Повелитель теней
– Надеюсь, этого хватит, чтобы пробудить Магию Крови. – спустя несколько секунд, заговорила богиня. – Точно ты сможешь проверить, когда принесёшь мне первую жертву. А сейчас отправляйся в Российскую Империю и начни уже отрабатывать мой дар хоть как-то! Провожать не надо. Если что-то потребуется, ты знаешь, в какой части Изнанки меня искать.
Марена отступила и испарилась.
– Отомсти за моего внука! – неожиданно выпалила толстушка и потрясла пухленьким кулачком. Марк печально улыбнулся.
Я закрыл глаза и потянулся к магической нити, что теперь крепко связывала мою душу и тело Марка Ломоносова.
Глава 2
Центральная столичная площадь. Прошлая жизнь.
Этого дня я ждал очень долго – он должен был стать рубежом, началом моей новой жизни. В столице – всего лишь третий раз за последние двадцать лет – знаменитый боевой мастер Анаксагорас набирал себе учеников. Хотя… “ученики” – это громко сказано. Пять лет назад он не выбрал вообще никого, а семнадцать – только одного талантливого счастливчика.
Для меня это был первый и единственный шанс, потому что на следующий день я бы отправился на медные рудники. Лет через пять там бы и сгинул. Семье было тяжело прокормить лишний рот, поэтому отец решил избавиться от меня – весьма выгодно продал, за целых три золотых монеты.
Казалось бы, всё решено. Однако я уже несколько лет вынашивал план, как выбраться из той выгребной ямы, в которой жил. Я мечтал о деньгах, славе и уважении, но для начала хотелось бы выжить. В свои десять лет я уже понимал, что моя семья считается общественным отбросом. Если мы встречали дворян, то они презрительно морщили носы, словно кто-то насрал прямо перед ними.
О да, я хотел быть сильным! И как только услышал о мастере Анаксагорасе, сразу же понял – во что бы то ни стало попаду на отборочный тур! И наплевать, что туда пускают только с шестнадцати лет.
Так что на центральную площадь столицы я вышел с утра пораньше и всё равно в очереди был далеко не первым – передо мной уже выстроилось человек сорок. Но это было даже мне на руку – в толпе мой возраст не привлекал так много внимания, как мог бы.
В полдень на высокий деревянный помост в центре площади вышел глашатай и громогласно объявил:
– Приветствуйте непобедимого Анаксагораса!
Народ яростно взревел, но тут же замолк и отхлынул, стоило Анаксагорасу – крепкому невысокому мужчине с чёрными, как вороново крыло, глазами и волосами – выйти на помост и три раза хлопнуть. Жестом он освободил пространство перед собою и приказал:
– Начинайте.
Потянулись долгие и опасные испытания. В основном это были сражения на мечах или копьях – шестнадцатилетки дрались с воинами, которых привёл великий мастер. И детям спуску не давали, одному бедолаге отрубили руку, другому – разрезали глаз. Анаксагорас наблюдал за сражениями с абсолютно равнодушным лицом.
Когда наступила моя очередь и я вышел на середину открытого пространства, все зрители рассмеялись. Некоторые из них добродушно надо мной подшучивали, другие – злобно издевались. Никто не верил, что великий мастер разрешит мне пройти отборочный тур. Но он лишь всё так же безразлично кивнул и движением ладони велел одному из воинов выйти ко мне.
– Не жалеть, – произнёс он, смерил меня взглядом и, отвернувшись, небрежно бросил: – Никто не обвинит великого Анаксагораса, что он проводит свои испытания нечестно.
Единственное оружие, что у меня было, – здоровенная самодельная дубина. Сюда все приходили со своим, мечи здесь не выдавали. Я едва-едва смог поднять эту дубину – отпарировал лёгкий удар воина, и острое лезвие его меча располовинило мою жалкую деревяшку. Толпа восторженно завизжала, им было наплевать, что вот-вот прикончат десятилетнего пацана. Я стиснул зубы и бросился на ноги воина, пытаясь его повалить, но он только расхохотался и оттолкнул меня в сторону.
Очевидно, он не собирался драться всерьёз, однако это не входило в планы Анаксагораса. Он явно желал, чтобы каждая схватка была доведена до логического завершения. Без разницы – ранение это или смерть. Конечно, ещё я мог сдаться и взмолить о пощаде, но… Нет. Мне было десять лет, и я был в отчаянии, не желая работать в шахтах. Лучше уж умереть прямо здесь!
