Тихая ложь (ЛП)

— Да ну? Расскажи это Yahoo.
Я потираю виски и вздыхаю.
— Сиенна пришла на завтрак сегодня утром очень веселая, — говорит Кева, и на ее губах появляется небольшая улыбка. — Когда я спросила о причине ее хорошего настроения, она сказала, что ты оставил ей подарок. Вазу с разноцветными стеклянными кристаллами, которые так очаровательно сверкают.
— И, ей понравилось?
— Настолько, что я заглянула к тебе в комнату, чтобы посмотреть на это "стекло", которое ее так взволновало. — Она сняла очки и усмехнулась. — Ты знал, что твоя жена использует вазы из драгоценных камней стоимостью в полмиллиона долларов в качестве подставки для ручки?
— Они ей нравятся. Она может использовать их как ей угодно, — говорю я. — Ты не прислала мне сегодня ни одной фотографии.
— Не прислала? — притворно удивляется она. — Наверное, я забыла. Но ты бы видел ее сегодня утром, когда Йован вез ее в торговый центр. На ней были неоново-зеленые джинсы и желтая блузка с рюшами.
— Она надела их в пару к куртке цыпленка?
— Ну конечно. И желтые туфли на каблуках.
Я нахмурил брови.
— Ты должна была прислать мне фотографию.
— Или ты мог бы приехать сюда и лично убедиться в этом. — Она направляет на меня свои очки. — Тебе нужно перестать преследовать ее по дому, Драго.
— Она моя жена. Я могу преследовать ее сколько угодно.
Кева фыркнула.
— Недавно звонил Ковач. Он женится в воскресенье и приглашает тебя и Сиенну.
— Я не хожу на свадьбы, как ты прекрасно знаешь. Особенно на сербские. — Поход на вечеринку с живой музыкой и несколькими сотнями гостей, все из которых орут и поют в непрерывном ликовании, — это олицетворение гребаного ада для меня. Двух минут этого дерьма достаточно, чтобы превратить мой мозг в кашу.
— Может быть, ты сделаешь исключение? Просто заскочи на минутку?
— Нет.
— Жаль. — Она преувеличенно вздыхает. — Сиенна была бы в восторге.
Я откинулся в кресле и представил себе свою жену в центре этого безумия. Да, она была бы в восторге.
— Ковач упоминал о новой инвестиционной возможности, когда мы беседовали в последний раз. Может быть, мы заглянем к нему ненадолго. Поддержание хороших отношений полезно для бизнеса.
— Отлично. Не забудь взять Сиенну с собой, чтобы она купила платье.
Я приподнял бровь.
— Ты видела всю одежду, которая есть у этой женщины?
— Когда речь идет о женских нарядах, Драго, их никогда не бывает "достаточно".
Я закатываю глаза и киваю в сторону небольшого аквариума, установленного на угловой полке. Несколько оранжевых рыбок зигзагами перемещаются среди водных растений и других аквариумных декораций.
— Что это здесь делает?
— Сиенна купила его сегодня в торговом центре.
— Я не люблю рыбок.
— Знаю. — Кева уже потянулась за телефоном. — Сиенна была в восторге от них, но я скажу Йовану, чтобы он вернул аквариум обратно в магазин.
Я сжимаю челюсть.
— Просто оставь эту чертову штуку.
— Ты уверен? Я могу попросить его сделать это прямо сейчас.
— Никто не тронет ее рыбок, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — А где моя жизнерадостная женушка?
— Не знаю. Она не спустилась к ужину, и я решила, что она не голодна.
Кивнув, я встаю и выхожу из столовой, отправляясь на поиски своей жены. Сегодня утром я опоздал на полчаса на встречу с деловым партнером, потому что ждал, когда Сиенна проснется, чтобы увидеть ее реакцию на мой подарок. В конце концов, мне пришлось уйти, и это испортило мне настроение. Оно ухудшалось по мере того, как тянулись часы, потому что у меня было слишком много работы и я не мог заехать к ней домой, как стараюсь делать по крайней мере два раза в день. То, что Кева не прислала мне фотографии, стало вишенкой на торте этого ужасного дня, и я уверен, что ее отсутствие сообщений было целенаправленным.
В большой комнате отдыха на восточной стороне первого этажа полно народу, но Сиенны там нет.
— Кто-нибудь видел Сиенну? — спрашиваю я.
Более тридцати голов поворачиваются в мою сторону. За этим следует куча "нет".
