Лингус (ЛП)

С этими словами Уолтер выкрикнул номер, который я не запомнила, повернулся на каблуках, и ушел.
Тристан не двигался. Вместо этого он сжал мое плечо, а потом дернул за кончик моего хвостика.
Я застыла, наблюдая, как хрупкая фигура менеджера отступает, как собака, поджав хвост. Я в шоке. И разрывалась между трепетом перед тем, что произошло, и тем, что он защищал не только меня, но и себя.
Охре-е-ень.
Я дернула его за рукав, попросив наклониться ровно настолько, чтобы проговорить ему на ухо:
— Тебе чертовски повезло, что я еще в семнадцать лет выбросила свое кольцо с надписью «Жду настоящую любовь».
Его щеки и уши покраснели от моего комментария. Он усмехнулся, а затем нахмурился, как будто не знал, как реагировать. Тристан открыл рот и издал самый странный смешок в моей жизни. Мужчины умеют хихикать?
— Язык проглотил, Магеллан? — Я подразнила его своим фирменным, совершенно неженственным фырканьем.
Он так ехидно улыбнулся, что я даже испугалась. Когда он кивнул в ответ вместо того, чтобы подобрать слова, а затем потянул меня за руку в противоположную сторону к двустворчатым дверям, я слегка занервничала. Он обнял меня за плечи и притянул вплотную к своему крепкому телу. Я почувствовала теплое дыхание на ухе, когда он прошептал:
— Мой язык ты получишь попозже, моя маленькая золотоискательница.
И тут я, черт побери, споткнулась.
На что наткнулась, я так и не поняла. С моей-то удачей, это мог быть воздух, но я за что-то зацепилась ногой, и внезапно полетела по направлению к полу. Что еще хуже, у меня было самое идиотское выражение лица. В конце концов, с каким еще выражением я могла падать, когда самый горячий мужчина в моей жизни только что сказал, что будет ублажать меня языком? Своим языком! И только то, как он произнес это, вызывало дрожь. Или, как в моем случае, спровоцировало падение. Тристан мог засунуть свой язык мне в изгиб локтя или в подмышку, и это все равно была бы самая горячая вещь во вселенной.
Его большие руки схватили меня за талию до того, как я поцеловалась с полом.
— Куда это ты? — рассмеялся он, поставив меня на ноги.
Я засмеялась, и это больше было похоже на рев осла, а потом ухмыльнулась ему. Группка людей стояла в сторонке, глядя в мою сторону с усмешками на лицах. Я еле удержалась, чтобы не показать им неприличный жест.
— Придурки, — пробормотала я себе под нос, а затем взглянула на своего спасителя.
Нахмурившись, Тристан развернулся в том направлении, откуда мы только что пришли.
— О что ты споткнулась? — Он кивнул головой в ту сторону.
— Помолчи, — простонала я, чувствуя себя слегка униженной.
— Нет, серьезно, о что ты споткнулась? — настаивал он, громко смеясь. Зеленые глаза весело сверкнули, вглядываясь в мое лицо.
— Разве ты никуда не опаздываешь, Робби Лингус?
Он ухмыльнулся. После чего обхватил рукой мое предплечье и сжал.
— Да, но не съезжай с темы. — Мы снова пошли бок о бок к дверям. Он наклонился ближе ко мне. — Тебе понравилось то, что ты услышала, правда?
Уверена, мое лицо приобрело такой оттенок красного, который можно увидеть только у пожарных машин и, возможно, у омаров, но я не сдержалась и хрюкнула. Резким толчком Тристан открыл одну из дверей, ведущих в главный зал. Он подошел ко мне после того, как я прошла через открытую дверь, стараясь держаться поближе. Я понимала: о том, чтобы стоять рядом с ним или держать его за руку не могло быть и речи, потому что теперь он полностью перешел в режим Робби. Но это не значит, что я не могла напомнить ему о том, что он привел меня сюда и уйдет со мной примерно через час.
