Замок последней розы. Книга 2 (СИ)

А вот моего собеседника такой вопрос, очевидно, ставит в тупик.
Он отпускает мои руки, а потом приподнимает моё лицо за подбородок и внимательно всматривается ещё раз.
— Я мог бы спросить, нет ли у тебя ещё одной сестры-близнеца… но запах твоих волос узнал бы из миллиона. Это совершенно точно ты. Но вот что происходит, не могу понять. И у меня паршивое предчувствие. Давай-ка с самого начала — как ты здесь оказалась, что делала до моего приезда и откуда такие странные вопросы.
Сбивчиво, с пятого на десятое я начинаю рассказывать. По мере моего рассказа его взгляд мрачнеет. Ровно до той поры, как я объясняю, что для того, чтобы отплатить леди Эрвингейр за доброту, нанялась работать служанкой в Замке стальной розы.
— Ты… кем?
Комнату взрывает оглушительный хохот.
Прислонившись к моему плечу, наследник Замка стальной розы ухохатывается, вздрагивая. Мне вот только не до смеха. Чувствую себя уязвлённой. И что такого в работе служанкой? Он что, из тех заносчивых снобов, которые считают слуг людьми третьего сорта? Да как-то не похоже… я была о нём лучшего мнения почему-то.
Отсмеявшись, хозяин берёт меня за плечи и снова внимательно изучает.
— Так, мне всё в общих чертах ясно. Имя своё хоть помнишь?
— Ну… нет. Ваш брат мне придумал новое. Но оно оказалось слишком сложное, так что меня все называют Ани… — и тут меня посещает очередное озарение. — Погодите. Мне кажется… нет, я почти уверена, что мы с вами где-то раньше встречались. Может быть, вы знаете моё настоящее имя?
И я с надеждой впиваюсь в него взглядом. Затаив дыхание, жду ответа.
Но мой мучитель не торопится с ответом. Вместо этого я вижу отчётливую работу мысли на его лице. И скользнувшая по губам загадочная улыбка мне совершенно не нравится.
— Может быть, и знаю. Но пока не скажу.
— Это почему ещё?! — возмущённо стону я. Чувствую себя обманутой. Как будто меня поманили конфеткой, и в последний момент подняли выше.
— Потому что судя по всему, твоя потеря памяти — не случайна. Что-то с тобой произошло, когда ты переходила границу между твоим и моим миром. А ты пришла из другого мира, это ты уже должна бы и сама сообразить, верно?
Я не сразу, но киваю. Это многое объясняет.
— Ну так вот. Если я тебе просто расскажу, это ничем не поможет. Нам же нужны не просто знания, а воспоминания — правда?
На этот раз я киваю чуть уверенней. Но всё равно мне чудится какой-то подвох. Вот только в чём, пока не понятно. Это и тревожит.
— Замечательно, что ты со мной согласна. Значит, будем потихоньку возвращать тебе воспоминания.
— Как? — подозрительно интересуюсь я. — Даже телепат вашей матушки не смог. Вы что, тоже телепат?
— В некотором роде, — широко улыбается хозяин, и у меня от его улыбки что-то сладко сжимается в сердце. — Читаю женские мысли и предугадываю желания.
Он подмигивает, а мне почему-то хочется треснуть его за это по голове чем-нибудь тяжёлым. Тем более, что меня до сих пор держат в плену, прижатой к двери хозяйской спальни, и это мне совершенно перестаёт нравится.
— Так что предлагаю самый простой и самый действенный способ возвращения тебе памяти. Наводящие ситуации! Мы тебя просто поместим в обстоятельства, которые тебе уже знакомы, ассоциации сработают, и ты сама всё вспомнишь.
Большой палец его правой руки начинает как-то так странно поглаживать моё лицо, и я у меня начинается самая настоящая паника. Это какие-такие ситуации он создавать собрался?!
Кое-как отворачиваюсь от поползновений и начинаю прикидывать манёвры для отступления. А если честно сказать, то позорного бегства. Очень уж это всё… действует на нервы. Как-то мне с трудом верится в предложения бескорыстной помощи от полуголых мужчин.
— Господин, вы так говорите, будто хорошо со мной знакомы. Откуда вам знать, что за ситуации разбудят мою память?
Всё-таки теплится во мне слабая надежда хоть какую-то информацию из него выудить.
В огненном взгляде вспыхивает такое, что мне приходится облизнуть пересохшие губы. И я тысячу раз жалею, что спросила.
 
