Род Корневых будет жить! Том 9 (СИ)

В тот момент, когда Хаос смотрел мне в глаза, в его облике проступили человеческие черты.
Оставив меня, он снова переместился на своё место и спросил уже совсем другим тоном:
— Откуда ты знаешь Лейрена?
— Он спас меня. А потом помог мне с культивацией. И… это он дал мне ключ, чтобы найти артефакт, а потом соединить части.
Врать смысла не имело. Да и не хотелось. Не хотелось уподобляться тем, кто пытался решать свои проблемы моими руками, кто думал только о себе, о своём благополучии, и кто ставил свои интересы выше долга. То есть, обоим императорам — китайскому и российскому.
— Покажи ключ, — попросил Хаос.
Я раскрыл правую ладонь и над ней засветился золотой треугольник.
Хаос спросил:
— Почему ты не соединил части артефакта?
Я ответил честно:
— Потому что ненавижу, когда мной пытаются манипулировать! Ненавижу грязную игру!
— Игра… — Хаос усмехнулся. — Надо же, какое точное слово.
— Что наша жизнь? — Игра! — процитировал я «Пиковую даму» А. С. Пушкина.
На что Хаос ответил:
— Твоя игра переполнена желанием убийства. Это хорошо. Но это бесполезно, если противник сильнее тебя.
— Я не один, — ответил я.
Хаос оглядел моих ребят и кивнул.
Я тоже оглянулся.
Ребята стояли в построении, готовые в любой момент вступить в бой. Все были серьёзны и сосредоточены. Они контролировали не только Хаоса, но и его тварей.
Более того, над ними вращалось довольно большое облако живы. Осталось добавить в него огонь, и мощный заряд магического напалма был готов.
Я остался доволен — на моих ребят можно опереться, они прикроют спину и поддержат, что бы я не решил. Это была команда — сильная и сработанная. При такой команде сила отдельного члена сразу же возрастала в разы.
Не то, что твари, стоящие за спиной Хаоса. Да, их было значительно больше, и они были сильнее. Но я ни за что не променял бы их на моих ребят!
Хаос вздохнул:
— У меня не было такой команды. Я предпочитал действовать один.
Хаос говорил, а я видел, что он всё больше и больше становится похожим на человека.
Но я не обманывался на его счёт. Я понимал, что он в любой момент может ударить. А потому всё время был настороже.
Тем не менее бить первым я не хотел. Как-то это было неправильно. И вовсе не потому, что Екатерина Петровна сказала, что он мой отец. Отец — это не тот, кто родил, а тот, кто воспитал. А воспитал меня Дмитрий Петрович Корнев. Точнее, не меня, а настоящего Володю Корнева.
А Хаос тем временем рассказывал:
— Я был молод и силён. Мне казалось, что весь мир принадлежит мне. И всё, что в нём существует, существует для меня. Именно тогда я и встретил девушку — юную и нежную, как незабудка. И влюбился в неё, как дурак, — Хаос помолчал, видимо, заново переживая те давние события.
Я тоже молчал, не перебивал. Я понимал, что ему нужно высказаться. Это что-то типа исповеди, то, что облегчает душу.
Да, Хаос и его армия причинили людям много горя. Но если удастся избежать битвы, то это будет самая важная победа! Потому что моим ребятам и горстке солдат против огромной армии Хаоса не выстоять.
— Она тоже любила меня, — уверенно сказал Хаос. — И подтвердила свою любовь, отдавшись мне. Мы планировали пожениться, но тут о наших отношениях узнал её отец, — голос Хаоса стал жёстким, и почти ставшая человеческой фигура снова вспыхнула яростным пламенем.
Я уже видел российского императора и понимал, с чем столкнулся молодой Хорс. Во всяком случае, я думал, что понимаю.
А Хаос тем временем продолжал:
— У меня был друг Лейрен, — сказал он и вздохнул. — Он жил в Китае. Он был очень сильным артефактором. Не просто сильным, а божественного уровня. И вот он получил заказ на создание запирающего артефакта. Это был сложный заказ, и я помогал ему создавать артефакт. Мы сделали два — один экспериментальный, а после того, как его испытали, создали второй — уже нормальный.
— На ком испытали первый артефакт? — спросил я, вспоминая запечатанный мир.
