Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Кэтрин увидела отцовскую печать. И сломала ее под пристальным взглядом Гарри. Чтение не принесло радости: похоже, никогда ей не попасть ко двору. Король лично отменил принятое на выборах решение о назначении отца мэром. «Он ни за что не согласится, чтобы меня допустили к должности мэра, — писал лорд Эдмунд, — и я не могу дольше оставаться в Кале без увеличения своих доходов».
Она протянула письмо Гарри — пусть прочтет.
— Мне так стыдно. Чем заслужил мой отец такое пренебрежение? Наверное, его полюбили в Кале, иначе не выбрали бы мэром.
— Может быть, у короля есть другой кандидат на этот пост, которого он предпочитает, вот и все. Не расстраивайтесь, дорогая. — Он посадил Кэтрин к себе на колени и потерся носом о ее ухо. — По крайней мере, он сохранил свой пост. Быть ревизором в Кале — это немало.
  
Глава 8
 
 
1538 ГОД
 
Отец возвращался домой. Кэтрин сидела у теплого очага в своей комнате и медленно разбирала его послание. Новость о скором приезде лорда Эдмунда ее порадовала, но дальше она узнала, что его вызывает Совет короля, и задрожала. «Они говорят, я не выполняю распоряжений короля, — писал отец, — и теперь меня будут допрашивать относительно состояния дел в Кале». Там было еще много чего, но Кэтрин так разволновалась, что не могла читать дальше. Даже теперь она и в спокойном состоянии не слишком хорошо складывала буквы в слова.
В тревоге Кэтрин побежала искать Гарри и встретила его в длинной галерее.
— Взгляните, — требовательно сказала она и вложила письмо ему в руку, а сама стояла рядом, сгорая от нетерпения, пока он просматривал написанное.
— Вдруг ответы отца не удовлетворят Совет? Его уволят? Или с ним случится что-нибудь похуже?
Гарри замялся, будто подыскивал правильные слова:
— Если читать между строк, кажется, он не слишком хорошо справлялся со своими обязанностями, не более того. Я сильно сомневаюсь, что этим можно заслужить заточение в Тауэр.
— Да, но он пишет, что его делают жертвой.
— Дорогая, это отговорка, — вздохнул Гарри.
— Нет, он честный человек, — запротестовала Кэтрин. — Представьте, как тяжело ему сносить такие наветы.
Гарри ничего не ответил. Кэтрин почувствовала себя слегка уязвленной.
В следующем письме лорд Эдмунд сообщал, что его отстранили от должности. Он обжаловал это решение, напомнив мастеру Кромвелю о своей бедности и затратах, понесенных на содержание дома в Кале, и надеялся, что тот позаботится о возмещении ему убытков.
Кэтрин стало жаль отца. За что бы он ни брался, все заканчивалось провалом. Себя она тоже пожалела. Почему ей не выпало на долю иметь родителя богатого, преуспевающего и любимого королем? Она молилась, чтобы никто в Ламбете не узнал о позорной отставке ревизора Кале. Это было бы слишком унизительно.
Лорд Эдмунд вернулся домой в апреле. Его сестра графиня Уилтшир, мать покойной королевы Анны, умерла, и он как раз успел на похороны, где собрались все Говарды и Тилни. Кэтрин ужаснулась при встрече с отцом в Ламбете: он выглядел таким старым и изможденным. Ему, наверное, уже исполнилось шестьдесят, и жизнь не была милостива к нему.
Когда лорд Эдмунд поприветствовал братьев Кэтрин и она в свою очередь встала на колени, чтобы получить отцовское благословение, он поднял ее и крепко обнял:
— Как приятно видеть тебя, дочь моя. Ты выросла и превратилась в юную леди. Я с трудом узнаю тебя!
Маргарет, мачеха Кэтрин, была мягка и дружелюбна, как и прежде, но, когда они присоединились к родне в покоях герцогини, то и дело бросала на отца тревожные взгляды.
— Он неважно себя чувствует, — тихонько сказала она Кэтрин. — Проблемы с камнями в почках, да еще эта последняя неудача… Такой тяжелый удар для него. Но он надеется, что сумеет убедить Совет и его восстановят в должности. — Маргарет вздохнула. — Я пыталась внушить ему, что пора уйти в отставку, но он меня больше не слушает. Он сделался любимчиком женщин Кале, и некоторым из них следовало бы последить за своим поведением.
 
