Академия 5 (СИ)_

— Да, он очень опытный воин. Хотя у меня и больше силы, чем у него, но если бы бой продолжился, генерал бы меня уничтожил, — признался я.
— Да, генерала стоит опасаться, и несколько его подчинённых почти так же опытны. Впечатляет, что ты сдерживал его так долго, но в нынешнем состоянии тебе его не одолеть. От такой резкой оценки Имри мне стало не по себе, но она продолжила, прежде чем я успел что-либо возразить: — И всё же, если ты хочешь, чтобы я помогла тебе в войне с Империей, ты должен согласиться на два условия.
Я нахмурился, а затем почувствовал, как по моей связи с Фиби пробежала вспышка замешательства. Её беспокойство не располагало к доверительному настрою, и, прищурившись, посмотрел на большого дракона.
— Я выслушаю тебя, но ничего не обещаю.
Этот осторожный ответ вызвал улыбку Имри, и у меня возникло ощущение, что прошёл какое-то испытание. — Сначала ты примешь каплю моей крови, как ты принял её у Маледикт. Ты связан душой с моей дочерью, и хотелось бы, чтобы ты тоже был связан кровью со мной. Приняв мою кровь, ты станешь её старшим братом и опекуном, когда нас не будет рядом.
— Что это с этими драконами, которые настаивают, чтобы я пил их кровь? Хотя, чёрт возьми… Будет здорово стать кровным братом Фиби! — я посмотрел на дракончика и увидел улыбку на её губах. В её золотистых глазах светилась надежда. Медленно вздохнул, а затем выдохнул.
— Хорошо. Я сделаю это. Для меня будет честью иметь Фиби в качестве маленькой сес… — Фиби хлопнула меня по животу и подняла с земли, обняв до хруста в позвоночнике. Имри не стала дожидаться, пока восторг дочери утихнет, и продолжила:
— Ты также поклянёшься мне, что не будешь спариваться с Маледикт Пурпурной, если только я не буду рядом, и что ты спаришься со мной в то же самое время, — сказала Имри. Её странные серебристые глаза с солнечными лучиками, отходящими от зрачков, пристально смотрели на меня, и хотя Фиби не оставляла попыток переломить меня пополам, я всё же заметил жар в её взгляде.
Протянув руку, начал теребить волосы Фиби между рогами. Это, похоже, немного успокоило её, и, ослабив хватку, дракончик поставила мои ноги обратно на мшистую землю. Я наконец смог вздохнуть, крылья инстинктивно расправились, вырвавшись из ловушки её сильных рук. Хвост заходил из стороны в сторону, и я наклонился, чтобы снять напряжение с мышц позвоночника. Спина затрещала сразу в нескольких местах, и стон сорвался с моих губ. Убедившись, что меня не парализовало, внимательно посмотрел на Имри.
— Почему вы с Маледикт так стремитесь затащить меня в постель? Ты не первая, кто обращается ко мне с таким предложением, так что просто скажи мне, ладно? Флирт — это мило, хотя и немного пугающе, и хотя вы обе безумно сексуальны… Думаю, мы продвинемся дальше, если вы просто выложите мне всё начистоту, хорошо?
Имри подняла руку и откинула с лица волосы цвета слоновой кости, а затем кивнула головой: — Я уверена, что Маледикт говорила что-то о том, что ты станешь сильным магом, верно? Когда подтвердил сказанное, она продолжила: — Драконы, как правило, не любят ни Повелителей Демонов, ни Героев. И те, и другие склонны ввергать естественный порядок мира в хаос, но мы уважаем силу. Чем могущественнее драконья пара, тем больше яиц мы производим. Повелители Демонов лучше способны к воспроизведению, чем Герои, а мы с Маледикт обе хотим, чтобы драконы продолжали процветать как вид.
Я моргнул, а затем, подняв руку, потёр переносицу и искоса взглянул на Анну. Эльфийка пожала плечами. Перевёл взгляд на Алису — она, казалось, оценивала Имри. Зная полуфею, можно сказать, что она размышляет о том, достойна ли Имри лечь со мной в постель. Когда-нибудь я выясню, почему так много могущественных существ в этой вселенной хотят иметь детей от Повелителя Демонов. Но могу ли сейчас позволить себе отказаться от этого соглашения? Закрыл глаза, пытаясь взвесить все «за» и «против».
Итак, плюсы: школе не придётся иметь дело с Викторией, когда Империя нападёт, что также позволит Имри не участвовать в сражениях. Это несомненный плюс, поскольку Директор — единственный, кто может её удержать. Минус — мне придется иметь дело с безумным дерьмом, которое может сотворить со мной драконья кровь, и меня будут шантажировать сексом. Секс втроем с парой горячих гигантских дракониц, а также то, что получу Фиби в качестве младшей сестры — совсем не плохо звучит. Чёрт, клянусь, эта вселенная вращается вокруг моего члена, но это может дать нам передышку, необходимую для разработки плана по избавлению от Империи.
 
