Ведьма по имени Любовь (СИ)

— Дебил!!! — истерически визжит она. — Как я объясню твой побег?! Подставить меня хочешь?! Режь, гадина!!!
— Побег?
— Судьи не лгут, говоришь? — дикой кошкой шипит она. — А ведьмы не одалживаются у Судей! Прикрыл меня на Сглазе? Теперь вали отсюда, и в расчете. И если я тебя еще раз увижу, ты проклянешь день, когда родился, Сука!
— Валить?
Она зажмуривается, на лице написано отвращение.
— Мы на пороге Пещеры Скорбного Ожидания. Ты бьешь меня ножом, куда хочешь, только не в лицо и не в … ну ты понял. Моя красавица мне еще и без тебя пригодится, Сука. Я впускаю тебя в пещеру. Ты считаешь до тринадцати, режешь свое запястье, каплешь кровью под ноги. На пять секунд вспыхивает надпись. Это заклинание, открывающее подземный ход. Открываешь, и валишь на все четыре стороны. Я без сознания Пока меня хватятся, пока кинутся в погоню, должен успеть. Все. Пошел вон. Пошел вон из моей жизни, Сука, пока не передумала!
— Убедила. Давай, еще колдану на тебя, чтобы след от магии остался. Убедительнее будет.
— Как хочешь.
Она отворачивается. Я насылаю на нее безобидную чару, и бью ножом в плечо.
Люба вяло машет рукой. В соседней скале разверзается пещера. Я ныряю во мрак, и продолжаю действовать по инструкции. Инструкции хорошо помогают от слишком сильных чувств. В моем случае — от стыда.
  
ЛЮБА Глава 40. Стопроцентное алиби
 
Я выждала. Я должна была удостовериться, что Пещера Скорбного Ожидания действительно опустела. Если бы я увидела там этого… могла бы и не сдержаться. И вот, все встало на свои места. Я одна. Виктор удачно применил заклинание и ушел. Свидетелей не было, и я позволила себе расслабиться — минут десять билась головой о скалу. Получилось неплохо — и бешеный гнев поутих, и голову разбила качественно, для укрепления алиби пригодится. Кровь текла по лицу, груди, спине, мир перед глазами поплыл, и я упала в обморок. Очнулась от нарастающего присутствия чужой магической энергии, мы, ведьмы, такое чуем, хоть во сне, хоть в обмороке. Отлепила от глаз окровавленные волосы, и увидела Баваан Ши. Чудовище мчалось как ошпаренное, за ними не успевали даже волколаки. Надо мной с писком вились нетопыри, первые гномы уже добежали и бестолково метались вокруг. Весь Шабаш спешил мне на помошь… Знали бы они, какая я сволочь и предательница…
Бабкины руки быстро ошупали мою голову и ножевую рану на плече. Боль как корова языком слизала. Наставница села рядом, взмахом руки отогнала лишних.
— Чем это он тебя так, девочка?
— Понятия не име… — ой- ей- ей!
Вот как вредно предлагать себя Судьям! Каждое сказанное слово отдавалось острой болью внутри черепа. Качественно, я в скалу постучалась… Впрочем, меня можно понять. Впервые в жизни меня вот так отшвырнули, это оказывается весьма чувствительно.
Бабка еше раз ощупала мою несчастную голову, произнесла длинное заклинание. Уф-ф… Великая целительница наша старуха.
— Ну так, чем? Морок? Оцепение? Йор-тру?
— Не знаю… — виновато потупилась я. На самом деле не очень виновато. Я хотела скрыть невольную лисью улыбку. Бабка читала мои мысли, и думала получить информацию о случившемся. Наивная! В моей голове бурлило сплошное отчаяние, из которого, как утопающие из бурных волн, вырывались обрывки мыслей типа «какой стыд» «какая сволочь», и тому подобные истерические взвизги. Еще присутствовало желание как можно скорее увидеть Виктора. Я ненавидела себя за это самоуничижение, но что было — то было, члена в штанах не утаишь. Все это Бабка прочитала как открытую книгу, и сразу поверила в мое вранье. Налицо удачное нападение пленного чародея на неопытную ведьму. Она ранена, ошеломлена, люто хочет увидеть врага, чтобы отомстить — все так естественно,! Стопроцентное алиби!
Вокруг меня (в который раз за эту ночь!) собрался весь Шабаш. Чадят факелы. Высовываются из лап и нервно втягиваются обратно когти. Волколаки хищно облизываются. На лицах и мордах — ожидание. Что велит Бабка, оставшаяся на Шабаше за старшую после ухода Того кто … Ой-ей-ей! Какое счастье, что Тот кто всегда приходит на Шабаш ушел! Если бы он увидел всю эту свистопляску с Виктором, в образе которого сам только что меня трахал… Да он вычисилил бы нас в полторы секунды! Вот пронесло так пронесло, над ухом просвистело!
 
