Спецхран (СИ)

У перекрёстка стоял билборд. С него сурово смотрел рабочий в комбинезоне и каске, рядом маячил тип в неброском костюме, тоже не особо приветливый. За их спинами рдело знамя с серпом и молотом, а подпись гласила: «Труд. Контроль. Эффективность».
Анна замерла, глядя на этот лозунг:
— Нет, это не наша ветка…
— Откуда вывод? — Алексей хмыкнул. — Вы у себя там неэффективно трудитесь? Контроль ненадлежащий?
— Да ну тебя. Мне не смешно вообще.
— Сорри.
Неподалёку был магазин «Продукты». Отмытая витрина сверкала, на ней изображались мясисто-розовые колбасы и сырная голова. На двери имелась табличка: «Обслуживание по КБО».
— И что это значит? — риторически спросил Алексей.
— Не знаю. Сокращение незнакомое.
— Пошли глянем.
Он открыл дверь и сделал приглашающий жест. Анна поколебалась, но всё же шагнула внутрь. Он вслед за ней переступил порог.
В помещении царила прохлада, под потолком крутились лопасти вентиляторов. За прилавком стояла худая тётка в белоснежном переднике. Анна сказала:
— Здравствуйте.
Продавщица, окинув взглядом её голые ножки, скривила губы и промолчала. Алексей присмотрелся к ассортименту. В холоде под стеклом лежала колбаса разных видов. Он прочёл на ценниках: «Докторская», «Варёная», «Сырокопчёная», «Куриная», «Сервелат». Чуть дальше — сыры: «Российский», «Пошехонский» и «Брынза». С названиями тут явно не заморачивались.
Анна же почему-то заинтересовалась кассовым аппаратом. Спросила вежливо:
— Карты принимаете к оплате?
— С начала года — только по КБО, — отрезала продавщица.
— А наличку? — полюбопытствовал Алексей.
Вздрогнув, тётка уставилась на него с таким видом, будто он просил взвесить полкило красной ртути.
— Извините, — поспешно сказала Анна, — мы пошутили.
— Вот я сейчас позвоню, — с угрозой сказала тётка, — там посмеются.
Она достала из-под прилавка радиотелефон с выдвижной антенной и принялась тыкать в кнопки. Анна потянула Алексея к двери. Он не сопротивлялся, тихо охреневая.
— Зачем ты встрял? — зашипела Анна, когда они выскочили на улицу. — Лёша, включай башку иногда! Или молчи хотя бы — сойдёшь за умного!
— Блин, да чё я сказал такого? Вопрос — невиннее некуда…
— Для нас с тобой — да, а тут… И я, по-моему, поняла, что за КБО…
Она отошла от магазина под дерево, которое давало густую тень, схватила планшет и стала что-то просматривать. Её палец метался по сенсорному экрану. Алексей стоял рядом с ней — дуб дубом, что называется.
— Так, — пробормотала она, — понятно…
— Колись.
— Погоди минуту… А вообще, знаешь, пойдём отсюда…
— Куда?
— К переходу, обратно. Здесь нам нечего делать… Когда вернёмся, я всё тебе объясню — потерпи, пожалуйста…
— Да без проблем. Не переживай.
Они зашагали по тротуару — прочь от перекрёстка с билбордом. На ходу она продолжала смотреть в планшет. Алексей легонько придерживал её за плечо, чтобы она не врезалась в столб, а сам терялся в догадках.
Поравнявшись с казённым сооружением, где всё так же стояли «жигули» с «москвичами», они хотели свернуть к железной дороге. Но их окликнули:
— Молодые люди! Одну минуту!
Навстречу по тротуару к ним приближались трое — мужик за сорок и двое парней за двадцать. Старший — в белой рубашке с короткими рукавами и в отутюженных брюках. Парни — в полотняных штанах и светлых футболках.
— Добрый день, — сказал старший, — извините за беспокойство. Добро пожаловать в Минеральные Воды. Вы ведь приезжие, если не ошибаюсь?
— Да, — сказал Алексей, — курортники.
— Издалека?
— Москва.
Мужик, бросив взгляд на Анну, кивнул:
— Столичная мода всегда на шаг впереди. Провинция тихонько завидует. И всё-таки любопытно — как вам у нас? Отдыхаете в санатории, вероятно?
— Да, в Пятигорске. Но мы уже уезжаем. Ждём на вокзале поезд, а пока решили пройтись, размяться.
— Билеты у вас с собой?
