Лейкоцит (СИ)

— Не великие заслуги. — Точно также фыркнув отозвался я. — Теперь, ты загибай пальцы: Первый Фархк я пошёл исключительно благодаря Кшайе, и ее подарку. Организовать со мной прайд, тоже была исключительной её инициатива. Великий Быр-Шах… В высшей степени адекватный лорд, от которого при соблюдении даже самого элементарного этикета в целости и сохранности, как мне кажется, вообще не проблема уйти. А что же касается Нагайны… — Я краем глаза покосился на буквально гипнотизирующую меня сейчас змее-бабу. — То, там… Оно случайно получилось. В конце концов она ведь первая на нас полезла, оскорбив мою нынешнюю жену? А я, что? Я должен был смолчать? В конце концов я мужчина. Да, безымянный, новорожденный, и обладающий всего лишь одной единицей могущества, но таки мужчина. Я самец. А самец, должен защищать свою самку. Логично, Фассар?
— Отчасти. — Облизнувшись кивнул он. — По крайней мере, ты действительно самец. Истинный самец. Да, новорожденный, безымянный, и чистый, однако, истинный самец. — Он несколько секунд откровенно задумчиво посмотрел на Кшайю. — Хочешь я открою тебе маленький секрет, новорожденный? Бесплатно. В конце концов, ты официальный супруг моей единственной ученицы, так что я, наверное, имею право сделать тебе небольшой абсолютно и совершенно бесплатный подарок.
— Слушаю.
— Ты уже привлёк к себе достаточно много внимания, и… На тебя начали делать ставки. В частности на то, сможешь ли ты пройти второй Фархк. Пока коэффициент два к трем.
— На мою победу, или на мое поражение?
— Само собой на поражение. Так, что имей это в виду.
— Типа могут помешать?
— Не просто могут, а наверняка попытаются. Так, что твои неполные пять циклов для прохождения этого Фахрка…
— Неполные три. Я вообще-то память распечатал. — Мысленно, но только мысленно, поправил я его, однако вслух произнёс совершенно другое выдав:
— В перспективе будут, чем дальше, тем труднее, да? Учту. Спасибо за информацию, Фассар, и… — Я выдержал паузу. — Если ты меня сейчас об этом предупредил то, значит ли это, что ты тоже сделал соответствующую ставку, причём на мою победу?
Вервольф в ответ лишь едва заметно и как бы чуть извиняясь развёл верхними лапами.
— И сколько поставил, если не секрет?
— Секрет. — Снова фыркнула это человекоподобная шавка. — А теперь… Вы с моей ученицей кажется планировали посетить хавню? В таком случае не смею вас больше задерживать. — И он точь-в-точь, как некогда Быр-Шах жестом велев свалить прочь с глаз его направился прямиком к по-прежнему ошивающейся поблизости Нагайне. Судя по её взгляду, не ждущей сейчас ничего хорошего Нагайне.
— Кажется учитель решил поговорить с кем-то по поводу уважительного отношения к его ученице… — Снова мысленно, и только мысленно прокомментировал я это дело, после чего аккуратно приобняв свою целлюлитную «супругу» за талию шепнул той на ухо:
— Дорогая, а вот теперь мне тоже однозначно нужно джайнуться. Пошли в хавню, а?
Кшайя в ответ молча кивнула, и не говоря ни слова двинулась с места.
Остаток пути до заветного трактира мы с ней так и прошли в гробовом молчании.
Хрен его знает, о чём сейчас думала моя спутница, однако я снова усиленными темпами пытался переварить не так давно полученную от того пёсика информацию, в частности о некоем устроенном в отношении меня же тотализаторе, где и мне самому было не грех поучаствовать. Потому как уж кто-кто, а я-то был крайне заинтересован в том, чтобы пройти этот долбаный второй Фархк, набрав это долбанное могущество, за это долбанное оставшееся время. Теперь дело оставалось за малым. Найти для участия в данном тотализаторе деньги, а также отыскать соответствующего… Брокера.
Или лично в этом деле лучше было не участвовать, и следовало на всякий случай найти какого-нибудь… Метаморфа, который за небольшой процент согласится сделать эту самую ставку? Да, пожалуй, лучше так. Причём в роли данного подставного игрока ни в коем случае не должна выступать Кшайя.
