Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Как же ей хотелось в Вулфхолл, к родным! Джейн утешала себя фантазиями, что останется там, когда двор уедет. Но они доберутся туда только через несколько недель.
Из Абингдона переехали в старинный дворец Вудсток и пробыли там некоторое время. Джейн была заинтригована местной легендой о Прекрасной Розамунде. Мать Анны Парр рассказывала ей эту историю, и она передала ее фрейлинам, когда они вместе с королевой дышали воздухом в большом парке, окружавшем дом.
– Прекрасная Розамунда была дамой сердца одного короля, который жил давным-давно, – повествовала Джейн. – Он построил маленький домик, где мог посещать ее втайне от своей злой королевы. Однако королева – кажется, ее звали Элеонора – узнала, где пряталась возлюбленная супруга, поэтому король устроил вокруг домика лабиринт, чтобы она не добралась до Розамунды. Элеонора же была столь коварна, что отыскала путь внутрь, оставив позади нить, чтобы благополучно вернуться. Она убила Розамунду – поднесла ей чашу с отравленным напитком. Король так разозлился, что заточил злую королеву в замке до конца своих дней.
– А все эти каменные кресты воздвиг муж Элеоноры после ее смерти? – спросила Мэри Зуш.
– Это была другая Элеонора, – ответила королева. – Муж очень любил ее и так горевал, что поставил кресты во всех местах, где ее тело отдыхало по пути в Вестминстерское аббатство. Я видела там ее гробницу. – Она задумалась.
Джейн не была уверена, что король станет воздвигать кресты в честь Анны; он уже не так сильно любил ее.
– А тот домик сохранился? – спросила она.
– Не думаю, – ответила Анна Парр.
Они вернулись во дворец и спросили об этом управляющего. Тот тоже не знал, так что дамы отправились на поиски сами и прошли, казалось, не одну милю, прежде чем обнаружили посреди заброшенного сада развалины небольшого каменного дома и монастыря.
– Вот, наверное, это место, – сказала королева.
– Выглядит жутко, – прокомментировала леди Ратленд.
Джейн поежилась. Она тоже почувствовала, будто здесь блуждала тень Розамунды и с плачем взывала к отмщению. Может, ее и правда убили в этом глухом углу.
– Отравление – ужасный способ убийства, – заметила Мэри Норрис.
– Им пользовались женщины, потому что они не такие сильные, как мужчины, – отозвалась леди Болейн.
Джейн украдкой взглянула на королеву. Та рассматривала развалины дома с таким видом, будто представляла себе Розамунду, которая провела здесь много часов в ожидании короля и в страхе быть обнаруженной королевой. Лицо Анны оставалось спокойным. Джейн вспомнила ее угрозы в адрес принцессы Марии. Королева повторяла их не раз, и однажды в ее устах это прозвучало так: «Я могла бы убить вас!» После серии летних казней ненависть Анны к Марии и Екатерине разгорелась еще жарче. Если она уговаривала короля отправить Марию на эшафот, о чем шептались все, чего еще она от него потребует? Не опустится ли до тайных способов избавления от врагов?
«Это не такое уж невероятное допущение, как можно подумать», – рассуждала про себя Джейн, бродя вокруг развалин. Она вспомнила, как Анну обвиняли в попытке отравить епископа Фишера. А он громче многих других осуждал развод короля. Разумеется, были люди, которые хотели заставить его умолкнуть. Джейн посмотрела на королеву, которая шла мимо руин монастыря; ее черная вуаль развевалась на ветру. Да, Анна могла быть безжалостной, если ее спровоцируют; и рассказ о страданиях картезианцев ее совершенно не тронул. Но способна ли она на убийство? Джейн беспокоило то, что она не могла прийти к определенному выводу. Кому дано знать тайны человеческих сердец?
Женщины собрались в заброшенном садике у дома. Никому не хотелось оставаться в этом месте, и Джейн обрадовалась, когда они повернули в сторону дворца.
Из Вудстока перебрались в Лэнгли, а оттуда направились в милый городок Уинчкомб в Глостершире. Сразу за ним находился королевский замок Садели, где Генрих и Анна должны были остановиться на неделю со своими дворами. Всех остальных разместили неподалеку в аббатстве Уинчкомб.
 
Король проводил в аббатстве много времени – совещался с главным секретарем Кромвелем, только что прибывшим из Лондона. Джейн забеспокоилась, услышав, как королева говорила своим дамам, что Кромвель явился для организации проверок всех религиозных учреждений в Уэст-Кантри, на западе королевства.
