Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Анна не знала, верить ли ему.
— Кажется, его величество доискивается благосклонности госпожи Кэтрин Говард уже какое-то время. Меня очень печалит, что никто не посчитал уместным сообщить мне об этом. Предупрежден — значит вооружен, как говорится.
— Мадам, я полагаю, судя по слухам, это просто флирт. Вам не следует обращать внимание на такие вещи, разумеется, и я дискутировал сам с собой, что лучше: избавить вас от боли или причинить ее, рассказав о вещах, которые, вероятно, не имеют значения.
Анна не была уверена в его искренности.
— Мне нужно защищать свои интересы, — возразила она, — и для меня важно знать, что происходит, каким бы тривиальным ни было дело. Мой долг — сохранить альянс, представительницей которого я являюсь.
— Я уверен, это дело тривиальное, мадам, так что не стоит слишком волноваться. Я слышал, этот король часто увлекается женщинами без всяких последствий.
— И что же, никаких последствий не было, когда он положил глаз на Анну Болейн и Джейн Сеймур? Доктор Харст, такое уже случалось прежде и может случиться вновь, если король обратит внимание на другую леди. В каком положении окажусь тогда я? Или мне воспротивиться ему по примеру королевы Екатерины и столкнуться с последствиями?
— Мадам, со всем к вам уважением, но вы раздуваете проблему до невероятных размеров. Я уверен, король скоро пригласит вас вместе с ним поехать в ежегодный летний тур по стране, и эта юная леди будет забыта.
— Он подарил ей земли и украшения. Я видела их вместе. Непохоже, чтобы он скоро забыл ее. Поверьте мне, доктор Харст, эта девушка — угроза мне и Клеве! — Анна была почти вне себя от волнения.
— Жаль, что ваша милость до сих пор не носите ребенка, — выпалил доктор Харст и покраснел. — Простите меня, мне не следовало так говорить.
— Но вы сказали это очень даже к месту, — ответила Анна. — Я молюсь об этом каждый день.
Харст как будто хотел добавить что-то еще, но передумал. Может быть, вспомнил о тех слухах, правдивы ли они? Анна не собиралась просвещать его на этот счет.
— Посмотрим, — сказала она. — Летний объезд страны всего через два месяца. Буду с нетерпением ждать приглашения короля.
Анна не могла заставить себя простить Сюзанну. Она тайком оглядывала своих дам одну за другой, пока они шили, и спрашивала себя: а эта знает?
И вдруг — о чудо из чудес! — перед ней присела в реверансе Кэтрин Говард и попросила разрешения покинуть двор и отправиться домой, к бабушке в Ламбет, на Суррейском берегу Темзы. Анна первым делом подумала, что Генрих становится слишком напористым и Кэтрин бежит от его непрошеных авансов.
— И сколько времени вы намерены провести там?
Голубые глаза Кэтрин наполнились слезами; она даже плакала красиво.
— Я хочу покинуть двор, мадам, — прошептала девушка.
— Почему? Кто-то вас обидел? — не отступалась Анна, думая, что, может быть, Кэтрин хочет скрыться от придирок дяди.
Норфолк был весьма неприятным человеком, с этим не поспоришь. Он едва ли принимал в расчет чувства своей племянницы.
— Нет, мадам. — Кэтрин всхлипнула.
— Но мне казалось, вы здесь счастливы?
— Мадам, я была счастлива.
— Тут замешан молодой человек?
Кэтрин промокнула глаза:
— Нет, мадам. Я нужна бабушке.
Анна сочла крайне удивительным, что дочь Говардов покидает двор, так как нужна дома. Судя по тому, что она слышала, они всегда стремились обеспечить продвижение по службе каждому члену своего жадного до власти и почестей семейства. Что, если бабушка организует брак для внучки и Кэтрин не слишком этому рада? И кто она, Анна, чтобы разрушать замыслы Говардов? Кроме того, может статься, ей самой на руку, если эта девушка уедет домой.
Во время следующей прогулки с Харстом в саду, а они стали регулярными, Анна рассказала послу об отъезде Кэтрин.
— Рад слышать это, мадам. Надеюсь, ваша милость, вы теперь чувствуете себя лучше.
