Табу на чувства (СИ)

Стою перед дверями и не знаю, что делать… Стучать или нет. Я рвалась сюда с желанием снова выяснять отношения, а сейчас понимаю, что не хочу ничего знать…
Хватит трусить, Ника!
Делаю глубокий вдох и стучу в кабинет.
— Войдите, — слышу голос из — за закрытой двери.
Не смело открываю дверь и вхожу внутрь. Мельком осматриваюсь, здесь все по — прежнему. Перевожу взгляд на Касьяна. Мужчина сидит в кресле, откинувшись назад и лениво наблюдает за мной. А у меня дыхание перехватывает от одного его вида. Я когда — нибудь смогу реагировать на него спокойно без эмоций?
Никогда.
— Я уже думал, что ты не войдешь, — произносит Райхель.
Смотрю на него и хмурюсь.
— Что ты имеешь в виду?
— Над входом висит камера, — отвечает с улыбкой.
И до меня доходит, что он видел, как я стояла возле двери и решалась постучать. Ладно, главное сделать невозмутимый вид.
— И все — таки я здесь.
— Что ты хотела, Вероника? — спрашивает, пристально разглядывая меня.
Ох, а я прекрасно знаю этот голодный взгляд. Чувствую, как у меня жар начинает разливаться по венам.
— Я хотела…, — начинаю говорить, а сама задыхаюсь.
Кас щурит глаза и улыбается краешком губ.
— Подойди сюда и скажи, — указывает на место между собой и столом.
Он испытывает меня. Я это точно знаю. Хотела бы я не реагировать на мужчину так остро, чтобы хоть раз выйти победительницей… Может в этот раз получится?
Распрямляю плечи и смело подхожу к Касьяну. Внешне я спокойна, а внутри — настоящий шквал эмоций.
Подхожу к столу и прислоняюсь к нему бедрами. Райхель сильнее откидывается на кресло и смотрит на меня снизу вверх.
— Что ты пришла сказать? — спрашивает, а голос опускается до опасного шепота.
От него мурашки разбегаются по рукам и ногам, пробираются внутрь и распаляют огонь внизу живота и плавят лед, которым я пыталась оградить сердце. Медленно, чертовски медленно, Кас наклоняется ко мне, дает время, чтобы я отошла. Но я этого не делаю. Лишь прерывисто вдыхаю, когда его ладони опускаются на мои бедра. Он вплотную придвинулся ко мне, по прежнему сидя в кресле. Смотрю на мужчину с высоты своего роста и сердце разрывается на части от любви к нему. А он ведет руками вверх, а затем прижимается лицом к моему животу. Столько интимности в этом действии, меня захлестывают эмоции. Чувствую, как он целует меня сквозь ткань свитера.
— Моя Ника, — слышу его тихий голос.
Не могу сдержаться, запускаю пальцы в волосы Касьяна. Кого я обманываю? Я не смогу без него… Понимаю, что это ненормально, что это зависимость, но избавиться от нее — выше моих сил.
Я млею от его прикосновений. Особенно, когда Райхель нагло задирает на мне свитер и оголяет живот. Его губы, руки, язык творят какую — то магию. Мне кажется, что я просто умру, если он прекратит меня трогать.
Отдаться полностью наслаждению мешает неясная мысль, которая когтями шкрябает сознание. Тем временем, Кас уже нависал надо мной. Провел по шее подбородком, царапая щетиной, от чего я вздрогнула всем телом. Поцеловал за ушком.
— Стой, — упираюсь ладошками ему в грудь.
Руки мужчины по обе стороны от моих бедер. Слышу, как он тяжело дышит. Но останавливается.
— Ты меня убиваешь, — бормочет он.
Не знаю почему, но я улыбаюсь. Затем принимаю серьезный вид.
— Куда ты ездил? — задаю вопрос, Кас откланяется назад, ровно настолько, чтобы видеть меня.
— По делам.
— А эти дела связаны… Связаны с Павлом? — задаю следующий вопрос почти шепотом.
Касьян долго смотрит мне в глаза, а у меня сердце биться перестает. Ему не нужно отвечать, потому что я увидела ответ на свой вопрос в его глазах… Я шумно выдыхаю. И пытаюсь осознать все. Хорошо, что я прислонилась к столешнице, а то бы рухнула на пол. Райхель отходит от меня и идет к бару. Слышу, как он звякает бутылками, а затем наливает в стакан алкоголь. На ватных ногах поворачиваюсь к нему и обнимаю себя руками. Кас внимательно наблюдает за мной. Ничего не говорит. Ждет реакции?
Я бы ее выдала, если бы… Если бы она не повергла меня в шок! Что со мной не так?
 