Кэтрин положила ладонь на руку мачехи. Нелегко, наверное, быть женой отца.
— Не переживай, мы справимся, — сказала Маргарет.
Они сделали реверансы перед герцогом Норфолком, который по неотъемлемому праву занял трон своей мачехи и сидел на нем как василиск — впивался в каждого орлиным взором, надменно поджав губы. Суровый вояка, в свои шестьдесят с лишком лет он не выглядел человеком, с которым можно не считаться. На мгновение его стальные глаза оценивающе задержались на Кэтрин, потом герцог кивнул и одарил ее и Маргарет подобием улыбки.
— Приветствую, леди Эдмунд. Приветствую, Кэтрин. — Норфолк знаком показал, чтобы они сели, и женщины заняли места рядом с отцом. Сидя на скамье бок о бок с братьями, Кэтрин чувствовала себя маленькой и незначительной среди этого грандиозного собрания родственников, облаченных в черный бархат, шелк и меха.
Говорили только о бедной Элизабет, покойной графине.
— Бедняжка так и не смогла пережить смерть королевы Анны, — сказала герцогиня.
— Заболела она раньше, — напомнил ей герцог.
— Потеря детей, да к тому же столь ужасная, ускорила ее кончину, — добавила леди Уильям Говард, женщина милая, изысканно одетая, но, по общему мнению, глуповатая.
— Не представляю, как справляется с этой утратой граф, — произнесла герцогиня.
— Томас Болейн пережил многих, — заметил герцог. — Помните, как он свидетельствовал против собственных детей, чтобы спасти свою шею? Сомневаюсь, что у моей сестры нашлось для него много слов после такого.
— Хотелось бы мне тогда быть рядом с ней и утешить ее, — сказал отец.
Собравшиеся на похороны выстроились в процессию и прошли в церковь Святой Марии. В часовне Говардов Кэтрин оказалась рядом с могилой матери. Она испытала чувство вины, что не приходит сюда чаще молиться за упокой души родительницы, но ей до сих пор невыносимо было думать, что здесь, под толщей земли, в хладном склепе лежит ее мать. Насколько иначе сложилась бы ее, Кэтрин, жизнь, если бы Джойс не умерла так рано.
Отец не остался на поминки.
— Я еду в Сент-Джеймсский дворец, — сообщил он жене и детям, когда они все вышли из церкви. — Надеюсь увидеться с мастером Кромвелем.
Глядя ему вслед, Маргарет покачала головой:
— Он никогда не сдается.
Участники похорон потянулись обратно к Норфолк-Хаусу. На поминальном обеде Кэтрин сидела рядом с мачехой. Как же ей хотелось, чтобы Гарри был здесь. Но он поехал в Стритхэм навестить родных. Они были любовниками уже больше года, а она продолжала считать часы до следующего свидания.
После обеда Кэтрин с мачехой задержались в зале, где слуги быстро убирали со столов.
— Твой отец собирается поговорить с герцогиней о том, чтобы подыскать тебе мужа, — сказала Маргарет. — Он считает, что она слишком затянула с этим.
Кэтрин пришла в ужас. Ей не хотелось замуж ни за кого, кроме Гарри. Осмелится ли она открыться мачехе? Если Маргарет не одобрит порыва своей падчерицы, то может предпринять шаги к тому, чтобы воспрепятствовать ее дальнейшим встречам с Гарри. А самого его постарается лишить места! Нет, уж лучше ей помалкивать.
— А если мне не понравится мужчина, которого для меня выберут, я все равно должна буду выйти за него замуж? — спросила Кэтрин.
— Нам, женщинам, редко выпадает случай выбирать, — ответила Маргарет и взяла с еще стоявшего на столе блюда марципан. — Но я сомневаюсь, что твой отец согласится на брак, который ты посчитаешь отвратительным.
— Он, вероятно, будет благодарен любому мужчине, который женится на мне, — пробормотала Кэтрин и закусила губу. — У меня нет приданого, так что найти мне супруга может оказаться нелегко.
— Приданое — не единственное, что будут принимать в соображение. Многие не отказались бы породниться с Говардами. К тому же ты очень мила.
Кэтрин улыбнулась ей: