Личная ведьма Тёмного (СИ)

Когда с работой было покончено, по моей спине струится пот, а руки, не привыкшие к тяжёлому физическому труду, плетьми висели вдоль тела.
— Гарсон. — Окликнула я мужчину, когда он взобрался в козлы и стал смиренно ждать расчета. — Почему вы вступились за меня? Я ведь не ваша племянница.
— Помоги одному человеку и поможешь всем. — Сказал Гарсон, простодушно пожав плечами. — Добро всегда возвращается, умноженное кратно.
Вскоре вернулась госпожа Дэнко с тощим кожаным мешочком в руках. Не сходя с крыльца она бросила мешочек и тот звякнул, угодив прямо в ладонь Гаросна.
— Не опаздывай завтра, я даю тебе последнее предупреждение. — Устало произнесла Дэнко и скрылась за дверью, жестом приказав мне следовать за ней.
— Она строгая, но справедливая. Просто постарайся работать так, чтобы дядюшке не пришлось краснеть за тебя. — Гарсон дружелюбно подмигнул, подстегнул ликорна и, снова затянув под нос унылую песню, двинулся в обратный путь.
Я поспешила вслед за госпожой Дэнко, чтобы лишний раз не испытывать её терпение — было бы обидно, если после проделанной работы та решила вышвырнуть меня из замка, в который я так долго пробиралась.
— Приставлю тебя на сегодня к Кладии — это наша главная повариха. Будешь чистить овощи, мыть посуду и подносить то, что она просит. — Рассказывала Дэнко, проводя мне короткую экскурсию по этажу.
— Я смогу увидеть короля? То есть... Может, я могла бы убирать его покои?
— О, детка, и не мечтай. — Расплылась в улыбке Дэнко. — До этого дослужиться нужно. Понимаю, никому не хочется возиться целый день в очистках и отходах, но кто-то же должен заниматься этой работой. А теперь идём, быстро приведём тебя в порядок. Не знаю, из какой кучи дерьма ты вылезла, но в таком виде околачиваться на кухне я тебе запрещаю. Кстати, как звать тебя?
— Амели, госпожа.
Дэнко лишь кивнула и рукой указала мне на дверь, за которой скрывалась узкая лестница на второй этаж. Мы вместе поднялись, оказались в длинном коридоре и заглянули в первую же дверь.
— Купальня. — Объяснила Дэнко, подтолкнув меня вперёд. — Свою одежду брось прямо здесь, её заберут и сожгут. Новую форму найдёшь в том шкафу, выбери что-то подходящее по размеру. Хорошенько вымой волосы, чтобы ушёл этот смрад. Светлая богиня, в самом деле, что с тобой случилось? Ладно, не отвечай. У меня всё равно нет времени на ещё одну слезливую историю.
Госпожа Дэнко развернулась, чтобы выйти.
— Спасибо. — Сказала я.
— Брось, детка, — Дэнко мягко улыбнулась, на щеке появилась ямочка. — ты не будешь благодарна, когда проработаешь на кухне хотя бы день. Мойся, но поторопись — Кладия не любит, когда опаздывают.
Я осталась одна.
Стянула с себя то, что с трудом можно было назвать платьем и влезла в глубокий чан, наполненный чуть тёплой водой, но даже это показалось мне настоящим блаженством. От души намазав тело душистым маслом и вымыв волосы, я откинулась на спинку чана и закрыла глаза. Мысли понеслись вскачь.
Майрион предал меня. Он занимался со мной любовью, а потом сделал предложение другой. Вот, что он имел в виду, когда говорил о том, что я могу не волноваться о эфирной связи. Он собственноручно уничтожал чувства, что между нами зародились. Может, это правильно? Может, именно это и нужно было сделать?
Пытаясь проанализировать то, что слепилось в большой ком внутри меня, я ещё больше запуталась. Я уже не понимала, где эфирная связь, а где мои истинные чувства. Была ли она вообще когда-то, эта истинная любовь? Или это бурлящая смесь гормонов и страха заставила меня обнажить душу перед первым встречным привлекательным мужчиной, а затем подкрепилась магическим эфиром? Может, всё это время мне стоило мыслями держаться за Кристофера?
Подумав о нём я с удивлением обнаружила, что совсем ничего не чувствую. Ни сожаления, ни горечи, ни ревности. Словно никогда Кристофер и не был частью моей жизни, словно никогда не убивалась я по нему, заливая слезами подушку. Чувства к Майриону вытеснили абсолютно все. Высекли на корню и уничтожили, и теперь я была пустая внутри.
