You're All I Want (СИ)

— Первые — Сара Мюллер и Николь Беккер. — Я устало повернул голову, увидев, как девчонки радостно переглядываются. Лучшие подруги.
Затем последовало еще примерно десять имен, а после она сказала невероятную вещь, которая заставила меня навсегда забыть про слово «покой»:
— Пауль Ландерс и Рихард Круспе, — бормотала она, даже не замечая, что я чуть не свалился со своего места от этой новости. — Затем Давид…
— Что? — перебил ее я. — Кто?
— Пауль, я же сказала слушать внимательно!
— Нет, я понял, а нельзя ли… поменяться с кем-нибудь местами? — Договорив, я взглянул на не менее удивленного Рихарда.
— Да, если можно, пожалуйста, — добавил Круспе. Я нахмурился.
— Мальчики, вы прекрасно знаете мои правила. Если я сказала, что вы работаете в паре, то так и будет. Я не собираюсь что-то менять. Если я поменяю одного из вас местами с кем-нибудь другим, то все равно найдутся недовольные. Я не собираюсь из-за вас переделывать весь список, — протараторила она своим писклявым голосом.
— К тому же, — продолжила она, — у Рихарда намечается хорошая оценка в четверти, и он вам поможет. Вы же сами хотели исправить?
— Ага, — это было все, на что меня хватило. «Да пусть хоть двойку поставит: мне все равно, только не с ним». Я прекрасно знал, что с ней бесполезно спорить. Хотя в этом, как мне казалось, даже были свои плюсы: хотя бы в чем-то Круспе обломался; он думал, что ему можно все, но здесь он ничего не мог поделать, равно как и я. Оставалось только терпеть.
Я посмотрел на Рихарда, заметив, что тот собирает вещи. Он положил все учебники в сумку и сорвался с места к двери.
— Круспе, вы куда? — возмутилась фрау Майер. — Урок еще не закончился!
— А у меня закончился. — Он с наглой улыбкой помахал ей рукой и вышел из кабинета, не забыв хлопнуть дверью.
«Что за реакция такая? Неужели я ему настолько противен? Нет, я, конечно, тоже не горю желанием с ним работать, но не так же… А я его еще и рисовал», — вопрошал я.
На остальных уроках в тот день я его не видел.
Придя домой в непонятном настроении, я быстро сделал уроки, а оставшееся время играл на гитаре до того момента, пока мне не постучали по ту сторону стены.
Я отложил гитару, посмотрев на часы затуманенным взглядом. Двенадцать. Я и правда засиделся, а на следующий день нужно было в школу.
Выключив лампу, я вышел из комнаты и, посмотрев по сторонам, на цыпочках отправился в комнату сестры: та сосредоточенно читала какую-то книгу и даже не заметила того, что я вошел.
— Эм, спокойной ночи, — прошептал я, присаживаясь на краешек ее кровати. Я определенно чувствовал какую-то вину перед ней, но извиняться я не собирался. Она прекрасно знала, что моя комната — это только моя комната.
Она закрыла книгу и посмотрела на меня изучающим взглядом.
— Спасибо, и тебе.
Я улыбнулся, уже порывался встать, чтобы выключить свет, когда она попросила меня остаться.
— Что такое? — спросил я.
— Ну… как бы… — сестра явно пыталась мне что-то сказать, но это давалось ей с огромным трудом.
— Что-то случилось? — перебил я ее, не выдерживав.
— Нет, — она покачала головой, сдержанно улыбнувшись.
— Получила двойку? — предположил я.
— Нет.
— Подралась? — До чего же глупым предположением это было. Она не могла ни с кем подраться. Это я постоянно нахожу себе приключения на пятую точку.
— Пауль, нет же! — возмутилась Эмили. — Дай мне уже сказать.
— Ладно, я слушаю, — покорно согласился я.
— У тебя есть девушка?
Мне стало как-то странно от этого вопроса, ибо я особо не интересовался другим полом и мне вообще всегда было все равно. Не знаю почему, но это так. Нет, у меня в классе были очень красивые девушки, но я не имел желания делить с ними свою жизнь и тем более постель.
— Нет, а что? — спросил я, придвигаясь к ней чуть ближе. Ее заинтересованность в этой области настолько заинтриговала меня, что я даже забыл о сне.
— Я просто хотела узнать, как это… ну… отношения… — Она отвела глаза и вроде бы начала краснеть. Я был удивлен, что она начала говорить об этом именно со мной. Во-первых, потому что я её брат и у нас с ней редко случались разговоры на такие темы. Во-вторых, потому что я парень и уж точно в этом не разбирался. Ну, а в-третьих… у нее подруги наверняка были, одноклассницы. Я думал, о таком нужно говорить именно с ними, ну или вообще не говорить. Тем более откуда мне вообще было знать, что такое отношения? До чего глупое слово.
