Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

— Я был в Ирландии, — ответил Фрэнсис.
— В Ирландии? — эхом отозвалась она, изображая удивление.
— У вас там родные или вы ездили по делам? — вежливо поинтересовалась Изабель.
— У меня там были дела. И это имеет отношение к мистресс Кэтрин. Если, с вашего разрешения, леди Бейнтон, я мог бы поговорить с ней приватно…
Изабель посмотрела на Кэтрин. Очевидно, она мысленно рассуждала, стоит ли оставлять этих двоих наедине.
— Все в порядке, — успокоила ее Кэтрин. — Мистер Дерем — мой кузен, и герцогини тоже. Я давно его знаю.
На его лице промелькнула мимолетная усмешка.
Изабель вежливо улыбнулась:
— Что ж, приятно было познакомиться с вами, мистер Дерем, — и пошла к остальным девушкам.
Кэтрин ужаснулась, увидев стоявшего невдалеке Тома, который мрачно смотрел на них с Фрэнсисом. Она догадывалась, какие мысли проносились в его голове.
— Пойдемте к реке, — предложила Кэтрин Дерему и повела его по дорожке, которая вилась за живой изгородью. — Так чем вы занимались в Ирландии? — беззаботным тоном спросила она, как только они скрылись с глаз Тома.
— Я стал пиратом! — ответил Фрэнсис; в его голосе слышался надрыв. — Уехал в Ирландию, как только узнал от Мег Мортон, что его милость король влюбился в вас. Я также слышал от Кэт Тилни, мол, при дворе ходят разговоры, будто вы собираетесь замуж за некоего джентльмена из личных покоев короля. Вот я и решил совместить свою тягу к приключениям с зарабатыванием денег, чтобы потягаться с такой великолепной компанией. — Судя по тону, он потешался. — Я потратил свои сбережения на лодку и пытался захватывать торговые суда, чтобы получать за них выкуп. Особых успехов я не добился и был вынужден вернуться домой. — Фрэнсис помолчал, глаза его прищурились. — Эти людские толки — правда? Что происходит, Кэтрин?
Она набрала в грудь воздуха:
— Это правда, что один джентльмен, мистер Калпепер, ухаживал за мной, но разговора о браке между нами не было. Если вы слышали такое, значит вам известно больше, чем мне. Кроме того, я окончательно отвергла его, когда ко мне проявил интерес король. Я не могла ответить «нет» королю.
— Вы его любовница? — резко спросил Фрэнсис.
— Нет, и никогда ею не буду.
Дерем сдвинул брови:
— Я не знаю, что за игру вы ведете, Кэтрин, но вам не стоит забывать двух вещей: во-первых, что я по-прежнему люблю вас; и во-вторых, что вы помолвлены со мной и не свободны для другого замужества.
— Только не начинайте снова! — крикнула она. — Зачем вы опять заводите этот бесполезный разговор! Между нами все кончено. Я вас не приму!
Он строго взглянул на нее:
— Я думал о вас лучше, Кэтрин. Я мог бы сделать вас своей, если бы хотел, хотя я не смею, ибо вас наметил для себя король. Но если он умрет, я женюсь на вас.
— Ш-ш-ш! — шикнула на него Кэтрин и нервно огляделась, чтобы проверить, не слышал ли его кто-нибудь. — Вы разве не знаете, что говорить о смерти короля — это измена?
— Вы же не донесете на меня, верно? — парировал ее выпад Фрэнсис. — Не бойтесь, я ухожу и больше вас не обеспокою. Просто помните: на двоемужество смотрят косо.
Кэтрин в тревоге пошла обратно ко дворцу. Изабель ждала ее.
— Слава Богу, ты здесь! — воскликнула Кэтрин. — Этот человек преследует меня. Он проявлял интерес ко мне в Ламбете, что я не приветствовала, и ведет себя так, будто был для меня всем на свете.
— Хочешь, я поговорю с ним? — спросила Изабель, беря ее за руку.
Кэтрин оглянулась, чтобы проверить, не идет ли следом за ними Фрэнсис.
— Нет. Я просто буду избегать его и постараюсь не поднимать шума. Чем меньше слов, тем лучше. Надеюсь, он правильно меня понял.
— Ну что ж, — задумчиво проговорила Изабель, — если понадобится моя помощь, ты знаешь, где меня найти.
Они молча пошли по гравийной дорожке. Невозможно поверить, что Фрэнсис появился при дворе. Почему ее жизнь такая запутанная? Сейчас ей не хотелось иметь отношений ни с кем: ни с Фрэнсисом, ни с Томом, ни даже с королем. Лучше бы ее оставили в покое. Однако в антикамере перед покоями королевы ее ждал вестник в королевской ливрее.
 
