Семена Хекка (СИ)

Я напрягал память пытаясь вспомнить было ли что-то выпуклое на брюхе. На спине такого заметно не было. Проклятье! Повернувшись спиной к опасному монстру рванул к лесу. Метров пятьдесят, лучше — больше. Примерно с таким интервалом, тварь чередует спринт и прыжок. За спиной разгонялся прыгун, выбивая смертоносный ритм шестью конечностями.
Топот резко прервался. Я остановился, поскользнувшись по траве чуть не упал, но все же устояв, вскинул арбалет выцеливая уязвимое место. Как же повезло, что солнце сегодня нет и на сером фоне легко рассмотреть белесое брюшко. Не найдя заветной выпуклости, выстрелил под правую переднюю лапку. Тварь дернулась в воздухе уйдя в сторону и приземлилась в метрах двадцати.
Я бросился в лес, доставая из подсумка железный болт. Прыгун повернулся ко мне боком, наконец-то показав слабое место — бугорок между задней и серединной ногой. Забежав за широкий ствол, наступил на арбалет и резко выпрямился натягивая на тетиву, аж спина захрустела. Времени чтобы вложить снаряд не осталось. Метнув в уродливую голову болт, побежал до следующего укрытия. Прыгун обиженно замотал головой.
Дыхание сбилось и снаряд все не хотел попадать в ложе. Когда мне это удалось, я потерял из виду монстра. Пытаясь успокоить дыхание вышел из за дерева, осматривая окрестность в прицел. Медленно вдохнул ища отголоски кжеса. Шаг, ещё один. Запах твари усиливается, но ее не видно. Чутье привело меня на небольшую полянку. В глаза попал разъедающий пот, но отпустить арбалет даже на секунду, я не решался. Следы ног и пятно жёлтой крови — первое подтверждение того, что выбранный путь правильный и монстр где-то здесь.
Легкий свист над головой от которого по телу пробежали мурашки. Я прыгнул в сторону, проскользнув спиной по траве. Тварь приземлилась щелкнув челюстями, в том месте, где недавно стояли ноги. Мне повезло, и монстр повернулся нужной стороной. Встав на колено выстрелил, целясь в бугорок на боку. Болт вошёл точно в цель. Прыгун бешено завертелся кося траву и перевернувшись брюхом вверх, замер.
Появился Крысолов неся в руках мой меч.
— Сейчас, только дай мне отдышаться, и ты получишь свою стрелу в печень. Это будет самый мой лучший выстрел!
— Во первых, с прыгунами лучше держать дистанцию. Меч сыграл бы с тобою злую шутку. Я спас тебя! Во вторых, это тебе урок — следи за своим оружием, — ответил он воткнув клинок в землю рядом со мной.
Пожар моей злости, потушило любопытство и накатывающая усталость. Дорне подошел к голове прыгуна, вытащив узкий клинок. Отмерив пальцами нужное расстояние от глаза, он воткнул его в тело. Аккуратная вырезка упала под ноги, разбрызгивая желтую кровь и усиливая аромат горчицы в воздухе. В носу защипало и я чихнул.
— Это для моего друга, — сказал он, делая надрез на синем мешочке, из которого заструилась голубая жидкость, — Жидкость из его желез хранится очень долго, в отличии от всего остального, — в складках плаща исчез первый наполнившийся пузырек, — Остальное придется сжечь, а то найдется местный умник и сцедит кровь.
— Твой друг еретик?
— Еретик… — Крысолов рассмеялся, — Он скорее как лорд Лантаг. Только изучает не способы призыва, а влияние плоти призванных существ на человека.
— Это он тебя… ну… изменил?
— Да. Я сам попросил его об этом.
Лечь под нож еретика, да еще добровольно. Потерянное зрение — достаточная ли это причина, чтобы идти на такой риск? Должно быть что-то еще. Но что это может быть?
— Отдохнул? Может поможешь собрать дрова? — вывел меня из задумчивости Дорне.
В старом лесу было много поваленных деревьев. Через полчаса небольшой погребальный костер уже вовсю пылал.
— Не обязательно сжигать полностью, — сказал Крысолов подкидывая сухую ветку, — Достаточно поджарить, чтобы кровь свернулась.
— То есть, такое мясо можно есть без вреда?
— Да. Но на вкус оно такое же мерзкое, как и его владелец при жизни. Был один известный охотник — Легландс. Прославился он не своей ловкостью и бесстрашием, а гастрономическим пристрастием. Легландс говорил своим ученикам, а их у него было не мало, что: «Съедая поджаренное сердце твари, ты закрываешь для нее дверь в наш мир и не даешь в нем переродиться.».
