Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Вы на «Коршуне»? — уточнил Венедикт Кириллович.
— Да.
— Мой человек вас довезет, Иван Владимирович, — озвучил свое решение глава рода Солнцевых. — Мой личный водитель достаточно опытен, чтобы доставить вас домой на вашем автомобиле. А я забираю Виталия Геннадьевича в особняк.
Последнее было сказано для Легостаевой. Некромантка спокойно кивнула, показывая, что услышала информацию, а потом Варвара Константиновна склонилась над трупом Семенова. Явно не желая пачкать наряд, она провела рукой над телом, за счет одной лишь грубой силы придавая мертвецу подобие жизни.
— Как тебя звали? — спросила она, явно намереваясь идти строго по протоколу допроса.
Идти до «Коршуна» мне не пришлось. Получив от меня ключи, шофер Венедикта Кирилловича пригнал машину сюда. Я опустился на заднее сидение и, прикрыв глаза, погрузился в себя.
Второй узел открывал новые вершины, давал доступ к новым заклинаниям. И, разумеется, новым артефактам. Но об этом я подумаю завтра.
«Коршун» плавно двигался по дорогам столицы. С момента, как мы выехали из устроенной Семеновым засады, ничего не напоминало о случившемся неподалеку бое. Конечно, Служба Имперской Безопасности обязательно допросит Семенова и узнает о его совместных планах с Ангелиной Павловной, из какого бы рода она ни была. Возможно, кровь прольется снова, но это уже не мое дело.
Пусть Венедикт Кириллович выбивает правду о нападении на своего наследника. Свое положение я защитил, и на этом умываю руки. Я не обязан разгребать за окружающими те горы навоза, что они успели нагородить вокруг себя. И это — тоже прекрасно.
— Прибыли, Иван Владимирович, — сообщил шофер, выключая двигатель.
«Коршун» уже стоял в гараже, а меня встречал Егор Никифорович. Увидев, что за рулем не я, управляющий явно напрягся, ожидая худшего. Впрочем, стоило ему открыть пассажирскую дверь, я улыбнулся мужчине.
— Добрый вечер, как тут обстановка? — спросил я, выбираясь наружу.
— Все в полном порядке, Иван Владимирович.
Он скосил глаза на выбравшегося из автомобиля водителя с гербом Солнцевых на униформе. Тот чуть кивнул, и я взял слово.
— Спасибо, что довезли, — обратился я к слуге Венедикта Кирилловича. — И передавайте вашему начальнику мою искреннюю благодарность.
— Обязательно, Иван Владимирович, — ответил тот, поклонившись значительно ниже.
— Накормите человека и отправьте домой, Егор Никифорович, он меня очень выручил, — велел я, уже направляясь к входу в дом. — Меня до завтра не трогать, я буду крайне занят.
Поднявшись к себе в покои, я скинул одежду на пол и, не принимая душ, завалился в кровать. Что ни говори, а открытие второго узла меня вымотало и выжало. Сил не осталось даже на то, чтобы обрадовать Анну премией.
Но завтра я обязательно этим вопросом займусь.
* * *
Утро началось с дразнящего ноздри аромата крепкого кофе. Еще не разлепляя глаз, я с удовольствием втянул чарующий запах. А поднявшись с постели, окинул взглядом спальню.
Анна как раз поставила серебряный поднос на столик, я видел горничную сквозь неплотно прикрытую дверь спальни. Девушка действовала аккуратно, не производя шума. Закончив, обернулась и, увидев, что я не сплю, поспешила извиниться.
— Простите, Иван Владимирович, я вас разбудила, — произнесла она с самым виноватым видом.
— Все в порядке, — ответил я, глядя на часы.
Циферблат показывал одиннадцать утра. Так что проспал я немало. Хотя организм еще не до конца отошел от перестройки резерва, усталость отступила. Ну а кофе окончательно развеет остатки сна. Осталось только добраться до напитка и сделать первый глоток.
Хотя соблазн отказаться покидать постель был велик, я все же пересилил это низменное желание и направился в душ. Анна тут же последовала за мной.
— Иван Владимирович, если хотите, я потру вам спину, — предложила горничная. — Или сделаю массаж.
У нее в резюме действительно имелась соответствующая отметка. Карьера девушки начиналась в салоне красоты, где неблагородные женщины не столько получали услуги, сколько проводили время с подругами. Естественно, несмотря на сословие, это были состоятельные клиентки. Или правильнее будет считать состоятельными их мужей, оплативших супругам такой досуг?
 
