Не жизнь, а сказка
Прошин аккуратно положил иглу поперёк щели. Все отодвинулись к стенам, чтобы не мешать богатырскому удару. Ваня замахнулся и с хаканьем опустил секиру на зловредную иглу.
Грохот был, наверное, слышен даже в глубине замковых подвалов. От удара железа о камень вылетел такой сноп искр, что любители устраивать короткое замыкание в трансформаторных подстанциях умерли бы от зависти. Лезвие топора наполовину ушло в камень, а игла… осталась целой.
Ваня попытался выдернуть застрявшее оружие, но топор засел крепко. Взревев от ярости, богатырь изо всех сил дёрнул рукоять, оружие освободилось из каменного плена, и Иван улетел к стене. Ладно бы просто улетел, но по пути он снёс крепление для масляной лампы. Нет, пожара не случилось. Железяка на самом деле служила рычагом, при повороте которого в полу открывался тайный ход.
Никто не успел понять, что происходит, как все четверо ухнули в темень.
Тем временем в огромном зале досмотр подходил к концу. Минотавру, видевшего лицо багдадского вора, показывали очередного гостя, и быкоголовый исправно, раз за разом отрицательно мычал. Сам Кощей с волшебным рентген-моноклем в глазу также осматривал присутствующих на предмет магических личин. Отсвет красного глаза Бессмертного, преломленный моноклем, напоминал луч лазерного прицела, отчего хозяин замка выглядел, как заправский снайпер.
Вора так и не нашли. Осталась последняя порция гостей, не охваченных осмотром. Дотошные минотавры тупо отобрали тех, кто в масках. Кощей, с недовольным видом оглядел их. Человек в костюме операционного хирурга, здоровый негр с деревянно-травяным нагромождением на голове, подводный пловец в полном обмундировании, спортивный фехтовальщик, сварщик, хоккейный вратарь… Так, с ними всё понятно — каждый в своей маске! Но зачем сюда приволокли даму в роскошном домашнем халате?
— Её зачем? — Кощей издалека ткнул пальцем в даму.
— Сама призналась Ваше Бессмертство, что на ней косметическая маска! — с готовностью доложил старший охранник.
Кощей только теперь сообразил, что означают разнообразные ягодки, огурцы и зелень, густо наложенные на лицо особы.
— Её на стол надо в виде главного блюда, — проворчал он. Ретивые минотавры ринулись к даме. — Стоять, болваны! Я же пошутил!
Кощей перешёл к следующему гостю. Им оказался высокий, стройный человек в черном. Бессмертному было достаточно одного взгляда, чтобы понять — этот не украдёт. Зорро — он и в Кощеевке Зорро. Стоящий рядом человек в железной маске изысканно ругался по-французски.
— Говорит, Людовик четырнадцатый, — услужливо пояснил минотавр.
Кощей побрёл дальше. Мужчина в длинном пальто, широкополой шляпе, с лицом, замотанным шарфом и огромных черных очках-черепахах.
— Скидавай маску! — рявкнул минотавр.
Человек пожал плечами, быстро разделся и… исчез. Кощей вздохнул. Конечно, человек-невидимка лучший кандидат на роль вора, но ведь стражник запомнил лицо… а лица у невидимки не видно.
— Ладно, одевайся, — буркнул Бессмертный в никуда. — А это кто?
— Грабитель.
Кощей поглядел на человека в темном облегающем костюме и с женским чулком на голове.
— Скорее, фетишист.
Следующим оказался улыбающийся худенький мальчишка. Вот тут Кощей встрепенулся. Рентген-монокль показал, что на самом деле существо выглядит совершенно по-другому. Не теряя времени, Бессмертный произнёс заклинание снятия личины и… ничего не произошло. Худенький мальчишка по-прежнему идиотски лыбился. Кощей разозлился и вновь произнёс заклинание. Результат прежний. Только после пятого раза личина мальчишки спала, и на его месте показался здоровенный, жирный тролль. Он достал откуда-то замызганную бумажку и по слогам радостно прочитал:
— Мэджик резистанс сто двадцать!
— Тьфу! — в сердцах плюнул Кощей. — И нечего на пиджин-лингво ругаться!
Минотавр-свидетель оживился и промычал:
— А он похож! Только тот был маленький. И не зелёный.
Кощей задумчиво посмотрел на радостного тролля. Вроде бы всё подходит: и мордой похож, и маленьким быть может… Бессмертный поглядел на огромную ладонь тролля. В такую лапу кощеева корона целиком поместится и ещё место останется. Нет, не могло это существо украсть алмаз, ловкости бы не хватило.
