Декан, спасите Светлую, или попаданка поневоле (СИ)

– После вас, моя леди. Заходи, здесь нам никто не помешает.
Видно мое подсознание из последних сил еще пытается бороться с этим наваждением. Я понимаю, что это не моя комната. В принципе не комната. Это вообще не пойми что. Чулан какой-то. Леди не ходят по чуланам и подсобкам с мужчинами постарше. Тем более с врунами.
Я встала как вкопанная, непроизвольно поглаживая его запястье большим пальцем. На висках от напряженной внутренней борьбы проступили вены. Тогда Лорион развернул меня лицом к себе и нежно поцеловал в губы, не давая больше бороться с наваждением.
– Заходи, и получишь еще поцелуй, – прошептал де-Фьери мне в губы, окутывая теплым дыханием. – Важно, чтобы ты вошла добровольно. Так я смогу поставить мощную защиту, чтобы никто посторонний нас не потревожил. Только ты и я.
Я, услышав о желаемом уединении, проследовала в открытую дверь, не в силах сопротивляться. Внутри оказалась довольно просторная подсобка. Под простором подразумевается наличие грязного окна, длинной парты под ним и парочки метров, забитых хламом, через который легко можно навернуться.
Пока осматривалась, магистр прикрыл за собой дверь и наложил на нее заклинание, различимое едва мерцающей белой нитью с внутренней стороны.
«Мира, кольцо. Скорее!» – вспомнил Мор.
Или не Мор? Вообще не понимаю ничего. Про какое кольцо разговор? Как бы я не напрягала память, ничего на ум, связанное с кольцом, не пришло. Хочу только его губы, его тепло, просто хочу…
Лорион подошел вплотную и одним стремительным движением подхватил под бедра, усадив на холодную парту. Я первая потянулась к его влажным губам, сгорая в желании. Страсть внутри бушевала, отдавая самой настоящей болью. Казалось, будто действительно погибну, если он не овладеет мной здесь же.
«Мира, держись, я сейчас что-нибудь придумаю. Только держись!»
Я уже не слушала. Мой разум полностью затмился. Магистр де-Фьери протиснулся между моими ножками и раздвинул их в стороны, нависая своим корпусом. Одной рукой он медленно приступил к расшнуровке переднего корсета. Невольно я прогнулась, подобно кошке, вытягиваясь как можно сильнее.
– Какая ты горячая девочка, Доминика. А говорила, что не будешь моей, – довольно прошептал Лорион, отрываясь от моих губ. Едва последний узелок корсета был развязал, платье бесшумно соскользнуло на бедра.
Я осталась сидеть перед ним полуобнаженной. Большая набухшая грудь тут же оказалась в его ладонях. Он с силой сжал ее, заставляя вскрикнуть от удовольствия.
– Сними с меня рубашку, – бесцеремонно потребовал Лорион, вжимаясь в меня так, что я ощутила его выпирающее из брюк достоинство. – Снимай! – еще раз приказал Лорион, до конца сдергивая с меня платье. Оно упало к его ногам.
Я в очередной раз покорилась его приказу, схватившись за пуговицы белоснежной рубашки. Пока расправлялась с этим на вид легким делом, умудрилась оторвать две пуговицы.
– Какая ты неловкая. Надеюсь, с брюками справишься лучше, – не без интимного намека произнес декан Светлых.
Без малейшего стыда потянулась рукой к молнии декана. Та с характерным звуком расстегнулась. Я жадно облизнулась и стянула с Лориона брюки вместе с нижним бельем. Сама не заметила, как его член оказался в моей руке, горячий и пульсирующий.
– Ммм… – промычал не менее возбужденный магистр. – Не торопись. Ты же не думаешь, что твоя пытка закончится так быстро? Ты плохо себя вела в столовой, девочка моя, и выставила меня дураком. За это будешь наказана сполна.
Де-Фьери отодвинул меня от себя, но лишь для того, чтобы полностью уложить на стол. Мокрые трусики он снял с победным наслаждением и кинул их куда-то за спину. Я же, согнув ноги в коленях, приглашающе расставила их в разные стороны. Стоило ему коснуться рукой моего сокровенного места, как тело без моего ведома поддалось новой агонии. Действительно пытка, не иначе, пусть и на грани с удовольствием.
– Лорион, пожалуйста… – взмолилась я, царапая ногтями пыльную парту.
– Из твоих уст мое имя звучит очень возбуждающе. Так и продолжай, – заметил декан Светлых и довольный опустился лицом на уровне моей талии. Покрывая поцелуями животик, он спускался все ниже и ниже, пока не проник своим языком в горячее лоно. Я закричала от удовольствия, хватаясь руками за его светлые волосы. Лорион еще долго продолжал ласкать языком, заставляя задыхаться от вскриков.
