Ведьма по имени Любовь (СИ)

— Хуже нет — два дела сразу делать. — продолжал Мортал. — Гладь себя, сосредоточься и молчи, не отвлекайся от ощущений, а я отвечу. Я же мысли могу читать, забыла что ли?
Я последовала дружескому совету и занялась собой уже всерьез Зрение расфокусировалось, горы то расплывались, то снова обретали четкость. Горячие волны накатывали изнутри, с каждым приливом мне становилось легче, будто опадала наросшая скорлупа.
— Ты хотела спросить, как получается, что ты занималась любовью с бесплотным призраком, а чувствовала его, будто живого мужчину?
— Ну да, что-то в этом р-р-роде… — проворковала я.
— Разочарую тебя. Ответа не будет. Точнее их будет много, и не понять, какой правильный. Может быть, твой Игореша обладал телом, исключения среди призраков нередки. У меня, например, нормальное тело, я же тебе говорил, что и сам бы не прочь с тобою.
— Ох-х-х, Мортал, не порть процесс… Ты не в моем вкусе, уж извини….
— Да ладно, я не в претензии. Заканчиваю мысль. Главное — не наличие тела у Игоря. Главное, что если тела и не было, ты запросто могла искренне считать, что оно — было! И ощущать по полной! Любушка, ты в Некроэтели! На том свете! Здесь все не так, все иллюзия, все обман! Не обольщайся, ты ничего не поймешь в здешних порядках, пока не умрешь. Поэтому придется либо умереть, либо действовать наобум, без всякого анализа ситуации. Я бы на твоем месте как следует взвесил — так ли обязательно оставаться живой?
— Уффф. — Я добилась чего хотела, и медленно приходила в себя. — Спасибо за разъяснения. Я лучше буду действовать наобум. Мне это как-то привычнее, чем умирать.
— Вот это меня и беспокоит… — мой мертвый мальчик замялся, подыскивая слова.
— Ну, говори, не тяни! Что случилось?
— Мы вышли не туда, куда собирались. — Мортал заметно смутился — Здесь нейтральные земли окружает Дриб, мне туда нельзя. Мы можем продвигаться только вдоль границы, искать лазейку. Это безопасно, и займет всего несколько десятилетий. И, по-моему, лучший вариант действий. До тех пор пока ты, с упорством, достойным лучшего применения, остаешься живой, точно лучший.
— Несколько чего?
— Десятилетий, это же очень быстро, Люб!
— Ну, знаешь ли! Вот когда помру, как ты, тоже буду налево и направо десятилетиями швыряться. А сейчас нету у меня столько времени! Витька ждет! Покороче путь есть?
— Для меня — назад, через Пустошь. Для тебя — только через Дриб. Но мне совсем не хочется отпускать тебя одну. Ты готова идти одна? Я бы на твоем месте не…
— Что за Дриб?
— Этнические загробные миры. Ну там персидский, японский, скандинавский… На любой вкус. Расположены хаотично, перемещаются и тасуются. Попадешь к покойным китайцам или к испанцам, предугадать невозможно. Как встретят — тоже, но явно не праздничным тортом. Главное — не налететь на сильно воинственных, вроде скандинавских йотунов… Вот же как неудобно живой быть, никто тебя не любит!
— Не, Мортал, мне норм. Я пожалуй, еще поживу. Да не грусти, проскочу как-нибудь твой Дриб, не бойся за меня.
-Ой не знаю… я помочь уже не смогу… — Мортал пожал худенькими плечами — Не расслабляйся, будь готова. Пойду я тогда, что ли? Как буду в мире живых, попробую тебя найти, поболтаем. Ну и ты заходи при случае.
— Нет уж, лучше ты к нам!
Я шмыгнула носом. Я бы даже обняла Мортала на прощание, но после боя возле города Насекомых, как-то постремалась. Страшненький у меня попутчик… хотя и хороший. Надежный парень. Ладно, сантименты в сторону.
Я смотрела вслед Мортал Коммандеру, пока тщедушная фигурка не затерялась в песках Пустоши. Вот я и одна, сама себе спасительница. Я взвесила в руке меч, подтянула ремни на рюкзачке и пошагала в направлении, указанном Морталом. На Пустошь не оглянулась ни разу. На фиг прошлое, лучше будущим займусь.
  