Я хмыкнул и сосредоточился на глазах Имри. Дракон, казалось, готова была ждать ответа целую вечность.
— Хорошо, согласен. Но ты сама должна рассказать об этом Маледикт, я не собираюсь ввязываться в это дерьмо. Мой ответ заставил её улыбнуться.
Имри шагнула ближе, её зубы начали удлиняться, превращаясь в клыки, сверкающие глаза приобрели хищное выражение. Покачивая бёдрами, она приближалась ко мне. — Превосходно, мне не терпится почувствовать тебя в себе.
— Боже правый, это совсем не то, что мужчина хочет услышать, когда на него надвигается гигантская тысячелетняя драконица! — я понял, что бормочу себе под нос, и постарался выпрямиться.
Огромная тень нависла надо мной, я судорожно сглотнул и напрягся, когда она подняла руки. Впервые за последнее время на её коже проступили чешуйки, а за спиной взметнулся длинный хвост. Чем ближе она подходила, тем больше раскрывалась её истинная сущность. На лбу выросли рога цвета слоновой кости, и она хрипловато рассмеялась. Я вздрогнул.
— Не волнуйся, я буду нежной…
  
Глава 14
 
Когтистые руки Имри обхватили моё лицо, а губы одарили удивительно нежным поцелуем. Я только начал расслабляться, когда змеиный язык скользнул в мой рот и принёс с собой тяжелый, медный вкус крови. Как и в случае с Маледикт, и в прошлый раз, когда Имри пыталась сделать это, кровь дракона застряла в горле, словно железный шар, и не желала двигаться дальше. Попытки проглотить её были тщетны, как и попытки выплюнуть.
Тело начинало паниковать, и я заставил себя сосредоточиться на мане внутри себя. Моё умение медитировать росло, и, благодаря помощи Юлии, я смог выделить ядро сущности, которое находилось в даре Имри. В отличие от силы Маледикт, мана Имри светилась насыщенным кремовым цветом. У меня возникло ощущение, будто попытаюсь проглотить луну, поэтому решил принять этот мысленный образ за основу и представил, что сила Имри — это лунный свет, льющийся в меня.
Взяв в руки жгут с маной, попытался раскрутить его как можно быстрее, надеясь, что это привлечёт силу. Поначалу ничего не происходило, и я уже начал беспокоиться, смутно осознавая, как Имри осторожно обхватила мои крылья, чтобы они дико не хлопали. Анна и Алиса что-то говорили, но я не мог ничего расслышать из-за стука собственного сердца. Ангелина поглаживала мочку уха, а Фиби сжимала мою руку между своими. Их забота и внимание вернули мне уверенность.
Опираясь на поддержку, представил, как мана становится весомой, словно гравитационный колодец, как она прилипает к лунной силе, притягивая к себе её крупицы. Сначала это было похоже на дождь из блесток: крошечные точки кремового цвета рассыпались по мане, но по мере того как я упрямо продолжал гнать свою энергию, покрытие росло. Вздрогнул, когда чужеродная мана коснулась моей физической маны — именно там она держалась надёжнее всего. Это было чуждое ощущение, но оно начало просачиваться внутрь, образуя полоски цвета слоновой кости среди тёмно-фиолетовой силы.
Однако не мана была самой большой проблемой, а кровь, которая всё ещё сжимала горло. Кровь вспыхнула белым огнём, к которому страшно было прикоснуться. Сущность Имри имела ледяной привкус, который трудно было описать. У Маледикт ничего подобного не было, но сейчас не было времени на анализ. Лёгкие отчаянно сжимались, нуждаясь в воздухе. Толкнув своё осознание в ледяное пламя, потянул его вниз, к вращающейся силе. Пламя рассеивалось по мере того, как втягивалось внутрь, и к тому времени, когда оно достигло центра моей сущности, огонь превратился в бассейн жидкой силы. С ней было легче справиться, когда она превратилась обратно в ману, но я столкнулся с новой проблемой, когда эта самая сила коснулась моего оплетённого существа.