Ценнее власти (СИ)

– Но как?
– Всё так же, зельем. – Слышится стеклянный перезвон.
– Но теперь она меня не то, что на порог, на расстояние пяти метров не подпустит, – хмыкает Стася.
– Плевать, мой человек подольёт куда-нибудь. Он же примет вид Ольги, пока она будет валяться в спальне Бенеша, и проведёт Павла по всем камерам, чтобы в этот раз наверняка.
– А куда ты денешь князя?
И мне интересно.
– Ты же всё ещё его невеста, – Чех прямым текстом подкладывает принцесску под Бенеша. Пусть не моего, но такой дряни я и врагу не пожелаю. – Намекни, что он забыл о своих прямых обязанностях, пусть отрабатывает. А мы пока провернём всё остальное.
– Хочешь подставить меня перед отцом? – сразу холодеет она.
– Что ты, госпожа моя, – ласково. – Кто подумает, что ты способна на такую подлость. Ты же сама говорила, что Джерк приходил за утешением ни к своему любимчику-бастарду, а к тебе. К своей единственной, самой нежной, самой любящей дочери. Никто из тупоголовых оборотней в жизни не поверит, что ты на это способна.
– Недоговариваешь? – с подозрением.
– Только если самую малость, и не в ущерб тебе.
Долгая молчаливая пауза.
– А Марек? – Кажется, или её голос и в самом деле дрогнул. – Что мы сделаем с ним? Он всё это время заперт в камере и точно ни при чём.
А Мар узнает всё очень быстро, дайте только выбраться. Всё-таки я ясновидящая и могу показать ему не только память левых трупов, но и собственную. С миленьким фильмом в стиле семейного триллера.
– Ты же понимаешь, – со вздохом.
Сволочь. Ещё и прикидывается, что ему жаль.
Это принцесска – сестра и может попробовать вымолить прощение. А такой гадости, как Чех, Мар с ходу свернёт шею и будет прав. В победе моего волка я не сомневалась ни мгновения.
А с принцесской я разберусь сама. Что там Бенеш говорил о кровной мести? Что я не имею права?
– Давай отправим его куда-нибудь подальше? – просьба в голосе Стаси заставляет усмехнуться. – Выгоним с позором, он ведь не спас свою семью. Хвалёный Ищейка отсиделся всё расследование в камере. Пусть уходит, но будет жив. Вик, пожалуйста.
– Стася, – недовольный вздох.
– А я потом отработаю, – совсем интимным шёпотом, от которого меня передёргивает. – Обещаю.
– И как? – хмыкает Чех, явно заинтересовавшись, а я медленно отступаю.
Вряд ли эти двое скажут ещё что-нибудь по делу. А слушать их ахи и вздохи – удовольствие гораздо ниже среднего.
Ещё шаг, и ещё.
Довольные стоны, наконец, замолкают, а я выдыхаю.
Фух. Это я удачно зашла.
Фыркнув, подбираю по пути туфли. Настроение слегка портится, стоит представить каково будет Мару, но… в этом случае знание лучше любой лжи. Вздохнув, перед самым выходом из прохода, я наклоняюсь, чтобы надеть туфли. А, выпрямившись, утыкаюсь в чью-то грудь. Поднимаю взгляд.
И не успеваю ничего.
– Попалась, – с искренним удовольствием сообщает Чех и пережимает какие-то точки у меня на шее.
  
Глава 36
 
Стоит открыть дверь комнаты охраны, и все вытягиваются по струнке. Даже Ян, хотя ему по чину не положено.
– Марек? Но как…
– Где Оля? – обводя их мрачным взглядом, от которого долбанные охраннички опускают глаза.
– Понятия не имею, – поднимает бровь Ян. – А ты какими судьбами? Что-то выяснилось?
Выяснилось, что отец поддерживает моё желание прибить и её, и князя.
– А это я у вас хочу спросить, – тихо и угрожающе. Молодые парни мгновенно втягивают головы в плечи. – Какого хрена убийца ещё не пойман?
– Так ищем, – пожимает плечами Ян.
– И долго будете искать? – От его шага вперёд все, кроме Новотного, отступают. – У вас что, мозг включается только в моём присутствии? – с рыком. – Или я вдруг стал добрым и всепрощающим?
– Ты бы полегче, а то доведёшь ребят до икоты, – хмыкает Ян.
– А на хрена мне тогда нужны такие ребята?
Роб и второй парнишка, имя которого не отложилось в памяти, съёживаются. Глупое зрелище, учитывая комплекцию обоих Теней.
 
