Наша чистая кровь (СИ)

— Я… Я понимаю, ничего страшного… — начала успокаивать меня брюнетка.
В этот момент в дверь громко постучали, от чего мы обе вздрогнули.
— Эйлен, поторапливайся, девочка, очень нужна твоя помощь на кухне! — раздался добрый голос нашего повара Макса.
Брюнетка посмотрела на меня умоляющими глазами, и я сжалилась.
— Ладно, извини, я знаю, что не вовремя. Но после ужина и твоей работы обязательно надо будет поговорить.
После того, как подруга, каковой я ее до сих пор считала, заверила меня, что после всех дел она обязательно зайдет ко мне, я удалилась, наконец дав девушке возможность собраться.
Ужинать я не хотела, поэтому решила просто отвлечь себя сначала учебой, а затем погрузилась в пенную ванну, взяв с собой телефон.
«Сколько лет забрали у меня наркотики? Интересно, есть ли какие-то ученые исследования сколько забирает минут каждая доза? Часов? Дней? Недель? Месяцев?
Хочу секунд. Мне так хочется жить.
А иногда не хочется. Что я буду делать?
Хочу провести всю жизнь в эйфории. Под всем этим дерьмом.
Хочу жить нормально, завести семью, что б люди меня простили и любили.
Хочу умереть и что бы все плакали обо мне.
Хочу родиться вновь. Не обязательно с самого рождения. Можно с этой секунды. Что бы все исправить и стать новым чистым человеком».
Записи Дэни все больше походили на бессвязный бред сумасшедшего. Я быстро пробежала глазами по тексту, который был явно отредактирован для удобства читающих, ведь саму рукопись, фото которой как всегда было приложено, наводняли сплошные каракули и ошибки. Что, в принципе, не удивительно, исходя из состояния, в котором находилась девушка. Отложив телефон, я вновь почувствовала тревогу и уставилась в потолок, продолжив накручивать себя.
Эти записи были уже после того, как Нэйт ворвался к ней и практически вновь посадил ее на иглу? По ее состоянию как будто бы после. Возможно тогда на вечеринке ничего связанного с дневником не будет? Возможно готовится что-то другое? Возможно кто-то опять развел глупую девочку, снял с нее лифчик, сфотографировал и теперь все эти идиоты просто поржут и все? Возможно. Возможно. Возможно. Слишком много возможностей. Черт. Я не желаю этого ни одной девочке, но как бы я хотела, что бы было что-то не касающееся этого чертового дневника. Да кого я обманываю? Не в нем дело, я боялась за Нэйта. За упоминание о нем в этих строчках. За упоминание о том дне.
В этих мыслительных терзаниях я провела огромное количество времени и вставала уже из холодной ванны. Закончив все процедуры, я прилегла на кровать, устало вздохнула и потеряла счет времени.
  
Глава 19. Сон наяву
 
— Ты можешь сжечь его, если хочешь, — произнесла Дэни, глядя вглубь леса.
— Что?
— Он мне больше не нужен, можешь сжечь дневник, — спокойно повторила девушка и двинулась в сторону, в которую смотрела.
— Но у меня нет дневника…
Но тут же, опустив глаза, я увидела эти чертовы записи у себя в руках. Листы, много листов не скрепленных друг с другом, без обложки, просто листы с начерканным грязными чернилами текстом.
— Нет… Нет… Он не у меня…
Я выронила этот «дневник», который тут же растворился на сырой земле.
— Я знаю, что он у тебя! Он у тебя! — раздался злостный голос за спиной.
Когда я резко обернулась, увидела Кристину, которая готова была наброситься на меня. В этот момент я побежала прочь, в самую глубь леса. Тут же меня как будто силком вырвали из этого кошмара за руку. Это был Нэйт.
— Да что с тобой? — произнес он.
— Он не у меня, он не у меня, поверь мне! — начала плакать я, вцепившись в его крепкие руки.
— Я знаю, — спокойно сказал Нэйт.
Парень нежно провел ладонью по моей щеке. Еще никогда я не ощущала настолько нежных прикосновений от него. Было очень непривычно, ведь Нэйтан обычно был более напорист.
— Я так больше не могу, — печально сказала я.
Но Чудовище ничего не отвечало, оно просто продолжало нежно обволакивать меня своими прикосновениями, а его глаза горели неестественно серебряным цветом. Как только он накрыл мои губы своими я почувствовала какой-то новый для себя, сладкий вкус. Эта нежность вперемешку со сладостью разбудили что-то внутри, и я обвела своими руками его шею. Нэйтан спустился ниже и начал покрывать мою шею поцелуями, от чего все тело покрылось мурашками. И, опять же, никакой грубости, только тонкая нежность, что-то новое и неизвестное. Из моего приоткрытого рта вылетает полустон-полудыхание.
 