— Его величество просит, чтобы вы встретились с ним в его личном саду завтра в пять часов, мистресс Кэтрин. Я сам приду и провожу вас туда.
Сердце ее упало. Что ей оставалось? Идти и делать вид, что она счастлива.
На следующее утро, когда Кэтрин вышла из девичьей спальни, в приемном зале королевы ее ожидала матушка Лёве.
— Мистресс Кэтрин, герцог Норфолк был бы благодарен, если бы вы встретились с ним в главном зале, — холодно проговорила она, и Кэтрин догадалась, что наставница фрейлин слышала, о чем говорят при дворе.
Матушка Лёве отдала бы все и даже умерла бы за королеву Анну. Естественно, она возненавидит всякого, кто причинит вред ее обожаемой госпоже.
Кэтрин взглянула на часы, стоявшие на буфете, и сказала:
— Я должна быть при королеве через пять минут.
— Ее милость отпустила вас встретиться с дядюшкой.
— Она очень добра, — ответила Кэтрин и быстро ушла.
Норфолк сидел один за высоким столом на помосте. В дальнем конце зала слуги складывали и составляли к стене столы на козлах, которые использовали во время завтрака. Герцог встал и подвел Кэтрин к окну, под которым было устроено мягкое сиденье.
— Садись! — велел он ей. — Я хотел спросить, все ли идет хорошо.
— Очень хорошо, милорд, — ответила Кэтрин. — Думаю, король тешит себя мыслью, что влюблен в меня, а я в него.
— Именно. — Норфолк улыбнулся. — Это успех. Он упоминал о браке или о разводе с королевой?
— Пока нет, сэр.
— Что ж, не все сразу. Он до этого дойдет, я уверен. Когда ты с ним снова увидишься?
— Сегодня после обеда.
— Хорошо. — Герцог склонился к ней. — Кромвель шатается. Король, может, и сделал его графом Эссекским, но он имеет привычку оказывать милости тем, кого намерен уничтожить. Помяни мое слово, дни этого человека сочтены. Если представится шанс, используй свои уловки и убеди короля, что Кромвель ему враг.
Кэтрин стало не по себе.
— Но я ничего о нем не знаю!
— Ты знаешь, что брак с принцессой Клевской — его рук дело. Учти, что не стоит критиковать его за это, пока король не подаст знака, что он подумывает о разрыве брачных уз, но ты можешь сказать, мол, до тебя дошли слухи, что Кромвель еретик и лютеранин. Тебе всего лишь нужно заложить зерно сомнения в разум его милости. Он легко поддается внушениям, и если так одурманен тобой, как ты говоришь, то внемлет твоим словам.
— Хорошо, — согласилась Кэтрин, в душе опасаясь, что это окажется выше ее сил. — Я постараюсь.
— Продолжай в том же духе — и корона окажется у тебя на голове, не успеешь и глазом моргнуть! — усмехнулся Норфолк.
  
Глава 18
 
 
1540 ГОД
 
В тот вечер, когда Кэтрин вошла в сад, король уже сидел в беседке.
— Какой прекрасный день, сир, — сказала она, поднявшись из реверанса и подходя, чтобы сесть рядом с ним.
Король вздохнул:
— Вы — пир для глаз, Кэтрин, и видеть вас — для меня огромное наслаждение. Но я в некотором смысле устал от жизни. Мои советники плохо справляются со своими обязанностями.
Кэтрин улучила момент:
— Вы имеете в виду графа Эссекса?
Король удивленно взглянул на нее:
— Почему вы так говорите, дорогая?
— Ну, ходят слухи, сир. Мне не следует повторять их вам. Вероятно, они ничего не значат.
— Нет, продолжайте, Кэтрин. Мне нужно знать, что говорят люди.
— Его называют еретиком-лютеранином, сир, и говорят, что он плохо служит вашей милости. Я не вполне уверена, что они имеют в виду.
— Хм… — Лицо Генриха вспыхнуло. — Это интересно.
— Я не хотела никому навредить, — добавила Кэтрин.
— Конечно нет. — Король утвердительно кивнул. — Но я позвал вас не для того, чтобы вы слушали мои жалобы, и не для разговоров о лорде Эссексе. Я хотел спросить вас кое о чем. — (Она задержала дыхание.) — Кэтрин, вы правда не связаны никакими обязательствами?