— Ладно. С этим мы тоже как-нибудь разберемся. — Мысленно буркнул я, за мгновение до того, как услышал от всё той же Кшайи:
 
— Вот мы и на месте, милый. Добро пожаловать в хавню номер семнадцать.
— Забавно… — Уже вслух прокомментировал это дело я. — Семнадцатый инкубатор… Семнадцатая хавня…
— А чего забавного-то? — Пожав плечами отозвалась Кшайя. — Какой харн, такие и номера.
— А теперь, дорогая, тоже самое, только попроще. — Попросил я. — Причем так, чтобы даже до такого тупого, как я, дошло.
— Ты у меня далеко не тупой. Ты очень даже смышлёный. — Едва слышно возразила толстуха. — Просто… — Она, снова, словно подбирая слова, замялась, однако в итоге принялась-таки объяснять.
Как я понял из её монолога, конкретно здешняя локация под названием «матка» отдалённо представляла собой нечто вроде ромашки с двадцатью одним именуемым «харнами» «лепестком», в каждом из которых были свои «плодильня», «стойбище», «хавня», «регистрационный кокон», «регенерационный кокон», некий представляющий собой что-то вроде официальной арены для поединков «локум», и хрен его знает, что ещё. При этом каждый харн, в той или иной степени контролировался своим, где-то более либеральным, а где-то откровенно авторитарным теймом. Данный же харн, в котором я сейчас и находился, носил номер семнадцать, и контролировался теймом под названием Неренгхай, одним из членов которого, как раз-таки, и являлся учитель Кшайи, Фассар.
— Так, милая, стоп. — Вновь выставил я вперёд правую ладонь. — Суть уловил, но… Давай немного уточним, ладно? Скажи если я сейчас где-то ошибусь. Твой учитель Фассар является членом тейма Неренгхай, который контролирует данный харн, так?
— Да, милый.
— А, ты? Ты тоже являешься членом того Тейма?
— Нет, милый. Я пока всего лишь ученица. Если пройду все испытания, то меня примут. А пока я всего лишь в… Официальной милости правящего тейма данного харна. Разумеется, в довольно условной милости.
— Хорошо. Теперь давай дальше. Быр-Шах, он…
— Один из лордов матки. У него в каждом харне нашего тайза по личной обители. И он каждые десять циклов меняет Харн своего тайза, вначале слева направо, а потом справа налево. Типа выполняет обход владений.
— И я снова ни хрена не понял, моя хорошая. Тайзы, это, что? Только ты мне действительно, как для последнего дебила объясни.
— Да чего же тут не понятного-то? — Внезапно нагло вклинился в нашу беседу, не иначе как подслушавший данный разговор, некий… человекоподобный гибрид носорога с дикобразом. — В твоей родной изоторной локали, из которой тебя Щкехсч забрал, вообще такое понятие, как цветы, было? Круглые такие. Разноцветные.
— Ну, допустим. — Подтвердил я.
— Отлично. — Кивнул тот. — Значит смотри: матка — это тот же самый цветок. Есть сердцевина, она называется — ядро. Есть более-менее независимые лепестки, они называются харны. Лепестков двадцать одна штука, и в каждом из них правит свой локальный тейм. Пока все понятно?
— Угу.
— Отлично. Однако кроме этих локальных двадцати одного Тейма, в нашей матке есть ещё и три сверх тейма, именуемых Великими домами. Каждый из которых контролирует ровно семь Харнов, которые в совокупности, и образуют один тайз. В частности нашим тайзом руководит сверх тейм Купцов во главе с Быр-Шахом.
— А два других Великих дома?
— Сверх тейм созидания, под предводительством госпожи Инфузории, и сверх тейм разложения, под предводительством Гнилого дитя. Причём главной из этой троицы является госпожа Инфузория.
— А родное логово этих трёх самых Великих домов, находится в том самом ядре матки, да?
— Ну, а где же ещё. — Развел верхними конечностями носорого-дикобраз. — Только туда даже в теории лучше не соваться. Никому и никогда.
— Учел. Благодарю за подробную консультацию, друг.
— Да, не за что, друг. — Фыркнул метаморф, и добавив: «Ты уж не подведи, я на твою победу целых три тысячи фиомов поставил. А это сумма не маленькая.» тотчас двинулся прочь.