 
— Хм. А я-то тут при чем? — спросил я, уставившись на нее.
— Ты же взрослый, — объяснила она. — Все взрослые с кем-то встречаются…
— А с чего вообще такие вопросы? — я старался как-нибудь перевести тему на более приятную, но Эмили не собиралась отступать.
— Ну, понимаешь… Мне нравится один мальчик… Ну, он просто… — пыталась сказать она, но ее смущение, которое я прекрасно видел, не позволяло ей этого сделать.
— Что «просто»? Эмили, не тяни кота за яйца — давай, говори, я спать хочу, — нетерпеливо прервал ее я.
— Он просто учится в твоем классе, вот, — наконец выдавила она из себя, и я сразу же перехотел спать.
— Чего?
«Вот это да. В моем классе нет ни одного нормального человека — о ком она вообще говорит?», — недоумевал я.
— Я просто хотела, чтобы ты узнал, как он относится ко мне… — она говорила тише, видимо, испугавшись моей реакции.
— Эмили, тебе всего пятнадцать — еще рано думать о мальчиках. — Ну не получалось у меня с ней разговаривать… Да и я вообще, по-моему, лучше ей было к маме обратится: это по ее части. — Нужно больше думать об учебе.
— Я тебя умоляю, — она усмехнулась. — Ты учился в свои пятнадцать? Ты вообще когда-нибудь учился?
— Я — это совсем другое дело, Эмили.
Она замолчала и, с грустью посмотрев на меня, перевернулась на бок, уткнувшись носом в одеяло.
— Ну ладно, ладно, — сдался я. — Что за мальчик-то?
Сестра все так же молчала.
— Эмили… — я погладил ее по спине, стараясь успокоить, но лучше бы я этого не делал и не настаивал. То, что она произнесла в следующую секунду, заставило меня очень сильно удивиться:
— Кажется, его зовут Рихард, — пробубнила она в одеяло.
Меня как ледяной водой окатило: этого я никак не ожидал от своей сестры. Я считал, что ей нельзя с ним видеться, что ему все равно, сколько ей лет — хоть десять. Я его, конечно, не знал, но по его виду выглядело именно так — что вообще, трахает все, что видит. Мне по крайней мере так рассказывали. Тут мое воображение художника начало рисовать чудовищные и мерзкие картины, и я потряс головой, пытаясь прогнать их.
— Ты его знаешь? — она приподнялась и посмотрела мне в глаза, надеясь.
— Да, знаю… — растерянно произнес я, пытаясь построить у себя в голове какой-нибудь хитроумный план, чтобы Эмили перестала думать об этом. Но в мою сонную голову ничего не приходило.
— Вы с ним друзья, да? — с надеждой в голосе спросила она меня.
— Типа того… — я погрузился в свои мысли, понимая, что сейчас узнал. Эмили такой человек, что ее может на чем-то заклинить и это будет проходить очень долго.
— Пауль, пожалуйста, узнай у него… ну хотя бы чуть-чуть… — в ее глазах загорелся огонек веры, но я был вынужден разрушить все, что она себе там намечтала.
— Ложись спать, — командным тоном произнес я и, выключив свет, вылетел из комнаты. Тогда я думал лишь об одном:
Круспе, блять, что ж ты меня везде достаешь, даже дома?
========== Black-Eyed ==========
Первая мысль, с которой я проснулся, была об Эмили. О моей сестре. О моей маленькой глупой сестренке. За ней последовала целая вереница других: «Наверное, надо с ней помягче, она же ведь еще ребенок. Первая любовь и все такое… хотя какая там к чёрту любовь?! Ей всего пятнадцать! Она просто, как и остальные девушки, повелась на его… да, привлекательность. Он весьма красив, и я думаю, он старательно этим пользуется, поступая по-свински, и ему наплевать на какие-то там чувства и признания в любви. Ну, а вообще, сами виноваты: мне кажется, они прекрасно понимают, на что идут. А потом только пустота внутри, жалость к себе и так далее. И Эмили туда же. Никогда не думал, что столкнусь с такой проблемой. Надо с Рихардом, что ли, поговорить. Хотя что там говорить? Я практически не разговаривал с ним эти одиннадцать лет, а тут вдруг такое рвение сблизиться. Да я его даже не знаю толком. Одноклассники, называется».