ЛЮБА Глава 77. Гейрахед
 
Вернусь домой — ни за что не буду заниматься горным туризмом! На ту дурацкую гору я влезла часа через три, мокрая ка мышь, и злая на весь свет! На оба света — мир живых и мир мертвых! Издалека казалось, что подъем не такой уж тяжелый…
 
Я стояла на вершине, шатаясь от усталости, и вглядывалась в раскинувшийся передо мной Дриб. Персией и Китаем тут и не пахло. Суровый северный пейзаж, аж знобит. Неужели все-таки Скандинавия? Непруха, однако. Вглядевшись, я заметила движение, и на всякий случай спряталась за валун. Далеко-далеко, километрах может в десяти, двигалась группа всадников. Поблескивали то ли щиты, то ли оружие. Даже с такого расстояния было видно, что ребята буйные, как-то по-особенному они перемещались. Из ущелья выскочила еще одна кучка, они столкнулись, и началась нешуточная драка. Я мысленно поздравила себя с тем, что я не в центре событий. Уж слишком от души они там рубились, я не любительница кровавых забав. Местных лучше обходить десятой дорогой.
Я потихонечку начала спуск, вернее, сползание с горы. Склон — сплошная осыпь, мелкий щебень. Идти нельзя, можно только погрузиться по колено, и сыпаться, пытаясь не врезаться в отдельно торчащие скалы-зубы. Где-то к середине склона мне даже начало нравиться, я ехала, лихо закладывая виражи, шурша на весь Некроэтэль, и приводя в движение потоки щебня. Доеду до вон той скалы с двумя вершинами, и отдохну!
Ну да, Люба, держи широким кверху. Где это видано, чтобы мечты сбывались? В двух шагах от намеченной скалы я наткнулась на коварно спрятавшийся под осыпью крупный камень и полетела «рыбкой». Покалечилась бы, но не дали. Из дыры в скале выскочило нечто меховое и громадное, и схватило меня за задницу. Я несколько иначе представляла себе счастливое спасение, но моими вкусами тут никто не интересовался.
— Стооо пиии!!! — зарычало то, что меня схватило — Фирене вэ фестен вир берсе а мисунэсе!!!
Я сопротивлялась, молотила всеми конечностями, и ругалась как грузчик, но монстр этого не заметил.
Обхватил меня за талию, и уволок в пещеру. Он рычал, сопел, и лапал меня так, что чуть не поотрывал половину моих прелестей. Чудовище разложило меня на камнях и, похоже, оценивало мои женские достоинства. В смысле — хлопало по заду и спине, мяло грудь, переворачивало как блин, и с явным одобрением орало:
— Сто пиии йер и ви я фопедэн! Вильке ле ве реу!
Я уже простилась как минимум с девичьей честью, как максимум — с жизнью, как вдруг мучитель прекратил меня тискать. И я вспомнила! «Реу»! Было такое в одном сериале! По-датски это будет «жопа». Мама родная! Мортал предупреждал, что скандинавские покойники самые опасные, Йотуны, или как их там… Вот влипла, так влипла!
Пока я обтекала, после бурной встречи, мой похититель зажег факел, и я увидела. Если я приглянулась этому альфа-самцу то мне конец!
Передо мной сидел мужик-гора — весь опутанный узловатыми мышцами, спутанной бородой и клепаными ремнями. Под меховыми штанами вздувалась мужская гордость устращающих размеров, нечто, вроде кучки крупных яблок. У стены непринужденно отдыхал боевой топор ростиком, чуть побольше меня.
Мужик почесал бороду заменявшей ему ладонь снеговой лопатой и спросил:
— Эр ду и лив?
— Я… не совсем поняла… Вы йотун, да?
Услышав про йотуна, эта зверюга заорала нечто хриплое, схватила топор, и саданула по мне! Я с визгом откатилась, надеясь приблизиться к выходу, но вместо этого застряла в глухом углу. К счастью, мой час еще не пришел. Вспышка гнева оказалась короткой, второго удара я бы не пережила.
— Эр ду и лив? — повторил страхолюд и хлопнул себя по лбу, аж загудело — Вент йэ!
Последние слова прозвучали так выразительно, что я поняла — мне приказано ждать. Как героиня, я была обязана использовать шанс и героически убежать. Враг повернулся спиной, и копается в гигантском сундуке — такой удобный случай! Но я струсила, слишком уж яркий был типаж! Если он меня догонит… Или все — таки?
Пока я колебалась, шанс ушел. Бородач развернулся, и грубо сунул мне в руки крупную селедку. Я машинально взяла.
— Сп-пасибо…