— Лейрен опробовал тот артефакт на себе, — спокойно ответил Хаос.
 
— Как это? — удивился я. — Я видел его, разговаривал с ним так же, как сейчас с тобой. И я был в запечатанном мире…
— Он запечатал часть своей души, — ответил Хаос. — Поэтому посторонние могут попасть в запечатанный мир только с его разрешения и ненадолго.
— Но запечатанный мир принадлежит китайскому императору! — произнёс я.
Хаос тяжело вздохнул.
— Значит, Лейрену не повезло, и хозяином запечатанного мира стал не он.
И я снова вспомнил всю авантюру с ключом и приставами. Получается, китайский император обвёл грозового человека вокруг пальца.
— Но ведь он сильнее китайского императора, — спросил я. — Почему он не отнял у императора свой запечатанный мир?
— Ограничения создаются нашим сердцем, — ответил Хаос.
Я не нашёл, что сказать на это и промолчал.
Мне открылось прошлое. И я не знал, что с этими знаниями делать. Тут хоть Библию цитируй: «…во многой мудрости много печали…»
— Второй артефакт был для тебя? — спросил я.
— Да, — ответил Хаос и усмехнулся: — Только довести дело до конца у отца Кати силёнок не хватило.
Я кивнул — мне это уже было знакомо.
— Ну и как ты теперь поступишь с артефактом? — спросил у меня Хаос.
Он мог бы при желании отнять Запирающий Хаос артефакт силой, но не делал этого, а предоставил мне решать своё и его будущее. «Быть или не быть, вот в чём вопрос…»
— Плохой день — это ещё не плохая жизнь, — задумчиво ответил я. — Когда перед тобой закрывается дверь, обязательно откроется окно.
— Это значит, ты не будешь объединять части артефакта? — уточнил Хаос.
— Не буду, — подтвердил я. — Во всяком случае, пока ты не вредишь людям.
— Разумно, — кивнул Хаос, согласившись с моим условием.
Словно только этого и ждала, на ступенях дворца появилась Екатерина Петровна. И сразу же вслед за ней — его величество Пётр Алексеевич Романов и его сыновья Богдан Петрович и Назар Петрович. И если Екатерина Петровна сбежала по ступеням вниз и направилась к нам, то мужчины остались наверху, готовые в любой момент нырнуть в открытые двери.
Глупые. Неужели они не понимают, что если Хаос захочет, то он легко достанет их в этом дворце и никакая защита не поможет.
Глянув на них, Хаос негромко сказал мне:
— И всё-таки я попрошу тебя об одном одолжении.
— О каком же? — поинтересовался я.
Хаос промолчал, наблюдая, как Екатерина Петровна бежит к нам.
— Ну вот и семья в сборе, — пробормотал он, когда она прибежала.
— Хорс, — выдохнула Екатерина Петровна.
Хаос молча смотрел на неё.
— Я не могла поступить иначе, — сообщила она.
Хаос продолжал молчать.
— Наш мальчик… — начала великая княгиня, но Хаос перебил её:
— Как ты могла отдать сына в чужую семью.
Женщина сразу же поникла и с болью произнесла:
— Отец сказал, что ублюдок будет жить только если он будет никем. Но я нашла для него хорошую семью! Я долго хранила всё в секрете. Но недавно дядья и двоюродные братья узнали об этом и решили стереть все следы моего позора.
— Позора… — эхом повторил Хаос и повернулся ко мне: — Я прошу тебя об одном одолжении, сын. Объедини все три части артефакта. Но так, чтобы в запечатанном мире оказались не только я и мои твари, но и мои родственнички… — и он недобро глянул в сторону императора и его сыновей.
На Екатерину Петровну Хаос даже не смотрел.
Я глянул на ключ, который мне дал Лейрен.
— Ключом не пользуйся! — предупредил меня Хаос. — Я не хочу, чтобы запечатанным миром Хаоса владел кто-то другой, а не мой сын. Объединяй так. Я дам тебе недостающую силу.
— Хорошо, — согласился я. — Но как мне поместить в запечатанный мир всех?
— Твари сами пойдут за мной, — успокоил меня Хаос. — А что касается родственников…
В небо взметнулись три языка. Российский император вместе с сыновьями не успели сбежать. Через минуту они стояли рядом с Екатериной Петровной.