Ведьма по имени Любовь (СИ)
— Какой ужас… — я невольно прикрыла рот ладонью. — Умер, и не знаешь, что вокруг тебя уже не те, кого ты любил, а всего лишь кино… Какая жестокость…. Это навечно?
— Нет, ну что ты! Вечных наказаний не существует, поэтому зря ты так, о жестокости. Из самого гадостного положения можно выпутаться. Время от времени Насекомым подкидывают либо искушение, либо шанс. Кто сделал правильный выбор, уходит в светлые Домены. Кто полез в помойку — в Темные. Насекомые сами выбирают, в этом их фишка. А наша фишка в другом. Они воспринимают нас как катастрофу, мы не вписываемся в сценарий киношки, которая их окружает. Нападая на нас, они защищают свой мирок. Поэтому они нас и не пропускают. Их слишком много. И я не могу постоянно отпугивать их Истинным Обликом. Мне нельзя злоупотреблять! Ну раз, ну два, ну три, но не постоянно! Иначе я превращусь в то самое, чем пугаю. А чтобы пройти через Пустошь — нужен постоянный эффект! Я не знаю, что делать! Я никогда не водил через Пустошь полуживых Люб, у меня нет такого опыта!
Мы снова умолки. Город Насекомых шумел, где-то совсем близко, в нем шла оживленная вечерняя жизнь. Я слушала их болтовню и музыку, и чувствовала, что в голове вертится неоформленная новая мыслишка. Вот сейчас, сейчас я ухвачу ее за хвостик! Ушла! А ну-ка еще разок! Оп-па! А ну иди сюда, мой белый хлеб!
— Я не твой белый хлеб! — возмутилась мыслишка.
— Ну все равно, иди сюда. — примирительным тоном попросила я. Рассмотрела мыслишку со всех сторон, и повеселела.
— Мортал, а Мортал?
— Чего?
— Ты ведь только что сказал, что из самого гадостного положения можно выпутаться. За слова отвечать надо.
— Что ты имеешь в виду? — глаза Мортала уже начали светиться в быстро густеющих сумерках. — Есть идеи?
— Есть. И я взялась бы их реализовать. Только для этого мне нужно попасть в город Насекомых. И не только слышать, но и видеть их. Это возможно? Вариант «нужно меня убить» не предлагать.
— Ты заранее отбросила самый легкий и логичный путь. — Мортал почесал шарф на горле, я на всякий случай отодвинулась. — Но есть и другой. Он немножечко экстравагантный, но… но третьего пути я не знаю. У тебя есть зеркало?
— Нет… — растерянно пролепетала я.
— Отлично! Запомни — не вздумай смотреть в зеркало! Ни в какое! Нигде! Тем более — в городе Насекомых!
— Почему? — я была заинтригована.
— Увиденное может тебя шокировать. — вкрадчиво ответил Мортал, и прыгнул мне на грудь. Невероятная боль пронзила голову, я захлебнулась криком, и потеряла сознание.
Очнувшись, я взглянула на Мортала, вскочила как ошпаренная, и вцепилась мальчишке в щеки.
— Что ты сделал!!! Дай мне зеркало!!! Сию секунду!!!
— Я думал, мы договорились. — хладнокровно ответил Мортал, и схватил меня за щеки так же грубо, как я его. — Ты получила то, что, по твоему мнению, должно помочь нам пройти через Пустошь. Ты видишь город, смотри! Вон там у них почта, вон ресторан, а вот это, кажется, ратуша. Я знаю, ты пойдешь в город, и сделаешь нечто. Оно решит поединок в нашу пользу. Я верю в тебя. Только в зеркала не смотри. Выглядишь ты действительно специфически.-
Я отпустила ужасное создание, попятилась, и шлепнулась на попу. Что меня так ошеломило? Все просто — едва взглянув на Мортала, я поняла, что случилось. Он вырвал мои глаза, и вместо них вставил свои! Теперь мои чудесные, кокетливые и задорные, глазки смотрели на меня со страшной рожи гнусного мальчишки! Я помнила его собственные зенки — маленькие, как бусины, и мутные. В сочетании с моим лицом….. Ой-ей-ей-ей-ей! Полцарства за зеркало! И ни одной лужи кругом! И сталь меча тусклая, ни пса не разглядишь! После получасовой истерики до меня стало доходить: а ведь Коммандер зря не скажет. Не видела я такой красавицы, какой стала, и не надо. Во многая мудрости многая печали.
Я свирепо высморкалась и встала.
— Ладно, я пошла. Контрольный срок — через два часа. Если не вернусь к полуночи — наверное, пора выручать. Но я постараюсь без эксцессов.