— Как-нибудь в другой раз, — ответил я, замерев у двери в ванную. — Но вообще я вчера решил, что ты заслужила премию. Пока я привожу себя в порядок, можешь подумать о том, чего хочешь больше — подарок или деньги.
Закрыв дверь, я быстро принял душ и остановился у зеркала, разглядывая свое отражение. Открытие второго узла никак не сказалось на моей внешности, однако в целом вид все еще оставался немного помятым.
— Если вы не возражаете, я бы предпочла деньги, Иван Владимирович, — озвучила свое решение горничная, как только я вышел из ванной комнаты.
— Хорошо, — кивнул я, опускаясь в кресло у столика. — Подай мне телефон.
Я оформил перевод пятидесяти тысяч рублей на личный счет Анны, и она, осчастливленная, убежала выполнять свои рабочие обязанности. Вооружившись чашкой с кофе, я сделал первый глоток и с удовольствием ощутил, как силы возвращаются ко мне.
Стоило осушить чашку, как лежащий на столике телефон завибрировал.
— Моров слушает, — произнес я, ответив на звонок.
— Иван Владимирович, — донесся из трубки мужской голос, — вас беспокоит Дементий Петрович. Глава рода Семеновых. Полагаю, нам есть что обсудить.
  
Том 2
 
Глава 18
 
— О чем же мы должны с вами говорить, Дементий Петрович? — уточнил я.
Он хмыкнул в трубку.
— Полагаю, у вас могло сложиться несколько неверное представление о членах нашего рода, Иван Владимирович, — произнес глава Семеновых. — Вы оказались не в том месте, не в то время. И вам пришлось защищаться, как и любому другому разумному человеку.
Судя по тому, что он мне звонил, у Службы Имперской Безопасности до сих пор не нашлось повода прижать Семеновых.
И вот даже не знаю, как к этому относиться. С одной стороны, всякое могло случиться внутри семьи, Солнцевы сами тому пример. А с другой — мне звонит глава рода, член которого устроил перестрелку на улицах столицы. И это должно восприниматься как само собой разумеющееся?
— У вас немного неверная информация, Дементий Петрович, — сказал я. — Ваш младший родственник целенаправленно искал конфликта с родом Солнцевых. Я вмешался один раз — на приеме Завьяловых. О чем, кстати, я хотел вам поведать, но, увы, дальше все закрутилось слишком круто. И второй раз я вмешался в дела Федора Ильича, когда он напал на кортеж Солнцевых, желая лично уничтожить чужого наследника. Если хотите, Дементий Петрович, я самостоятельно выбрал вашего родственника своей жертвой. Загнал его в ловушку, из которой Федор Ильич не смог бы бежать, воспользовавшись его нападением на Солнцева. Затем я заставил вашего родственника растратить магию на уничтожение охраны Виталия Геннадьевича и после этого убил. Хладнокровно и расчетливо, — пояснил я, после чего сделал короткую паузу и спросил: — Так что вы хотели мне сказать?
Несколько секунд собеседник молчал, видимо, меняя заранее продуманный план разговора. После чего выдохнул:
— Выходит, Легостаева не соврала, — произнес Дементий Петрович. — А я уж было подумал, что это месть за то, что я разорвал помолвку с ее непутевым братом.
Хм, кажется, тут был намек на какую-то крайне мутную историю взаимоотношений между родами. Надеюсь, он не попытается меня в это втянуть. А то придется Семеновых еще сократить на несколько голов. Не люблю дворянские интриги.
— Впрочем, не важно, — решительно объявил глава рода. — Из-за действий члена младшей семьи Семеновых вы, Иван Владимирович, понесли некоторый ущерб. Я предлагаю выплату стандартной для такого случая виры. Возьмете миллион рублей, и мы забудем об этом инциденте.
Он точно глава рода Семеновых? Почему у меня такое чувство, будто мне хотят заплатить за убийство непутевого внука, убрать которого самим было невозможно, но и терпеть уже сил не было?