— Вижу, ты сама догадалась какой ответ, — мрачно отвечает и залпом выпивает виски.
А я не могу вымолвить ни слова. Просто продолжаю смотреть на мужчину. Кас наливает себе еще порцию янтарной жидкости и выпивает. Ставит бокал на стол и идет ко мне. Сейчас он как никогда напоминает дикого хищника.
Останавливается напротив меня, между нами ничтожное расстояние. Я вздрагиваю, но от того, что между нами все искрит. Смотрит внимательно, цинично улыбается. Он воспринял мою реакцию по — своему.
— Боишься меня?
Вскидываю голову и твердо смотрю в ответ.
— Нет.
— Правильно делаешь, тебя я никогда не обижу.
— Знаю…, — тихо выдыхаю.
Кас берет мое лицо в свои ладони, жарко произносит.
— И тебя больше никто не обидит. Никогда.
— Знаю.
И мы снова замолкаем. Кас еще немного держит мое лицо в своих руках, а затем отпускает. Он разворачивается, чтобы уйти, то я хватаю его за руку.
— Я не буду относиться к тебе по — другому. Спасибо… Если бы не ты, я не знаю, что было бы со мной, — искренне говорю.
— Ты знаешь что я сделал и благодаришь меня? Другие на твоем месте бежали бы прочь от меня.
Теперь я делаю шаг вперед и обнимаю Каса за талию, чувствую, как под моей щекой быстро бьется его сердце.
— Я — не другие, — произношу, поднимаю голову и смотрю на него. — И куда я убегу, если мое сердце у тебя?
И я сама тянусь к его губам и целую. Вкладываю в поцелуй все свои чувства, всю благодарность… Я прекрасно осознаю, что Касьян сделал… Убил ради меня! Или не убил, я не знаю и знать не хочу. Но в одном уверена — о Паше я больше никогда не услышу. И меня не пугает жестокость Каса. Я не знаю почему? Все, что я чувствую — благодарность и любовь. Разве это нормально? Хотя, кто знает, что такое нормально? У каждого свое измерение.
Дыхания не хватает, легкие горят огнем, но я готова целоваться вечно.
— И откуда ты взялась такая? — отрываясь от моих губ, произносит хрипло.
Мы стояли в тишине, было так приятно, так правильно…
— Кас, а что с домом? Женя истерила на счет того, что ей дали несколько дней, чтобы съехать… Я ничего не понимаю… Мой адвокат говорил, что дело будет длиться годами.
— Чуть не забыл, мужчина отходит от меня и берет со стола какие — то бумаги, протягивает мне.
Я хмурюсь и беру их. Быстро пробегаю глазами, а из горла вырывается удивленный писк.
— Точно мышка, — улыбается, наблюдая за моей реакцией.
— Но как? — ошарашено произношу.
— Скажем так… Знаю нужных людей.
Боже, я стояла и просто пялилась в документы. В которых говорилось, что я полноправная хозяйка дома родителей, а баба Тома получает за сгоревший дом страховку! И сумма уже переведена в банк на ее имя. Увидев сумму страховки я и вовсе выпучила глаза.
— Кас, — только и смогла сказать.
Я смотрела на мужчину, которого люблю всем сердцем. Как я могла сомневаться в нем? Мне даже стыдно за себя стало. Сколько я ему наговорила… А он все сделал для меня, хоть и не должен был. И вот сейчас, именно в этот момент я почувствовала всю силу его любви.
Я просто подошла и обняла его.
— Спасибо, — тихо сказала, и я вложила в это слово все свои чувства. — Я даже не знаю, что сказать… Я не знаю, чем заслужила все это.
— Ты — самое лучшее, что случилось в моей жизни, Ника. Тебе не за что меня благодарить.
Встала на носочки и поцеловала Касьяна в шершавую щеку.
— Но мы не можем быть вместе, так? — горечь разлилась внутри, топя всю радость и нежность.
— Пока нет, — ответил Кас и сжал челюсть.
 
— Хорошо, — отхожу на шаг. — Я здесь не останусь… После всего.
— Я знаю. Я тебя найду.
— Условия те же, — твердо говорю.
Мы вышли из его кабинета, Кас сказал, что сам довезет до квартиры. Вошли в главный зал и я заметила Стаса, неуверенна махнула ему рукой. Мужчина заметил меня и расплылся в сексуальной улыбки, показывая ямочки на щеках. Он встал со своего месте и начал идти в нашу сторону. Осталось буквально пять шагов, когда я услышала какой — то треск и звук битого стекла. Все произошло словно в замедленной съемке.