— С какой целью интересуетесь? — спросил Алексей.
Собеседник чуть усмехнулся:
— Ценю ваш юмор. Впрочем, вы правы, формально мы не представились. Но опознавательные знаки при нас, вы их не могли не заметить.
 
Он постучал себя по значку, приколотому к рубашке. На белом прямоугольнике — буквы ДНД, ярко-красные, а чуть ниже — чёрный узор, составленный из квадратных крупинок. Кажется, это называлось «матричный код». Алексей про него читал, но в быту не видел, даже в Москве.
— В качестве патруля народной дружины, — сказал мужик, — мы поддерживаем общественный порядок на вверенном нам участке. Так что наши вопросы вполне уместны.
— Мы вроде не буяним, — возразил Алексей. — И водку не распиваем, просто идём по своим делам. Какие проблемы?
— Вы находитесь на улице в рабочее время. Кроме того, нам поступил сигнал от обеспокоенных граждан. Речь идёт о провокационных высказываниях с вашей стороны — только что, в магазине. Такие вещи — тоже, напомню, в компетенции ДНД. В соответствии с постановлением совета министров за две тысячи пятый год мы уполномочены проводить предварительную проверку, а при необходимости — и личный досмотр. Я ответил на ваш вопрос?
— Ну, будем считать, что да.
— В таком случае повторю свою просьбу. Предъявите, пожалуйста, билеты на поезд и документы.
Алексей тоскливо прикинул, каковы его шансы отмахаться в случае обострения. По всему выходило, что шансы эти близки к нулю, а то и ныряют в область отрицательных вероятностей. Засветить в глаз старшему он, может, и успеет, но от молодых отхватит люлей с гарантией. Парни крепкие и подтянутые. Спортсмены? Кроме значка ДНД один из них ещё прицепил эмблему местного клуба «Локомотив» со стилизованным паровозом и футбольным мячом…
— За провокационное высказывание прошу извинить, — сказал Алексей. — Неудачная шутка.
— С этим мы разберёмся. Но давайте сначала идентифицируем ваши личности.
Анна, до этого не вступавшая в разговор и беспрерывно копавшаяся в планшете, теперь вдруг пискнула:
— Мы можем по КБО!
— Замечательно, — сказал старший. — Будьте добры.
Она повернула гаджет к нему. На экране Алексей разглядел узор из квадратиков, как на значках у дружинников. Мужик вытащил из кармана смартфон в массивном металлическом корпусе, приблизил его к планшету. Что-то коротко дзенькнуло.
— Ага… — сказал старший, щурясь и заслоняя смартфон ладонью от солнца. — Молодожёны, значит. Что ж, поздравляю…
— Медовый месяц, — сказала Анна. — Как раз путёвку достали. А расписались в мае.
— Теперь вот маемся, — глубокомысленно изрёк Алексей, но сразу заткнулся, почувствовав, как она пнула его кроссовкой по голени.
— Фотографии, правда, не подгружаются, — заметил мужик, — но это бывает — здесь иногда помехи, возле путей… А прописку вижу… Территориальное подчинение… Сам я в Москве был раза три-четыре, проездом… Район Хамовники — это где?
— Это где Лужники, — сказал Алексей.
— Серьёзно? — оживился парень-дружинник, у которого был футбольный значок. — Везёт же! А на стадион ходите? Болеете за кого?
Тут Алексею не пришлось долго думать, чтобы угадать правильный ответ:
— За «Локомотив». Ну, в смысле, за московский.
— Вот это правильно! Держи пять! — Дружинник протянул ему руку. — Ваши в этом году — прям звери, серебро взяли. А могли бы и золото, если бы «Спартаку» не продули в последнем туре. Я ваши игры смотрю по телику — одноклубники же практически, хоть города и разные…
Он повернулся к старшему:
— Слышь, Семёныч, чё мы людей мурыжим? КБО они предъявили, всё по закону. А в магазине — ну, мало ли? Я сам, бывает, как ляпну что-нибудь сдуру — хоть стой, хоть падай. Самому потом тошно.
— Сейчас, погоди, все данные загрузятся до конца…
— Чё ты как неродной? Развёл бюрократию. Сам же видишь — медовый месяц у людей. Приехали отдохнуть, а ты доколебался.
— Ну ладно, — с сомнением буркнул старший, — будем считать, что инцидент исчерпан. Но впредь, уважаемые сограждане, будьте осторожнее в выражениях. Юмор — вещь достаточно скользкая и не всегда безобидная.