Повелитель теней

Краем сознания я отметил, что нож они украли из вагона-ресторана. Вот почему Крабогном их не обнаружил – на вещах девушек не было ауры смерти, они пользовались чем придётся. Я поднялся и поправил задравшуюся рубашку. Видимо, моё спокойствие их выбесило – они не перегруппировались, а бросились в атаку вразнобой. Лера накинулась на меня, попыталась провести приём, а Вера, мешая своей подруге, дёрнула меня на пол.
Новички. Их движения были более-менее отработанными, но не слаженными. Девушки, очевидно, знали какие-то приёмы боевых искусств, но плохо использовали на практике. Скорее всего, в убийцы подались недавно, либо же их и вовсе завербовали только для моего убийства. На секунду мне даже стало их жалко – всё-таки я слегка успел к ним привязаться, хотелось дать им шанс одуматься. Возможно, если их припугнуть, то они осознают, в какую опасную профессию сунулись и перестанут маяться дурью.
Саблезубый Марал угрожающе зарычал, его пасть распахнулась, открывая вид на очертания огромных заострённых клыков, и девушки впервые обратили на него внимание – долго же до Веры доходило, что на неё вообще-то кто-то напал сзади. Служанки заметались взглядами между мной и тенью, не понимая, что делать. За это прекрасное представление пришлось заплатить двести тридцатью тенями – слабыми и почти бесполезными, но жаба меня всё равно душила. Все тени, кроме Крабогнома, требовали магической подпитки. А кормить их на местной магической частоте я ещё не умел. Но помимо всего этого, у меня появилась ужасная догадка, которую я собирался проверить чуть позже…
– Поговорим? – миролюбиво предложил я.
– Ты шмякнул меня головой о стену! – возмутилась Вера.
– А вы хотели меня убить. Кажется, это туше. Дамочки, честно скажу, я не хочу вас убивать, – я развёл руками. Даже если они побегут к своему работодателю с докладом, то что они расскажут? Как днём пообедали за мой счёт, а вечером их напугала какая-то бабайка и они не смогли меня убить? – Я отпущу вас, если вы больше не будете мне докучать. Это во-первых. А во-вторых… мне нужна информация, откуда пришёл заказ.
– Ни слова из нас не вытащишь! – рявкнула Лера и встала в боевую стойку.
– Ну, тогда придётся напоить вас сывороткой правды, – с каждой минутой мне всё больше казалось, что я беседую с великовозрастными детьми, которые с бухты-барахты решили стать страшными и опасными убийцами. Происходящее начало меня веселить. – Или вы думали, я вас буду пытать? Отдам на съедение монстру?
Девушки опасливо переглянулись, в их глазах внезапно вспыхнула обречённость, и я отчётливо вспомнил, как в особняке Ломоносовых самоубились “доктора”. Развеяв Саблезубого Марала, я швырнул оставшиеся от него клубы чёрного тумана в девушек – если точнее, то заполнил тенями их рты, не позволяя сомкнуть зубы. В какой момент я перестал защищаться, а принялся их спасать?! Лера возмущённо замычала, пытаясь выплюнуть тени, а у Веры закатились глаза, и она рухнула в обморок.
– Крабогномище! – позвал я.
В ту же секунду из-под кровати вылезла зловредная тень, подошла к лежащей без чувств Вере и спросила:
– Еда?
– Нет, – я отпихнул Леру, которая собой прикрывала подругу, и обвёл девушек рукой. – Найди у этих прелестных дам зубы с ядом. И выдерни их.
– Хорошо, великан-хозяин, – Крабогном запустил клешни в рот Лере, которую пришлось держать, чтобы не сопротивлялась, и вырвал ей зуб. Повертел его, осмотрел со всех сторон, покачал головой и… выкинул. – Мимо.
– У нас здесь не тир, – я дал ему лёгкий щелбан. – Вырывай, только если полностью уверен! Зубы не волосы, заново не вырастут.
– Понял, великан-хозяин, понял.
Через пару минут Крабогном всё-таки вычислил и выдернул зубы с ядом, на этот раз без осечек. Я освободил девушек от теней, связал их и уточнил у Крабогнома:
– Снотворное ещё осталось?
– На половину поезда хватит, – с удовольствием протянул тот.
– Неси сюда.
Очень скоро обе девушки спали крепким сном. Я уложил их на полки и прикрыл одеялами. Идиллия. План был прост: чтобы Лера и Вера не подняли шум, я их усыплю, а билеты продлю до Адлера. Очнутся они, конечно, раньше, но будет уже поздно. Я ещё раз обдумал сложившуюся ситуацию.
