Поступай с другими так (СИ)
— Это нормально, — сказал он. — Мистер Бышик, так что там насчет моего дела? Да куда подевался этот чертов Бышик?
* * *Бышик подевался в комендатуру. Конечно, комендант Бёльтер не управлял всеми планетарными силами ЧВК «Милый Августин», но имел определенное влияние. И, конечно, он передал информацию о произошедших событиях на самый верх. И теперь, конечно, наверху желали получить подробности — и Бышик их предоставил.
Предложение господина Кесарева звучало очень просто — Хлебичек остается нейтральным. 0,8 g и пригодная для дыхания атмосфера, абсолютно неагрессивное население и натуральные продукты — что может быть лучше для организации центров рекреации и досуга для уставших вахтовых рабочих и доблестных работников ЧВК, которые по доброте душевной решили охранять комплексы по добыче трития и дейтерия?
С пониманием относясь к необходимости организации пункта материально-технического обеспечения (читай — полноценной военной базы) для нормального функционирования ЧВК «Милый Августин» и производственных мощностей И. Г. «Крафтшофтиндусти», Кесарев предлагал альтрайтам на растерзание Песьикишки. А сам был готов довольствоваться Верещакой — благо, тамошние жители с традиционным пофигизмом отреагировали на возможность появления на другом полюсе спутника еще одного поселения под куполом. Всё равно у местных не было ни ресурсов, ни желания осваивать доставшееся им от щедрот хлебичанских небесное тело. А рашены еще и арендную плату предлагали, и защиту от посягательтсв соседей, пиратов и тех же альтрайтов. И под юбку… То есть — под купол первопоселенцев лезли только вежливо спросив разрешения.
Оказалось что эти самые ребята в тельняшках — тоже из ЧВК. Частная военная компания «Веселые люди» — и никакого, абсолютно никакого отношения к космической пехоте, знаменитым «черным бушлатам», которые прославились во множестве локальных конфликтов Сектора Рашен, они не имеют. Бизнес такой — охрана частных предприятий и сопровождение торговых караванов, ни больше ни меньше.
А Пивичко распилили ровно по экватору — пополам, распределив таких образом фронт работ между И. Г. «Крафтшофтиндусти» и ЗАО «Промгаз». А что по этому поводу думали хлебичане, и тем более кишочники — на это господину Кесареву было наплевать. А альтрайтам — и подавно. И именно поэтому предложение было принято в полном объеме.
— Вы ведь передадите новые расклады по Пивичку на Ярр, мистер Виньярд? — как бы невзначай поинтересовался Бышик, поправляя растрепанные волосы. — Я могу на вас положится в этом вопросе?
Этот старик был явно кем-то более значимым, чем просто почетный консул заштатной колонии из глубокого космоса. Но — пускай с этим разбираются величества, высочества и всякие вредные искины. Сью переступил с носков на пятку и обратно:
— Это нормально, мистер Бышик. Но что там по моему делу? Может быть, обсудим?
* * *Глава 20
В которой Сью размышляет об утках и гуманизме
— В каком смысле — не летят? — удивился Сью.
— Ну вот так вот — решили остаться. Альтрайты с планеты ушли, рашены — не пришли… Будут дальше свои яблочки растить и сидр гнать.
— Сидр?
— Ну да, эксклюзив, можно сказать. У всех пиво, а у моего папаши — сидр. «Как же я буду жить без своих яблонь в цвету?» — говорит! Яблони у него круглый год цветут, по очереди. И урожай тоже — круглый год. Теперь еще поставки наладил, на экспорт. Вроде как тендер у «Промгаза» выиграл, будут брать «на рекреативные нужды»! На Хлебичке работы прибавится, и денег тоже. Вахтовики на газоперерабатывающие заводы поедут, инфраструктура будет строится — на Песьикишках и Верещаке… А отдыхать они будут где? А кормить их будет кто? Кесарев всё верно просчитал — никуда Хлебичек не денется, и никакой оккупации не надо. А вот кишочники бы точно палки в колеса вставлять начали — он и натравил на них альтрайтов… Намучаются «августинцы» в лавовых трубках, отведают титановых сабель… Ну, да это их проблемы. Характер стойкий, нордический приобретается только во время суровых испытаний, верно? А раз ковать его они будут на Песьикишках, а не на Хлебичке, то мои рассудили, что бояться им нечего, и решили остаться. В общем — ты уж извини, друг мой, но сгоняли мы сюда вхолостую…
— Это нормально. Я свои вопросы почти порешал — осталась самая малость.