Хоть мира у нее в душе и не было, Джейн полюбила Садели. Королевские апартаменты здесь состояли из множества великолепных покоев с высокими потолками и окнами, банкетный зал был прекрасен, а сам замок располагался посреди живописной сельской местности. Джейн с удовольствием обследовала сады и внутренние дворы. Но тут Анна объявила, что завтра утром поедет в аббатство Хейлс и все служители двора, дамы и фрейлины должны сопровождать ее.
– Должно быть, это важный визит, – пробормотала Марджери. – Она хочет произвести впечатление.
– Аббатство Хейлс основано на пожертвования королей, – сказала Анна, – и мы увидим там знаменитую реликвию – фиал со святой кровью нашего Спасителя.
Джейн, конечно, слышала об этом, потому что аббатство Хейлс было известным местом паломничества, но сама там не бывала и трепетала от радостного ожидания поездки. Увидеть настоящую кровь Иисуса, пролитую на Голгофе и чудесным образом сохранявшуюся уже много столетий, – это будет чудесно. За прошедшие века фиал стали считать чудотворным и избавляющим от недугов, говорили, что паломники, только увидев его, обретали желанное спасение.
Поездка казалась недолгой – мили три или четыре, – и вот уже вдалеке показался величественный монастырь. Приезда королевы ожидали аббат Стивен и высокий горбоносый священник в грубой черной рясе, которого Анна ласково поприветствовала. За ними стояла группа офицеров с королевскими эмблемами на форме.
Голос из-за спины шепнул на ухо Джейн:
– Высокий – это Хью Латимер, пламенный реформатор. Влияние королевы обеспечило ему епископат в Вустере.
Джейн обернулась и увидела улыбающегося сэра Фрэнсиса Брайана.
– Они оба толстые, как воры, – сказал он. – Хейлс находится в его диоцезе, так что не зря он явился встречать королеву. – Тон Брайана был саркастическим. – А эти черные вороны – люди Кромвеля, присланные искать недостатки в монастырях.
Глаза Джейн расширились.
– Я думала…
– Позже, – буркнул Брайан. – Мы заходим.
Джейн последовала за королевой, слова сэра Фрэнсиса озадачили ее. Неужели они нацелились на благословенное аббатство Хейлс?
Пока аббат Стивен провожал гостей через прекрасно оформленную церковь в изысканно украшенное святилище, где хранилась бесценная Святая кровь, Джейн заметила какое-то напряжение между ним, епископом и королевскими служащими.
Реликвия находилась в центре апсиды, ее окружали пять молелен. В боковом проходе, за веревочным ограждением, у которого стоял монах с деревянным ящиком для денег, собралась в ожидании длинная очередь из паломников.
– Они стекаются сюда каждый день, ваша милость, – сказал Анне аббат. – Мы попросили их подождать, пока вы совершите поклонение в святилище.
Анна огляделась: вокруг мощные колонны, украшенные резьбой стены, под ногами – выложенный плиткой пол.
– Это приносит вам хороший доход, – заметила она.
Аббат Стивен кивнул:
– Мы берем с паломников по восемнадцать пенсов за возможность увидеть Святую кровь. Некоторые, конечно, дают больше. Нам очень повезло, что мы владеем такой чудесной реликвией.
Анна кивнула и обменялась взглядом с епископом Латимером.
– Мы все должны увидеть Святую кровь, – сказала она.
– Подойдите ближе, добрые люди, – обратился епископ к очереди. Аббат открыл было рот, чтобы возразить, но Латимер поднял вверх руку. – Отец, вы, конечно, воздержитесь от взимания своих восемнадцати пенсов на один день, в честь королевы.
Аббат поклонился, возражения отпали.
Люди подошли ближе, пахнуло немытыми телами. Джейн отпихнули за колонну, но ей все было хорошо видно. Она молитвенно сложила руки и благоговейно задержала дыхание, а тем временем пожилой монах, который нес службу около реликвии, раздвинул красные шторы, и за ними открылась инкрустированная драгоценными камнями золоченая ниша, где стоял сосуд в форме шара из зеленого берилла с серебряными накладками. Монах наклонился и открыл его, толпа зрителей издала коллективный вздох. Джейн увидела блеск чего-то красного, густого и тягучего. Она не могла оторвать глаз от сосуда, в котором содержалась кровь Агнца, отданная за нее и за все человечество. Сердце Джейн пело, и душа ликовала. Тело будто воспарило над землей, проникнутое чувством Божественного присутствия и затерявшееся в восторге, какого она никогда еще не испытывала, даже в те давние моменты, когда слышала во сне призывы к религиозной жизни. Может быть, это был призыв и ей стоит к нему прислушаться? Может, таков был Божий промысел и чудо свершилось благодаря Святой крови?