 
Выскочив из воды, я до красна растёрла тело пушистым полотенцем и подыскала форму подходящего размера. Невзрачное льняное платье всё равно болталось мешком и неприятно кололось где только можно. Я подвязала платье на талии светлым передником, волосы собрала под несуразный чепец, а на ноги надела поношенные, но очень удобные кожаные ботиночки. Когда-то на них был рисунок, но он истёрся от времени и неоднократной чистки. В любом другом случае я бы пожалела несчастную обувь, которой возможно пришлось пережить даже больше, чем мне, однако сейчас я мало переживала о таких мелочах.
На кухне меня ждала главная повариха Кладия. Она была тучной, как госпожа Дэнго, но в отличии от той, лицо её казалось суровым. Между выгоревшими бровями залегла глубокая морщина, которая говорила о том, что эта женщина часто хмурится.
— Новенькая, принимайся за овощи. — С ходу скомандовала Кладия. — Шустрей. Терпеть не могу нерасторопных.
Не желая злить нового босса, я кинулась к горе овощей, поджидающих на разделочном столе. Нож в моих руках неловко скользил по жёсткой кожуре, то и дело соскальзывая. Великим поваром я никогда не была — график не позволял проводить много времени у плиты. Обычно я обедала в кафетерии на работе, а на ужин заказывала доставку или покупала замороженные полуфабрикаты, которые достаточно было разогреть в микроволновке.
Вскоре на кухню пришли ещё девушки: все молодые, молчаливые, они без единого слова принялись за работу, и всё у них выходило так споро и ловко, что я почувствовала себя совершенно бесполезной. Девушки кружили по кухне, как мотыльки, и изредка хихикали, подбивая друг дружку плечом. Со мной никто заговорить так и не попытался, напротив, меня огибали по широкой дуге и с лихвой отсыпали мне неодобрительные взгляды. Я была лишней, но особого сожаления по этому поводу не испытывала.
Кладия занималась своими делами: набивала потрошеную птицу овощами, помешивала густой суп в большом кипящем чане, носилась из угла в угол в поисках нужных ингредиентов и специй. На меня она почти не смотрела, а когда всё же наши взгляды встречались, Кладия неодобрительно цокала и качала головой.
— Неумёхи. — Без конца повторяла она, даже когда я справлялась с очередной картофелиной. — Наберут всяких...
Работа не останавливалась ни на минуту. Пол дня мы вальсировали по кухне, то таская овощи из кладовой, то унося очистки в большие баки на входе. Масштабы, в которых здесь готовили еду, поражали, хотя наверняка в доме Майриона работа на кухне выглядела примерно так же. Только вот это никогда меня не касалось, я ведь была настоящей леди. Тфу!
К вечеру я совершенно выбилась из сил, тогда как другие девушки были бодрыми и свежими, словно только что как следует выспались. Одного взгляда на гору овощей было достаточно, чтобы почувствовать тошноту — настолько они мне опостылели. Казалось, что сегодняшний день никогда не закончится, как вдруг на пороге кухни показалась Дэнго.
— Кладия, что сегодня?
— Неумёхи. — Снова повторила Кладия. — Гнать их взашей.
— Ты каждый день это говоришь. — Дэнго усмехнулась. — Дай мне одну девчонку, Юми снова нездоровится.
— Твоей Юми всегда нездоровится. — Проворчала Кадия. — У неё каждую неделю месячные, а если не они, так ещё какая хворь. Лентяйка она, вот что.
— Пусть так. — Неохотно согласилась Дэнго. — Но сейчас днём с огнём не сыщешь такой симпатичной мордашки. Не могу же я отправить кого попало прислуживать королю за ужином.
— Какая разница, какая морда у той, что подливает вино. Главное, чтобы руки не из задницы, а здесь ты таких точно не найдёшь. — Кадия швырнула половник к раковину и вытерла руки о передник. — Посмотри новенькую. Она вроде...ничего.
Дэнго беглым взглядом окинула девушек и остановилась на мне.
— Амели, вот так неожиданность! И всего-то стоило тебя хорошенько отмыть. — Госпожа Дэнго расплылась в улыбке. — Идём со мной, детка. Заменишь сегодня Юми.