— Что за вопросы — я не спрашиваю, но куда мы летим дальше — узнать обязан, — явно подражая кому-то продекламировал Мартин.
— На Верещаку. Нужная мне информация есть у одного офицера… Ну, то есть начальника — мы же о ЧВК говорим, а не об армии, верно?
Хробак усмехнулся — великие державы играли в игры, по правилам, которые сами и устанавливали.
— Если бы кишочники, мы и соотечественники Бышика сели за стол и поговорили, а потом — подали коллективное прошение на вступление в Новую Конфедерацию, всех этих проблем можно было бы избежать! Здесь дежурил бы эльфийский флот, или пара канонерок с Ярра… Но, Господи, какие же мои земляки тормозные…
— Знаешь, это даже достойно уважения. Они делают то, что умеют лучше всего — откармливают свиней, варят пиво, растят хорошие урожаи, пекут хлеб… В этом они мастера! Не каждому суждено быть великим воином или астронавтом, печь хлеб — не менее почетно. Просто — хлебичанам нужно было найти тех, кто готов воевать вместо них, и кому нужен хлеб. Я думаю, оно сложилось бы само собой, просто…
— Просто тритий был обнаружен очень не вовремя, да? — хмуро кивнул Мартин.
А Сью подумал, что если бы не эта история с тритием, то черта с два Бышик рассказал бы ему байку про золотой диск и вывел на нужного человека…
— Зато я послушал, как поют рашены, — ответил он. — И мы провели ходовые испытания обновленного «Эрнеста». Так что — сгоняем на Верещаку, а потом — обратно на Ярр?
— Отец настоял — заправка катера за его счет. Ему жутко неловко, и всё такое… И зря ты в гости не зашел.
Сью тоже было неловко. Он не очень-то знал, как себя вести на всяких семейных мероприятиях, единственная семья, в которой он бывал более-менее регулярно — это Кормаки, а они как-то не особенно заморачивались на званых ужинах и всём таком. Так что он сделал очень озабоченное лицо:
— Гляди, «Милый Августин» снимает караулы вокруг космопорта. Пойдем, сейчас и от нашей скорлупки заберут этих, как их… «Двое из ларца одинаковых с лица».
Альтрайтское ЧВК организованно покидало Хлебичек. Взмывали транспорты с техникой, ребята в горчичной форме аккуратными коробочками маршировали в трюмы кораблей под прикрытием «научно-исследовательских» эсминцев, которые барражировали в атмосфере, прикрывая отход. Наверняка, Лелеки и Болеки с Песьикишек уже готовят им теплый прием. Но — блицкриг был у альтрайтов в крови, и сомневаться в том, что им удастся создать на поверхности негостеприимного спутника передовую базу не приходилось.
— Красиво идут! — сказал Мартин, на ходу глядя в сторону Нова-Крумлова. — О чем поют-то?
Часовые, охранявшие «Эрнест» бегом догнали последние подразделения альтрайтов, которые покидали город. Грохот сапог десятков солдат отдавался эхом на пустых улицах, отбивая ритм походной песни. Сью прислушался:
— Знамена ввысь! В шеренгах, плотно слитых,Бойцы идут, спокойны и тверды.Друзей, в лихих сражениях убитых,Шагают души, в наши встав ряды,— перевел он, и плюнул себе под ноги.
История циклична даже в глубоком космосе? Люди никогда не учатся на своих ошибках? Горчичная форма, молнии в петлицах, теперь эта песня… Да и обрывки воспоминания Иоахима фон дер Боддена говорили о том, что если что-то выглядит как утка, крякает как утка и на вкус как утка — то это, мать ее, самая настоящая утка!
С другой стороны — он пока не видел печей и колючей проволоки, а бросаться голословными обвинениями только потому, что кто-то поет песни по мотивам других старых песен и надевает горчичную форму — это было несерьезно. Тем более — космос велик настолько, что говорить о каком-то lebensraum даже у политиков Нойшванштайна получалось только в пределах собственной системы. Целых две планеты — это очень много для десятков миллионов человек. По крайней мере — на ближайшие пару сотен лет. Наверное.