Кощей проигнорировал Джима Керри, похотливо скалившегося в зеленой маске, и остановился перед последней гостьей. Дама во всем белом: ослепительно белое роскошное платье с глубоким декольте, длинные, выше локтей, кружевные перчатки, белая шляпка с легкомысленными цветочками и белая маска на лице.
Кощей остановился. Странно, почему-то ему казалось, что он знает эту женщину. Бессмертный закрыл один глаз и пригляделся к ней через рентген-монокль. Никого! Открыл глаз — вот она, стоит перед ним, игриво помахивая веером. Закрыл глаз — опять пусто! Кощей не мог припомнить никого, кто умел бы проделывать подобные штуки, во всяком случае, он таких на карнавал не приглашал.
— Как звать? — напустил на себя суровый вид хозяин замка.
— Запамятовал? Да, Коша, давненько мы с тобой не встречались.
Кощей вдруг почувствовал слабость в ногах. Кошей его когда-то звала только… Смерть.
— Ты?
— Я.
— Я тебя не звал!
— Само собой! — усмехнулась дама. — Я всегда незваной прихожу. Но в этот раз ты сам себя превзошёл. Зачем каждому гостю неприкосновенность обещал?
— Уже не каждому! — быстро проговорил Кощей. — Есть здесь пара твоих клиентов, сейчас оформим. Вот только вора найду.
— Нет, Коша, раз уж ты меня обидел и не позвал на праздник, то никаких клиентов! — твердо сказала дама в белом.
— Подожди, подожди! Хочешь сказать, что я смутьянам даже голову отрубить не смогу? — всполошился Кощей.
— Каким смутьянам? — с невинным видом спросила дама.
Кощей оглянулся — у подножия трона лежали лишь обрывки цепей, пленники исчезли. Бессмертный только начал набирать воздуха для разъяренного крика, когда раздался страшный грохот, в стене открылся тайный ход, и с воплями и ругательствами в главный зал вывалились три человека и одна обезьяна.
Минотавр-свидетель встрепенулся и шепеляво заорал:
— Вон тот, маленький! Это вор!
Кощей, придя в себя от изумления, слащаво сказал даме в белом:
— Вот этим смутьянам головы и отрубим. Сами пришли.
Но Смерть легким движением руки остановила кощееву стражу и подошла к барахтавшимся на полу.
— Рано им. Варвар ещё королём не стал, и Иван правителем будет. Шимми-ловкач тоже не одного богача ещё огорчит. Да и капитану расти и расти по служебной лестнице.
— Откуда вы меня знаете? — Прошин первый из четверки сумел подняться на ноги. Он посмотрел в черные глаза дамы, блестевшие из-под маски, и содрогнулся. — Мне ваш взгляд как будто знаком…
— Ещё бы, — усмехнулась дама в белом, — ты не раз мне смотрел в лицо. Только в других обличиях.
— Ну, хватит любезничать! — сверкая красными глазами, Кощей подошёл к Смерти и сказал: — Если ты их сейчас забрать не желаешь, то я, пожалуй, посажу смутьянов в темницу. Глядишь, через год-другой они тебя сами молить станут придти за ними.
Иван Прошин во все глаза смотрел на величественную даму.
— Так вы сама Смерть? — с трепетом в голосе спросил он.
— Она самая.
— Чего ж ты этого скелета не приберёшь? — вдруг осмелел капитан. — Сколько времени по белу свету шляется, народ мутит!
— Не могу…
— Он на Руси, как заноза в заднице! — подал голос Иван-дурак.
— Кстати, о занозе… — Конан крутанулся вокруг себя, явно пытаясь что-то достать. Прошин глянул варвару за спину и рассмеялся.
— Ваня, не только на Руси, но и в Киммерии.
С этими словами капитан милиции аккуратно, но быстро выдернул из кожаных штанов Конана ту самую иглу, которую они безуспешно пытались сломать. Кощей при виде крошечной блестящей железяки оцепенел.
— Мадам, не желаете ли завладеть этим? — Прошин протянул даме в белом трофей. — Я думаю, ваш старый знакомец…
Кощей прыгнул на капитана с проворством, которого никто не ожидал. Кроме Ивана-дурака. Богатырь одной рукой успел сдвинуть Прошина в сторону, а другой встретил летящего Кощея. Бессмертный совершил немыслимый кульбит и затих на полу. Смерть усмехнулась, взяла из рук Прошина иглу и с интересом посмотрела на неё.