И тут я поймала себя на том, что хочу жить. После того, что случилось, я еще хочу жить. Это серьезная заявка.
Все ждут, что прикажет Бабка. Может, сжечь окрестные села? Может, устроить неурожай? Надо же как-то мстить, или нет, нечисть мы, или кто?
— Слушай меня, Шабаш!!! — Бабка залихватски перекидывает через плечо край своего медвежьего плаща. — Чужак сбежал. Применил мощную магию, ранил Любовь, сумел обнаружить потайной ход, и бежал. В таких случаях решение единственное! Люба, девочка! Шабаш разрешает тебе отомстить! Никто из нас не смеет помешать тебе! Никто не унизит тебя помощью! Ты, ты, и только ты, найдешь эту Суку, и приведешь на наш суд! Это — лучшее лекарство для твоих ран — и на теле, и на сердце! Ты справишься!
— Я справлюсь! — радостно кричу я, Шабаш отвечает стоголосым воем и визгом. Я действительно почти счастлива. Я увижу Виктора, хотя бы еще раз в жизни, и хрен кто скажет, что это моя личная инициатива!
  
ВИКТОР Глава 41. Неожиданные каникулы
 
Подземный ход под Страшным холмом был прорыт, когда люди еще с копьями охотились, я чувствовал груз сгустившихся столетий всей кожей. А может прокопали, когда и людей еще на Земле не было. В таких древних местах только и жди встречи с призраком или чудищем, но обошлось. Поползав как следует в абсолютном мраке, я выбрался на волю, как ни странно, возле шоссе. Ни за что бы не подумал, что тайный ход из секретной пещеры ведьм может привести в настолько скучные, цивилизованные места! Удивление прошло сразу: ход за мной закрылся и исчез. Я потопал по пригорку, из-под которого только что вылез — никаких признаков подземных пустот! Ход каждый раз выводил в разные места! Неплохо конспирация у ведьм поставлена… В рваной одежде, избитый, я даже не пытался ловить попутную машину. Пошел пешком, и на вторые сутки добрался до дома. Из-за этого дурацкого Шабаша во мне что-то сломалось — вопреки всем законам природы я не хотел ни есть, ни спать. Может быть, не хотел и жить, не знаю, не разобрался. Однако жизнь продолжалась, кровь, пот и грязь следовало смыть, если не с души, то хотя бы с тела. Я вышел из ванной и застыл на пороге собственной комнаты
— Здравствуй. — сказал Наставник, закрывая журнал «Наука и жизнь». — Забавная статья про шизофрению. Тебе понравилась?
— Да, то есть, здравствуйте, Наставник. Или нет, статья поверхностная.
— Умение говорить правду в глаза сильным — обязательное для Лучших Учеников качество. Мы не ошиблись, восстановив тебя в этом высоком статусе, сразу, как только твоя личная Ниточка подала сигнал, что ты покинул Страшный холм. Ты выжил, мальчик, что и требовалось доказать. Первый, кстати, случай за всю историю противостояния Судей и Ведьм, можешь задрать нос. Хочешь почестей?
— Нет, Наставник. Хвалить меня не за что — я был схвачен, ваши приборы утратил. Казни избежал… чудом.
— Ты побледнел. Сядь, выпей кофе я сварил, вот твоя чашка. Вижу, тяжело вспоминать, как именно ты спасся. Ну и не вспоминай, обойдусь без этой информации. Ты имеешь право на собственные тайны.
Я не верил своим ушам. Ученик имеет право что-то утаивать от Наставника? Более вопиющей крамолы я не слышал никогда!
— Это не крамола, Лучший Ученик…
Он как всегда читает мысли!!!
— … а часть твоей награды за то, что к тебе благоволит Всеобщая Гармония. Без ее воли ты не вернулся бы с Шабаша. К сожалению, Мы не можем восстановить тебя в статусе Личного Охотника за ведьмой Любовью. Мы провели анализ капель спермы под столиком, в кафе. Восстановили ход событий. Ведьма посмела ублажать твое естество своими нечистыми руками. Убить ее без приказа ты не мог, а иной кары за такую мерзость не существует. Наше Сообщество справедливо, и не нагрузит на твои плечи неподъемной ноши. Ты освобожден от контактов с тварью, от воспоминаний о ней — тоже. Забудь, ей займутся другие. Ты пей кофе, пей. Миссию Личного Охотника в этом случае лучше других выполнит Денис.