 
Насколько большая вероятность, что мой таинственный враг пойдёт ва-банк и обвинит меня в массовых убийствах? Низкая. Род Ломоносовых планомерно уничтожают, но делают это официальными путями – не подкопаешься. И очень хотят забрать власть над Родом. А живой и здоровый наследник, пусть даже и в тюрьме, – это здоровая такая палка в колесе. Да и улик против меня полиция не отыщет. Значит, убийства наёмников заметут под коврик. А вот со служанками всё сложнее…
Если после моего побега из особняка Ломоносовых сразу же начали распускать слухи о моих странностях, то Леру и Веру будет логично использовать для поддержания этой легенды. Так и вижу газетные заголовки: “Безумный Соломон избил своих невинных служанок до полусмерти!” К счастью, закон на моей стороне. В Российской Империи до сих пор не до конца отошли от крепостного прав – фактически за побои средней тяжести аристократ мог просто заплатить откупную. Но вот по репутации это всё равно будет ощутимым ударом.
Я вздохнул. По-хорошему девушек нужно было убить. Но рука не поднялась…
Поезд прибывал в Москву через час, и это время я всё-таки потратил на отдых, медитацию и ревизию Изнанки. За последние сутки я потерял тысячу сто пятнадцать теней – мелких и слабых, но… Всё равно это большое число. За всю прошлую жизнь я потратил всего четыре тени, да и то – в самый критический момент. А тут… если брать в сравнении, цифры меня пугали. Но самое ужасное было то, как мне показалось, с каждым моим новым использованием любой способности, тени всё быстрее и быстрее меня покидают. Если так пойдет и дальше. Я лишусь всей своей силы гораздо быстрее, чем думал.
Во время битвы, которая переломила ход русско-азиатской войны, я подорвался на мине и в момент взрыва успел заменить своё тело тенями. А до этого боя и после я копил своих теневых слуг – они усиливали меня и дополняли мои способности своими, как Повелителя Теней. Грубо говоря, их магические таланты гармонично вплетались в мои навыки, и таким образом я расширял свои магические горизонты.
Ну, собственно разве не этого я хотел – опасных приключений, жарких сражений и постоянного развития? В каком-то смысле Николай, чтоб его Изнанка сожрала, Крузенштерн оказал мне услугу. Если бы не его предательство, я так бы и погряз в бесконечных аристократических распрях и захлебнулся государственными делами. А в этом мире у меня словно открылось второе дыхание. Только вот необходимо как можно скорее выяснить, как попасть в Данжи и “пощупать” монстров в прямом контакте. Это и поможет развиваться по местной системе, и даст возможность добывать подношения Богине.
Поезд начал медленно останавливаться. Я открыл глаза, встал и направился к багажному отсеку. В коридорах уже появились редкие пассажиры – сонные, с опухшими и озадаченными лицами. Перед багажным отсеком я снова столкнулся с мужчиной в цилиндре и на автомате с ним поздоровался, отчего бедолага сперва покраснел, потом побледнел, позеленел и поспешно слинял в купе.
Я забрал свой чемодан – тяжёлый, Крабогном постарался на славу, собрал у Раковых много драгоценностей – и вышел на перрон. И куда же мне идти? Москву этого мира я не знал – это свою, родную, изучил как пять пальцев, а здесь вполне мог заблудиться. На выходе из вокзала толпились таксисты-зазывалы. Они жадно оглядывали выходящих на улицу людей, выбирали тех, кто был одет побогаче, и торопились подойти к ним первыми. Я отмахнулся от настойчивых предложений подвезти “задёшево, дорогой!” и направился к торговому центру – “Атриум”, как гласила вывеска.
Смартфон Ракова я выкинул в Петербурге, так что мне требовался новый – всезнающий интернет поможет не выставить себя распоследним кретином, который не знает элементарщины.
Пока шёл к чёрно-жёлтому магазинчику “Шмель-лайн”, перехватил на себе несколько любопытных, но в то же время опасливых взглядов. Я даже внимательно изучил своё отражение в блестящих витринах – может, ширинка расстёгнута или чем-нибудь вымазано лицо? Нет, всё было нормально. Тогда я уселся на кованую железную лавочку и мысленно призвал Крабогнома – велел ему ошиваться в окрестностях и подслушивать чужие разговоры. Долго ждать не пришлось.