 
Я отправляюсь на верхний этаж, но и там ее нет. Закрыв за собой дверь, возвращаюсь вниз. Кева смотрит на меня, когда я проскакиваю мимо нее и с такой силой распахиваю дверь на кухню, что она ударяется о соседнюю стену.
— Где моя жена?!
Четыре головы поворачиваются в мою сторону.
— Ее здесь нет, — говорит одна из девушек, чистящих столешницу.
— Я, блядь, не слепой. Когда ее видели в последний раз?
— Может, она еще на улице? — говорит Елена. — Я видела, как она выходила раньше, но это было около трех часов назад.
Я поворачиваюсь на пятках и бегу.
— Я не могу найти Сиенну, — кричу я Илье, стоящему у входной двери, и хватаю куртку. — Елена говорит, что видела, как она выходила на улицу. Вы с Рельей поищете в переднем дворе. Я займусь задним.
Выскочив на улицу, я первым делом направляюсь в гараж, если она вдруг туда забрела. Нет, она этого не сделала.
— Блядь! — Я бью ладонью по стене и выбегаю обратно.
Что, если Богдан узнал о нашем местонахождении и его ребята каким-то образом добрались до нее? Может она ушла. За пределы территории. Ушла! Или они все еще здесь, выжидают время, чтобы ускользнуть под покровом темноты. Охрана у нас надежная, так что далеко они уйти не могут.
Я меняю курс и ухожу в другую часть заднего двора. Там находятся собаки, поэтому я сомневаюсь, что они будут там, но на всякий случай надо проверить.
Мое внимание привлекает что-то желтое у забора. Наступили сумерки, и я не сразу понимаю, что это Сиенна, пока не оказываюсь на полпути к ней. Она стоит на коленях на земле рядом с вольером для собак, просунув руки в щели, и гладит Зевса по головке. Две другие собаки лежат рядом, прижав лапы к ее ногам.
— Иисус, блядь. — Я снимаю куртку и накидываю ей на плечи. Она все еще одета в свой прежний наряд, и эта рубашка слишком тонка для быстро падающей температуры. — Да что с тобой такое? Ты что, хочешь замерзнуть до смерти?
Я осторожно оттаскиваю ее от забора и просовываю ее руки в рукава своей куртки. Она даже не смотрит на меня, а просто прикована взглядом к собакам. Я поднимаю ее на руки и бегу к дому.
— Сиенна?
Ее руки обвиваются вокруг моей шеи, сжимая, когда она зарывается лицом мне в плечо. Почему она ничего не говорит? Где эти язвительные замечания? Озорные ухмылки?
Я дохожу до входной двери и пинком открываю ее. Кева спешит через фойе к нам, но я направляюсь прямо к лестнице.
— Принеси мне чего-нибудь горячего, — кричу я. — Чай или какао. Сейчас же!
Когда я вхожу в нашу спальню, то усаживаю Сиенну в кресло у балкона, укутываю ее одеялом, затем приседаю у ее ног и начинаю снимать ее четырехдюймовые каблуки. На носочной части туфель — маленькие цветочки, как нельзя лучше подходящие для передвижения по мокрому газону и грязи.
— Moya blesava mila. — Качая головой, я растираю ладонями ее холодные ступни.
Через несколько минут дверь за моей спиной открывается, и Елена ставит на приставной столик поднос с большой кружкой чая и печеньем.
— Спасибо. А теперь уходи, — говорю я, не глядя на нее. Мой взгляд сосредоточен на лице Сиенны, которое абсолютно не выражает никаких эмоций. Единственный раз, когда я видел ее такой, был в клубе незадолго до нашего знакомства.
— Сиенна?
Она моргает, вырывает свои ноги из моих рук и кладет их на край сиденья, обхватив ноги руками.
— У меня была собака, ты знал?
— Была?
— Да. Его звали Бонбон.
Я не могу разобрать слов, но слышу тон ее голоса. Он странно ровный.
— Что с ним случилось?
— Он умер из-за меня. — Она наклоняется вперед и кладет подбородок на согнутые колени, глядя куда-то поверх моего плеча. — У него отказали почки, но я была слишком отвлечена пропажей сестры, чтобы заметить признаки. А когда заметила, было уже слишком поздно.
Я знал, что сестра Артуро пропала несколько лет назад, потому что в это время он был недоступен, разыскивая ее. Тогда и произошла вся эта история с Пизано. Я не знаю подробностей того, что случилось с девушкой, кроме того, что она пропала на несколько месяцев, а потом вышла замуж за парня из окружения Братвы. Но я могу себе представить, через какой ад пришлось пройти Сиенне и ее брату, не зная, жива ли их сестра.