— Пожалуй. Король очень добр ко мне. — В последнее время Генрих ужинал с ней каждый вечер и принес ей два подарка — брошь и книгу. Он не выглядел мужчиной, который горько тоскует по своей любимой. — Думаю, отсутствие госпожи Говард может стать постоянным. Вероятно, на горизонте появился муж.
 
— Ах! — Доктор Харст явно обрадовался.
Но хорошее настроение Анны скоро улетучилось. Позже в тот же день, когда она сидела в своем личном саду, вышивала с дамами и наслаждалась июньским солнцем, леди Рочфорд подняла глаза от своих пяльцев и улыбнулась. Анне всегда была неприятна ее улыбка: она делала эту женщину похожей на лису.
— Трудно поверить, что ваша милость замужем уже почти семь месяцев, — сказала леди Рочфорд.
— Время идет быстро, — ответила Анна, заметив, как дамы переглянулись.
— Мы все хотим, чтобы у вашей милости был ребенок, — вступила в разговор леди Ратленд.
— Конечно хотим, — эхом подхватила леди Рочфорд.
— Я знаю, что ребенка у меня нет, — заявила Анна, чтобы не давать им развивать и дальше эту деликатную тему.
— Откуда ваша милость может знать это? — спросила леди Эдгкумбе.
— Я хорошо знаю, что не ношу ребенка, — отрезала Анна, надеясь таким образом утихомирить дам.
— Каким благом для королевства было бы, если бы герцог Йоркский присоединился к своему брату в детской, — не унималась леди Ратленд. — Это, должно быть, главное желание его величества.
Анна почувствовала, что краснеет. Она знала, какими язвительными могут быть английские дамы. Уж не намекают ли они, что отсутствие беременности — это ее вина?
Леди Эдгкумбе засмеялась:
— Думаю, ваша милость все еще девушка!
Щеки у Анны запылали.
— Клянусь Святой Девой, мадам, я думаю, ваша милость все еще девушка, — ввернула леди Рочфорд.
Это было невыносимо.
— Как я могу быть девушкой и каждую ночь спать с королем?! — сорвалась на крик Анна.
— Спать? Там должно быть кое-что еще, — хихикнула леди Рочфорд, — иначе король с тем же успехом мог бы оставаться в своей спальне.
— Ну разумеется, там есть кое-что еще! — снова огрызнулась Анна; ее слова источали сарказм. — Когда король ложится в постель, он целует меня, берет за руку и говорит: «Доброй ночи, милая», — а утром он целует меня и говорит: «Всего хорошего, дорогая». Этого не достаточно?
Наступила тишина.
Леди Ратленд сглотнула:
— Мадам, должно быть не только это, или нам долго не видать герцога Йоркского, чего так желает все королевство.
Анна пожала плечами:
— С меня довольно того, что я имею, а большего я не знаю.
И пусть считают ее недалекой!
Леди Ратленд надавила на нее:
— Ваша милость не говорили об этом с матушкой Лёве?
Анне надоело, что ее допрашивают.
— Стыдитесь! — воскликнула она. — Я получаю столько внимания его величества, сколько хочу!
После она пожалела о своем признании, что ее брак — сплошное притворство. Дамы начнут сплетничать, а сплетни быстро распространяются при этом дворе. Она молилась, чтобы слухи не дошли до ушей короля.
Вечером в День летнего солнцестояния Анна сидела в спальне и пыталась починить застежку на ожерелье. Сюзанна и Гертруда убирали ее дневную одежду, из открытого окна доносились с Темзы крики лодочников.
Генрих должен был прийти ужинать. За дверью в соседней комнате дамы накрывали на стол. Анна слышала их разговор. Вдруг она насторожилась: было произнесено имя Кэтрин Говард.
— Кажется, король все еще увлечен ею, — раздался голос леди Эдгкумбе. — Я слышала, он часто переезжает через реку в маленькой лодке и навещает ее на виду у всего Лондона.
— А иногда ездит к ней по ночам, — сказала герцогиня Ричмонд.
Анна обмерла.
Сюзанна, которая очень старалась вновь завоевать ее доверие, сочувственно смотрела на свою госпожу:
— Не обращайте внимания, мадам. Это просто злые разговоры. Вам не нужно это слышать.
— Нет, нужно! — вспыхнула Анна. — Вы слишком многое скрывали от меня прежде.