Тихая ложь (ЛП)
— Сиенна? Это была ты?
— Конечно, нет, детка. — Она одаривает меня одной из своих ярких улыбок. — Ты же знаешь, я бы никогда не стала.
Кивнув, я подхожу и встаю перед своей старшей дочерью. Она одета в такой же комбинезон, как и ее мать, только зеленый.
— Я не ожидал от тебя такого, Александра.
— Это была не я, папочка. Клянусь!
— Угу… — Я перехожу к средней дочери. Она держит подол своей золотистой юбки, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, но видно, что она едва сдерживает смех. — У нас был серьезный разговор после того, как ты посыпала блестками продукты в холодильнике, и мы пришли к выводу, что некоторые вещи не предназначены для игр.
Она закрывает рот своими маленькими ладошками и хихикает.
— Но я этого не делала, папочка!
Я качаю головой. Иметь трех дочерей — нелегко. Дочерей, которые являются точной копией моей жены, что, конечно, делает жизнь непредсказуемой. И захватывающей. Я протягиваю руку и поправляю декоративный цветок, удерживающий хвостик Ирины, затем поворачиваюсь и приседаю на корточки перед младшей дочкой.
— Ты покрасила шины папиного мотоцикла в розовый цвет, малышка Дина?
Она прикусывает нижнюю губу.
— Ага.
— А помнишь, как мы говорили о том, что опасно ходить в гараж одной?
— Но я была не одна. — Она надувает губы. — Мамочка все это время была со мной.
— О, она была, да? — Я бросаю взгляд на свою жену, которая делает вид, что увлечена своим серебряным лаком на ногтях. — Значит, мамочка тебе помогала?
— Нет. Я все сделала сама. Твой мотоцикл весь черный, и я хотела сделать его красивым. — Она покачивает головой с абсолютной уверенностью в своем утверждении.
— Папочка ездит на нем на работу, Дина.
— Я знаю. — Она улыбается, гордясь собой. — Теперь у тебя самый красивый мотоцикл в мире! Ты можешь взять его на работу и показать друзьям.
Я представляю себе выражение лиц моих мужчин, когда я приеду на допрос на мотоцикле с розовыми шинами, и вздыхаю. По крайней мере, на этот раз на нем нет блесток.
— И твой шлем теперь будет соответствовать, — добавляет она.
— Мой шлем?
— Да. Ирина и Александра помогли мне наклеить на него маленькие наклейки с бабочками. Они еще и розовые!
Господи.
— А блесток нет?
— Они только для девочек, папочка. — Она неодобрительно сморщила нос. — Теперь мы можем пойти на кухню? Кева готовит яблочный пирог, и она обещала, что даст нам попробовать начинку.
— Тогда вам стоит поторопиться, пока Релья все не съел.
Я смотрю, как мои дочери бегут к задней двери дома, за ними следуют три собаки с огромными разноцветными бантами на шеях, затем выпрямляюсь и смотрю в лицо своей жене.
— Значит, это была не ты, да? — Я обхватываю ее рукой за талию и притягиваю к себе, прижимая к своей груди.
— Это всего лишь акварельная краска. — Она улыбается. — Она смоется.
— А наклейки?
— Идея девочек. Я попробую отклеить их жидкостью для снятия лака.
— Просто оставь эти чертовы штуки. — Я наклоняю голову и прижимаюсь губами к ее губам. — Как долго этот пирог их отвлечет?
— Минут десять, не больше. Яблочная начинка уже готова.
— Правда? — Я улыбаюсь.
Прижимая Сиенну к себе, я свободной рукой достаю телефон и набираю номер Рельи.
— Иди на кухню, — рявкаю я. — Возьми начинку для пирога, которую приготовила Кева, и выброси ее в мусорное ведро. Когда она придет, просто скажи ей, что нужно приготовить новую, и пусть девочки помогут ей от начала до конца.
С той стороны доносится истерический лепет Рельи, но я просто обрываю связь и убираю телефон в задний карман.
— Кева убьет вас обоих. — фыркает Сиенна.
— Тогда мне нужно убедиться, что наша грядущая смерть не будет напрасной. — Я заношу жену в гараж и нажимаю кнопку, чтобы закрыть раздвижные двери.
Интересно, подходят ли ее трусики к ее туфлям и сегодняшнему лаку для ногтей?