 
— И что, они ели?
— Кривились, давились, но проглатывали. И ничего… Ни лишних рук, ни острых зубов, ни мозгов в голове — ничего не прибавилось.
В поселение мы вернулись с наступлением темноты. Время уже было позднее, но жители не спали. Горели огни, звучал смех, носилась ребятня.
— В первые вижу, чтобы охотников так встречали! — сказал я, внезапно очутившись среди веселья.
Дорне поднял трость, нацелившись на небо. Оно уже отчистилось от туч, натянув на себя звездное покрывало.
— Сегодня для последователи церкви большой праздник. Золотой Керу вошел в полную силу…
— Вошел в силу? — переспросил я, глядя на небольшой шарик среди ярких звезд, который был в несколько раз меньше привычной Луны.
— Что, Лантаг не прочитал тебе лекцию о нашей вере?
— Лишь мельком. Взгляд лорда не поднимается выше стен замка, как и его людей. Тингейл живет среди записей и книг, отрываясь лишь на то, чтобы посмотреть результат очередной попытки подобрать ключ к секрету. Да и мне не до сказок было…
— Тогда иди в центр и послушай что будут рассказывать ребятне. Внимательно слушай и может получишь амулет! — сказал Дорне улыбнувшись, — А я пошел за наградой.
Дома расступились образуя большую площадь в центре поселения. Здесь горели костры, а их пламя отражал медный диск на тонкой ножке. Около двух метров в ширину, он возвышался в самой середине праздничной поляны. Молодые девушки в белых балахонах, взявшись за руки кружили вокруг него, вытягивая звонкую песню. Золотые круги на их спинах, ярко пылали.
Им подпевали. Вокруг костров появлялись и исчезали маленькие хороводы, в которых мог поучаствовать любой. В основном люди были одеты по обычному, и я не сильно выделялся из толпы.
Заприметив место к которому стекаются звонкие ручейки ребятишек, направился туда, по пути взяв предложенное угощение. Сел на полностью свободный бревенчатый ряд, позади маленьких слушателей и приготовился погружаться в местные легенды. Старик с седой бородой до пояса хлопнул в ладоши, заставив детей переключить внимание на себя.
— Сначала появился наш мир, — он провел рукой над приготовленной кучкой дров и она ярко, с хлопком вспыхнула, как будто была пропитана горючей жидкостью. Дети завороженно притихли, — На него сразу обратили внимание два бога, желающие заселить мир своими творениями. Керу, — лёгкий взмах и над костром с шипением поднимаются золотистые искры, испуская в воздух сладкий аромат. Большой медальон на груди старика, заиграл драгоценными камнями. Такие носят, как минимум смотрители храма, — И Неру, — языки пламени окрасились в красный цвет, — Началась бесконечная битва, ведь боги бессмертны. Неру надоело и тогда он предложил: «Отправим в новый мир по существу. Чье победит, тот и получит этот мир». Керу согласился и вот, с небес на землю опустились два создания.
На этих словах старик отступил и перед костром появился воин в блестящих доспехах. Дети радостно захлопали, приветствуя героя. Я не заметил как оказался в самом центре окружения юных зрителей. Все пустующие места были заполнены, но ни одного взрослого! Возникло ощущение высокой горы, посреди вертящихся от неусидчивости затылков.
Появился разодетый в чудовище человек и начался бой. Удар! Ещё… Тварь ловко уворачивается и придавливает воина к земле. Дети визжат, кричат, подбадривают рыцаря и обзывают чудовище. Это словно помогает творению Керу и он сбрасывает с себя врага. Скользящий удар в подмышку. Все! Монстр повержен.
На сцену снова вышел старик:
— Человек победил и значит победил Керу. Но… Неру не смог смириться с поражением. Сердце умирающие твари превратилось в семя. Семя Хекки, что через пять лет принесло первые плоды и разнесло семена по нашему миру, порождая блуждающие деревья, призывая чудовищ… Сейчас глаз Керу следит за порядком, — он поднял палец в небо, — И мы под его защитой. Но Неру не забыл про этот мир, и когда Керу моргает, он открывает свой красный глаз и смотрит: смогли ли его чудовища победить нас? А теперь дети, у кого ещё нет амулета? Внимательно ли вы слушали? Кто готов ответить?