Сегодня утром, когда я принимала душ, то решила, что мне нужно собраться и поддержать его. Мысленно я пыталась подготовиться к тому, что может произойти на этой выставке. Какие-нибудь зараженные гонореей шлюхи могут попытаться поцеловать его или облапать его упругую задницу. Женщины с обвисшими половыми губами, способными хлопать на бис, могут попытаться обнять его и прошептать на ухо пошлые словечки. Я собиралась изо всех сил постараться не реагировать. Это просто игра. Ну, актерам ведь приходилось целовать других женщин на съемках, верно? Чисто теоретически Тристан и был актером, только в данном случае главным героем оказался его член.
 
Уф. Мне хотелось плакать.
Когда я посмотрела на него, прикусив губу, чтобы не зарыдать, то поймала его взгляд на себе. При этом он так слащаво улыбался. Его красивые, ясные глаза были широко раскрыты, и в этот момент он выглядел таким чертовски счастливым, что внезапно вся моя неуверенность исчезла. Эта улыбка была адресована мне. Не кому-то другому. Она предназначалась мне, и я стала причиной, по которой он так улыбался.
Кроме того, разве он только что не сказал Уолтеру, что увольняется из-за меня? Меня? Маленькая старушка Кэт Бергер, которая ржала как мужик? Мне хотелось прыгать и бегать от радости. Тристан не говорил только для того, чтобы использовать свои голосовые связки, так что я знала, что это правда. Я хотела спросить его об этом, но подумала, что сейчас неподходящий момент для разговора.
Может быть, позже, когда он будет использовать свой язык. Ха.
Внезапно у меня возникла действительно гениальная идея. Я снова потянула рукав футболки Тристана с V-образным вырезом. Он наклонился, и я слегка коснулась нижней губой его уха.
— Думаю, позже тебе стоит познакомиться с моим языком, — сказала я гортанным голосом.
Я слышала, как он сглотнул.
Понятия не имею, откуда я взяла такие дерзкие слова. Возможно, Никки передала мне частичку себя для моральной поддержки. Может быть, она не причем. Я знала, что хочу, чтобы Тристан думал обо мне, пока будет раздавать автографы другим женщинам, которые, как и я, считали его красавчиком. Возможно, с моей стороны это выглядело, как проявление неуверенности, но я отказывалась думать об этом в таком ключе.
Мы молча прошли первый ряд палаток, постоянно переглядываясь и хитро ухмыляясь. У меня не было сил рассматривать палатки и их содержимое, потому что все мое внимание было сосредоточено на покрасневшем лице Тристана. Он продолжал надвигать очки на нос, даже когда они не двигались с места. Кажется, он знал, куда идти, и имел представление о том, как расположены палатки, потому что в мгновение ока мы подошли к той, на которой была та самая огромная фотография Робби Лингуса, которую я видела всего пару месяцев назад, когда мы встретились.
Мой желудок болезненно сжался от дикой сексуальности и мужественности, которые излучала фотография. Большие голые сиськи, принадлежавшие женщине, которая стояла на фото рядом с Робби, казалось, издеваются надо мной с расстояния в тридцать футов. Ее плоский живот и четкий пресс смеялись над моим животиком, когда я приблизилась. Сейчас его руки казались гораздо больше и более собственническим жестом обнимали эту женщину на плакате, чем в последний и единственный раз, когда я видела его раньше. Почему мне так чертовски больно смотреть на это фото, даже если я знала, что оно старое?
Тристан повернулся ко мне и оставил согревающий, сладкий поцелуй за моим ухом.
— Я бы повторил это сотню раз, пока не встретил бы тебя.
Он ушел до того, как успел договорить, и слова сыпались, словно оставляя след из хлебных крошек. Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. Откуда это взялось? И это Тристан, который еще две недели назад просто сжимал челюсти, когда я говорила о свиданиях с другими мужчинами. Это Тристан, который даже тогда, вероятно, не понимал, что испытывает ко мне что-то помимо тех чувств, которые испытывают друг к другу все друзья.
Я ценила его храбрость и честность больше всего на свете. Когда и где этот человек успел отрастить такие яйца?
Я пошла за ним, придерживаясь плана, который мы составили в машине. Он предложил мне погулять, пока не закончит, или просто потусить рядом, — идея, от которой он пришел в восторг. Я решила подождать Тристана, пока желание блевать на его фанаток не станет слишком очевидным. Или до тех пор, пока я не начну убивать, нанося им телесные повреждения первой попавшейся на глаза вилкой.