— Первое. Меня зовут Орвик. Хотя господин мне тоже о-о-очень нравится. Называй меня так почаще, моя сладкая.
Я вспыхиваю и всей кожей чувствую, как начинаю краснеть.
— Второе. Мы с тобой три дня и две ночи не разлучались почти ни на минуту. Так что поверь мне, у меня огромный выбор ситуаций, которые тебе можно напомнить. Просто руки чешутся начать.
Упоминание о «ночах» заставляет меня покрыться мурашками сразу во всех местах. Но он же не может иметь в виду?… Или может?!
— И третье. Я тебя знаю не просто хорошо. А до кончиков пальцев на ногах тебя знаю, до самого глубокого, того что под маской, что ты привыкла прятать ото всех. Был один-единственный момент, когда ошибся в тебе и не сразу понял свою ошибку. И за это себя никогда в жизни не прощу. Но теперь-то ты здесь. Судьба мне дала второй шанс, и в этот раз я его не упускать не намерен. Спрашиваешь, откуда я тебя знаю? А всё очень просто. Ты — моя невеста.
Я застываю, как дерево, в которое молнией шандарахнуло. Вот примерно то же ощущение, наверное. Когда огненной волной с ног до головы, и не пошевелиться, и всё тело пожирает жадное пламя.
Меня охватывает бессознательный протест.
— Ну, знаете ли… Это уж слишком. Вы там это… головой не стукнулись по дороге домой?!
Подныриваю под его руку, хватаюсь за дверную ручку и изо всех сил дёргаю.
Нет, надо срочно убегать из этой палаты сумасшедшего. На что только готовы некоторые, чтобы девушку в постель затащить! Смеяться над больной, которая память потеряла — это вообще бесчеловечно!
Посмеиваясь надо мной, этот… как его… Орвик… ох, а имя такое же красивое, как он сам… наконец, прекращает держать дверь.
— Так и быть, иди пока, отдохни от новостей. Скоро начнём первый сеанс восстановления твоей памяти.
— Даже не думайте ко мне приближаться!.. — задыхаюсь я.
— Или может, сейчас и приступим? Что зря время терять? — мурлычет хозяин и подцепляет пальцами кончик моей туго заплетённой косы. Сердито дёргаю плечом, чтоб прекратить это безобразие.
— Оставьте меня в покое! И вообще, у меня много работы.
— Надо же — а тебе идёт эта форма, ни за что бы не подумал, — продолжает он тем самым возмутительно-вкрадчивым тоном, от которого мне становится совсем жарко. — Но всё равно это никуда не годится. Ты — и форма служанки… придётся снять.
У меня, наконец, получается покорить упрямую ручку и приоткрыть дверь.
— Если вы ещё хотя бы шаг сделаете в мою сторону, я… я… нажалуюсь вашей маме! — заявляю куда уверенней, чем чувствую себя на самом деле.
Здоровенный «мальчик» за моей спиной снова смеётся.
— Ну ничего себе! Я ей помощь предлагаю, память вернуть хочу, а она сопротивляется.
— Знаю я вашу «помощь»… — выпаливаю торопливо и прошмыгиваю в коридор.
Ноги отказываются убегать, но я их заставляю. В коридоре после жаркого, просто раскалённого воздуха спальни — безумно холодно.
— Эй, малышка!
Ничего не могу с собой поделать, останавливаюсь. Бросаю взгляд через плечо, готовая тут же снова пуститься в бегство.
Созерцание графского сына, опирающегося обеими руками о дверной проём, бьёт прямо в сердце. Нет, о таком предупреждать надо. Почему никто не сказал? Я бы взяла на сегодня отгул, спряталась под одеялом и просидела там весь день.
— Я абсолютно серьёзно. Никаких шуток. Ты — моя невеста. Мы со всем справимся. Не бойся ничего. Я помогу вспомнить.
— У вас… полотенце сейчас упадёт, — пробормотала я и поскорей помчалась дальше, опасаясь схватить сердечный приступ.
Серьёзно он. Как же.
 
Кто вообще в таком виде говорит «серьёзно»?!
Правильно, никто. И придумал ведь тоже! Интересно, на всех девушках срабатывает?
Ох, чувствую, придётся мне серьёзно повоевать за свою честь со слишком языкатым и нахальным наследником Замка стальной розы.
Никогда бы не подумала, что у такой приличной леди, как леди Эмма, такой сын-разгильдяй.