— Пожалуйста…
Одна секунда и я уже лежу на земле. Но телом это совсем не ощущалось как сырая лесная земля. Я как будто была у нас в квартире, на нашей кровати и сейчас мужчина, которого я любила, накрывал меня. Когда он запустил руку мне под футболку и дотронулся до соска, я вздрогнула и вытянулась в струну, показывая, как реагирует мое тело на его даже малейшие прикосновения. Я была возбуждена уже до крайности.
— Я люблю тебя, — услышала я шепот.
Чей-то шепот. Чей же это шепот? Это не голос Нэйта…
Пока парень целовал мою ключицу, затем сгиб руки я пыталась унять тянущее желание между ног и сосредоточиться на шепоте. Но как только парень поднял мою футболку и взял в рот мой сосок, меня как будто швырнуло обратно на планету Земля, вместе с моим стоном, который я издала в момент.
— М-м, да…
Черт… Нет, это не сон…
Это моя комната, та, в которой я нечаянно заснула после часов проведенных в ванной, я здесь была не одна, а мое тело было сплошной эрогенной зоной. Но со мной был вовсе не предмет моей любви. Изящное женское тело находилось на мне и продолжало издеваться над моей возбужденностью своими сладкими ласками.
— Что ты… Эйлен, что ты делаешь?.. — прошептала я и слегка отстранила ее от своей груди, тогда как ее рука уже находилась между моих ног и надавливала на самую главную зону.
Мои глаза еще не привыкли к темноте, но я смогла разглядеть разгоряченное абсолютно голое тело девушки. В этот момент мне хотелось и убежать, и просто закричать, и выгнать ее, и одновременно возникали потаенные желания закончить начатое и отдаться Эйлен, забыв обо всех проблемах.
— Я люблю тебя, ты ведь знаешь… — так же тихо прошептала она, подняв на меня красивые глаза. — Ты не пожалеешь об этом.
Тут же девушка надавила рукой сильнее, и я почувствовала, как мои трусики промокли насквозь. Я закатила глаза и снова выгнулась.
— Эйлен, мы не можем, — уже громче сказала я, взяв себя в руки, и сразу же попыталась подняться.
— Подожди! — воскликнула она. — Я… Ты сказала придти, и я пришла и… Просто давай попробуем, я обещаю, что ты не пожалеешь, мы просто…
— Эйлен… — перебила ее я сбитым от возбуждения голосом, и села на кровати перед ней, поправив свою футболку, опустив ее вниз. — Послушай…
— Мы просто поиграем, это будет наша тайна, я никому не расскажу, — оленьими глазами на меня смотрела влюбленная брюнетка.
— Это неправильно, понимаешь? — начала объяснять ей я.
— Но почему? Это ведь несерьезно… Ничего не значит. Это не будет ничего значить, — повторяла себе девушка под нос, но сразу же опустила голову и закрыла грудь руками.
— Это многое значит, — снисходительно сказала я и провела ладонью по ее голове.
Я встала с кровати, включила небольшую лампу на компьютерном столе и повернулась к подруге. Она по-прежнему сидела в одной позе, опустив голову и прикрывшись руками. Ее длинные черные волосы струились по обнаженному красивому телу, а вся поза говорила о глубоком стыде. Мне стало безумно жаль ее.
Как я могла подумать, что она что-то замышляет против меня с Моникой? Она ведь искренне тянется ко мне, мягко сказать. Искренне… Любит? Не знаю, любовь ли это, скорее нет, но влюбленность явно присутствовала, как и ее преданность, я была в этом практически уверена. И как же мне было жаль, что я не могла ответить ей тем же.
Подняв ее футболку с пола, я села рядом и нежно подняла ее подбородок вверх.