– Прочь, – велел Анаксагорас веселящемуся воину и указал на другого, произнёс лишь одно слово: – Ты.
Второй воин был настроен серьёзно, его не смущало, что в противники ему дали десятилетнего мальчишку. От его первых ударов я чудом увернулся, понимая – бьёт он наверняка, чтобы точно нанести смертельный удар. И то, что я уклонился от атаки, его только разозлило, он попёр на меня, как бык – на красную тряпку, и замахнулся мечом, целясь в сердце. Анаксагорас следил за сражением всё так же равнодушно и останавливать его не собирался.
Я попытался вновь уйти вбок кувырком, и мне почти это удалось – меч вонзился в землю, всего в паре сантиметров от моей ноги, и вот, когда уже казалось, что я вот-вот перекачусь на противоположный край площадки, мне в живот прилетела окованная в железные латы нога. Я услышал треск своих рёбер и рухнул перед воином, свернувшись калачиком. Воин покосился на великого мастера, но Анаксагорас не пошевелился, и тогда он воткнул меч мне в глотку.
Толпа яростно взревела, пока я захлёбывался собственной кровью. Но неубиваемое желание жить поднималось в моей груди – наравне с возмущением. Неужели я сдохну вот так, как собака – под смех и крики любопытных зевак?!
И в этот момент из моего разрезанного горла ударила очередная струйка крови, горячие брызги залили глаза, а потом… Потом кровь внезапно превратилась в чёрный туман и разделилась на несколько щупалец – одно залечило рану на шее, а второе – выстрелило в моего противника, пробило его насквозь, несколько раз провернулось и выпотрошило.
– Стоять! – рявкнул Анаксагорас, когда ко мне рванули другие воины.
Одновременно по толпе пробежали взволнованные шёпотки:
– Тени!
– Неужели новый Повелитель Теней?!
– Да какой из этого нищеброда Повелитель?! Тени не выбирают слабых! Никогда!
– Смотрите, смотрите, у него туман по всему телу!
– Точно вам говорю! Это тени!
Я едва мог пошевелиться. Надо мной склонился Анаксагорас, бережно вытер с моего лица кровь и ласково улыбнулся. Я подумал, что у меня предсмертные галлюцинации, когда он сказал:
– Мой первый ученик.
В тот день он выбрал всего двоих – меня и Николая Крузенштерна, с которым мы впоследствии подружились.
* * *Когда я проснулся, то почувствовал, что меня куда-то тащат. Над ухом раздаётся капризный женский голосок:
– Нет, не сюда! – приказывает он. – Посадите его в кровать. Да, вот так! А теперь переоденьте в пижаму! И не забудьте подгузники! Если он снова наделает в постель, вы будете это вылизывать. Понятно?!
Цоканье каблуков и хлопок двери. Я чувствую, как надо мной кто-то склоняется. Едва-едва могу приоткрыть веки – тело ослабло, я сейчас ему не хозяин. Пока меня переносят и укладывают на мягкую перину, я концентрируюсь и тянусь к магическому ядру – чтобы быстрее восстановить мышцы, нужно разогнать по всему организму магию, разбудить все энергетические каналы.
– Такой красивый, – бормочет шатенка в форме служанки, протирая мне лицо мокрой тряпкой. Её волосы собраны в высокий хвост, на изящную шею падает несколько прядок.
Её напарница, рыженькая невысокая девица, каждый сантиметр кожи которой покрыт веснушками, с негодованием цокнула языком и сказала:
– А кто тебе не красивый? – её нежные руки аккуратно меня раздели и начали разминать мышцы, разгоняя кровь. – Не спи, подгузник давай! А то сейчас королева подков вернётся и нам не поздоровится!
– Да разве ж это справедливо? – возмутилась шатенка, натягивая на меня шёлковую рубашку с рюшами. – Господин Марк никогда слуг не обижал. Красивый, умный, молодой… И лежит в плену у этих… этих… Этих!
– Язык прикуси, – посоветовала рыжая и тихонько добавила: – Несправедливо. Но что мы сделать-то можем? Массаж разве что, чтобы пролежней не было. Да и то – пока принцесска погулять выходит. Хотя мне кажется, это бесполезно. Я слышала, что господин Марк, тогось, помер.