– Чтобы через три часа нашли мне убийцу Влада. – Не найдут, так хоть зашевелятся.
И, обведя присутствующих последним грозным взглядом, Марек выходит, громко хлопнув дверью. А через несколько шагов его останавливает рука на плече.
– Что не так.
Ян едва ли единственный не дурак из всех Теней, но и ему сейчас больше хочется вцепиться в загривок, чем что-то объяснять. Бешенство накатывает волнами, по мышцам периодически проходит судорога оборота.
– Что? – развернувшись, Марек толкает Яна в грудь так, что тот отлетает к стене. – Это ты мне скажи что. Что убийца моих братьев всё ещё делает на свободе? Почему без меня вы ни хрена не сделали? Где хоть какие-то улики? Где подозреваемые?
– Подозреваемых хоть отбавляй, – хмыкает Ян, но не торопится снова приближаться. – Ольга Щенкевич и ты – наши главные и самые любимые подозреваемые. Оформлять будем? – скалится он.
Явно из последних сил терпит пренебрежение пусть сильного, но значительно более молодого волка. И неуважение терпит, но вряд ли Новотного хватит надолго. Слишком всё затянулось. Все на взводе, и наша драка с Яном сейчас вообще не к месту, но как же сложно сдержаться.
Особенно когда зверь воет, чувствуя разорванную метку. Когда скребёт когтями по сердцу, требуя выместить ярость хоть на ком-то.
Но не на Яне. Есть гораздо более подходящие кандидаты.
И Марек сдаётся первый, отступая на шаг и примирительно поднимая руки. Усилием воли изгоняя из взгляда враждебность.
– Ты не справился, – качает головой, и Ян мрачнеет.
– Не справился. – Он даже не думает оправдываться. – Это не тот уровень, куда я мог залезть и выбраться невредимым.
– Зато дал влезть Оле, – рычание снова прорывается наружу. – Дал сойтись с грёбаным вампиром. Решил, что она справится сама? Пока вы всем долбанным хвалёным отделом Теней постоите в сторонке.
– Я не посадил её в соседнюю с тобой камеру, хотя некоторые настаивали.
– Ты бы и не смог, – презрительно хмыкнув. – Не имел права, пока она находилась под защитой Бенеша. И она всё ещё под ней. – С отвращением покачать головой. – Ты постарел, Ян. И всё больше печёшься о своей шкуре, а не о раскрываемости и справедливости. Отец правильно сделал, что заменил тебя. Вовремя. Пока Тени не стали насквозь лживой и продажной шайкой головорезов.
Ян тяжело дышит, мощная грудь ходит ходуном, но молчит. Смерив бывшего уже приятеля долгим взглядом, Марек разворачивается и быстрым шагом идёт к лестнице.
Резко останавливается, поворачивает голову.
– Ты и твоё бездействие толкнули её в объятия князя. – Каждое слово ножом по сердцу. – А теперь заплатят оба.
Стоит открыть дверь их спальни и Марека едва не выносит тяжёлым и плотным вампирским духом. Не её, нет. Его, Бенеша.
И все доводы разума сносит одной только мыслью, что они здесь…
Злой рык переходит в рычание злого зверя. Фокус меняется. Исчезает цвет, окрашивая всё в грязно-жёлтый цвет. Расширяется угол обзора.
И в целом жить становится намного легче.
Даже несмотря на то, что обороты на территории поместья официально запрещены.
Вот только вампирская вонь ещё сильнее ударяет по носу.
Мотнув широкой головой, Марек забегает в ванную, обнюхивает пол. Чихает от запаха краски и свежего ремонта. Возвращается в спальню, медленно и методично ищет.
Да, Бенеш был здесь этой ночью. И не просто здесь, он был в их постели и далеко не пять минут.
Глухое рычание вырывается из волчьей глотки. Но Марек продолжает обнюхивать. Запрыгивает на кровать. Представляет, что сказала бы Оля о грязных лапах на чистом белье. Улыбается, насколько позволяет волчья пасть и… находит запах долбанного вампира на её подушке.
А потом рвёт зубами и когтями несчастную ткань в клочья. По комнате летит пух, и успокаивается Марек только после того, как несколько раз подряд оглушительно чихает в тишине спальни.