 
– Сейчас будет больно, малышка, – наконец предупредил Лорион и подключил к изнурительным ласкам свои пальчики. Сначала два, затем решительным движением и третий, разрывая девственную плеву.
– Ах…– Я до крови закусила губу, через приятную боль подаваясь на пальцы Лориона, чтобы они вошли как можно глубже. Едва находясь в сознании, посмотрела на магистра из-за приоткрытых век. – Еще…прошу…– взмолилась я, осознавая, что этого мало, чтобы унять агонию. Хочется больше. Сейчас Лорион кажется самым желанным мужчиной, но где-то в самой глубине души я понимаю, что это наивная ложь.
– Какая же ты сексуальная. Хорошо, сейчас ты и твоя тайная сила будут моими, – возбужденно прошептал магистр. Пальцы моментально пропали, вместо них к лону он приставил нечто твердое и большое. Лорион успел лишь чуть надавить на лоно, как дверь в подсобку с грохотом свалилась с петель.
В воздухе тут же поднялась пыль. Сквозь нее в помещение вошел невероятно злой магистр де-Яно. Из его потемневшего взгляда разве что искры не сыпались. На руках на этот раз не было перчаток. А лучше бы были. В обеих клубились сгустки кромешного мрака, который теперь ничего не могло сдержать.
Лорион тут же отскочил от меня, инстинктивно прикрывая свое мужское достоинство. Второй рукой он на автомате швырнул в Дария белый пульсар размером с выбитую дверь.
Мужчина отмахнулся от пульсара как от надоедливого комара, всё так же стремительно наступая вперед. Возникни перед ним каменная стена, он бы всё равно не остановился.
– Дарий, надень перчатки. Давай поговорим, – попросил Лорион, поднимая обе руки вверх перед собой. Неравные силы вынуждают де-Фьери организовать хотя бы подобие мирных переговоров, чтобы избежать разоблачения на месте.
От витающей в воздухе энергетики сразу двух привлекательных магов или может больше от такого грандиозного облома, я по новой начала задыхаться в нарастающей с новой силой нестерпимой агонии. Кажется, накрывает сильный жар. Вокруг всё закружилось, будто я на карусели. Ясно одно. Хочу уже хоть кого-нибудь из этих двоих. Или можно сразу двоих. Ох…
Оба мужчины синхронно посмотрели на меня, будто точно знали, о чем я подумала. Дарий окончательно пришел в ярость, уже больше напоминая своим видом древнего демона. Лорион, хорошо зная своего соперника в гневе, громко сглотнул, практически уперевшись голым задом в стену.
– Ты не понимаешь, что делаешь. Я пытаюсь остановить войну! – попытался оправдаться Лорион.
– Я убью тебя, – на удивление спокойно произнес Дарий. – Не вижу адекватных причин, которые бы меня остановили.
– Дарий, не дури. Ты ведь не хуже меня знаешь о пророчестве и о том, что оно не врет. Оно не может врать. Ты ведь тоже всё понял. Это о Доминике говорится в нем. О её светлой душе. – Он даже показательно ткнул в меня пальцем, будто это точно подтвердит его слова. – И ты знаешь, что остановить войну она не в силах. Ей нужен тот, кто поможет. Так почему бы мне быстрее не стать её избранником и не обрести власть и силу для спасения нашего мира? – пафосно призвал де-Фьери. – Тогда у меня будет шанс переиграть партию с правильным исходом.
– И почему ты решил, что стать её избранником можно, применив насилие?
– А почему нет? В пророчестве не говорилось об ограничениях, – сощурился Лорион и тут на его лице отразилась удивление. – Подожди. Дело ведь не в этом. Ты здесь не ради пророчества, я прав?
– Ты прав. Она моя, – сквозь зубы процедил Дарий, подтверждая зародившуюся догадку Лориона. – Только моя.
– Чья угодно она может быть, но только не твоя. Пророчество не может быть о тебе. Дарий, она Светлая. Не знаю, что ты себе возомнил, но ты просто опустошишь девчонку, уничтожив и ее, и силу. Ты не сможешь никогда быть ее избранником. А вот я могу, –победно заявил декан Светлых, отдавая себе отчёт, что сейчас надавил на больное место Дария. Он может попросту не простить такой дерзости, но это того стоит, ведь найти уязвимое место у такого мага равносильно победе, если получится применить это знание в будущем. Теперь главное выжить.