— Удачи. — усмехнулся Мортал, и подмигнул моим правым глазом. — Не злись, я от твоих тоже не в восторге. У меня зрение, между прочим, втрое острее.
ЛЮБА Глава 72. Сын Пустоши
ЛЮБА Глава 72. Сын Пустоши
Город раскрылся передо мной, как электрический цветок, сразу за соседней грядой барханов. Мне повезло, он оказался русским, сюда собирали российских грешников. Ума не приложу, что бы я делала среди Насекомых, которые говорили бы, скажем, по-испански? Как в старой комедии: «цигель цигель ай-лю-лю»?
По размерам Лихославль показался сопоставимым с родным Ярославлем, обстановочка больших сюрпризов не сулила. Народу на улицах было немного, но на меня оглядывались, частенько сторонились, а то и переходили на другую сторону улицы. Глазки Мортала меня явно не украшали. Я терпела, стиснув зубы. До тех пор, пока компания подростков, едва миновав меня, не разразилась визгливым хохотом.
Ненавижу воровство, но пришлось. Я ведь понятия не имела, какие тут ходят деньги, и где их берут. А впрочем, у меня никаких не было. Натурально бомжовка, да еще и из мира живых, для местных — с того света! Иного выхода не было, и я мимоходом подцепила темные очки с уличного лотка. Повезло, за руку не схватили. Стало легче, шарахаться перестали.
Я выбрала более-менее приличный, но без лишних выкрутасов, бар. Это очень рискованно — лезть в вечерний бар без копейки. Но я сказала себе слегка дрожащим голосом: «Не все в мире продается и покупается, Люба. Есть вещи неизмеримо более ценные, чем деньги. Твое женское обаяние входит в список таких вещей. Смелей». Мысленно перекрестилась, вдохнула, как ныряльщик перед прыжком, и вошла.
Застыв на пороге, я как бы поискала неизвестно кого взглядом, и дала мужчинам в баре себя рассмотреть. Реакция была ожидаемой, я понравилась. Это нормально — хоронили меня в чудесном, похожем не вечернее, платье, и трогательных балеточках, про грудь мою вы в курсе, добавим изящный изгиб фигуры, темные очки и продуманно спадающие на лицо пряди, что получится?
Я села за столик поближе к выходу, чтобы в случае провала авантюры, удобно было дать деру. Стараясь не слушать дебильный рэп, цедила коктейль. Как и планировалось, ожидание не затянулось.
— Здесь свободно?
Крепкo сбитый темноволосый парень напрасно пытался скрыть живой интерес, с каким он разглядывал мои ноги и грудь. Я не виню Сына Пустоши, сама уселась в позе «я стою у ресторана, замуж поздно, сдохнуть рано». Что поделаешь, нужен быстрый результат.
— Свободно. — ответила я, выдержав длинную, как железнодорожный мост, паузу. Мол, смотри мужик, я тебя оцениваю, не вешаюсь на кого попало.
И сразу, с места с карьер, шашки наголо, я перешла в атаку.
— Меня Люба зовут. Одна сижу, потому что кавалер не первое свидание не пришел. Если тебе красивую девушку на одну ночь, сразу пересядь, ты в пролете. Хочешь что-то заказать, я не против. Любимый напиток «Черный Капитан», но предупреждаю — это подарок, а не предоплата. Любимый поэт — Пушкин. Любимый певец — Стинг. Могу о кошках разговаривать, тоже люблю.
Парень смешно развел руками и улыбнулся. Лицо у него было суровое, с желваками на щеках, и улыбка изменила его настолько неожиданно, что я аж супер-женщину изображать забыла.
— Понятно. — сказал он. — Устраивает. Игорь.
— И? — свредничала я.
— Горь. — не моргнув глазом ответил он, и тут не выдержала я — прыснула.
— Не очень люблю это имя. — сказала я вглядываясь в его лицо. Ты не против, буду звать тебя Сыном Пустоши?
— Из фентези персонаж? — он сел, теперь он казался очень большим. — Ладно, пусть, Сын Пустоши, где наша не пропадала. Официант… а, здравствуйте. Два «Черных Капитана», пожалуйста.
Сын Пустоши оказался подарком судьбы. Под юбку не лез, сальных анекдотов не травил. Поддерживал легкую беседу, вслед за мной перескакивая с темы на тему.
— Ты не могла бы снять очки? — спросил Сын после третьего «Черного Капитана». Кто не в курсе — в основе коктейля водка и черный кофе, мы были уже прилично тепленькие.