудничать долго и эффективно.
С уважением, Зиновий Павлович Гадюкин, глава рода Гадюкиных.
Жду вас в течение трёх ближайших суток. Ваш визит в указанный срок будет означать ваше доброе намерение и желание к переговорам. В обратном же случае будем считать, что вы наш род игнорируете. И сделаем свои выводы."
  
Промежуточный эпиложек
 
В тёмном кабинете за драпированными окнами сидели двое достопочтенных аристократов. Они попивали дорогой коньяк с высоких гор Грузии и молчали, обдумывая сложившуюся ситуацию.
— Значит, ты говоришь, что твоя гвардия не справилась, Зиновий Павлович?
— Да, не справилась, Николай Анатольевич.