Дела Разбойного Приказа-6королев Тюдора. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

– Эй, есть тут кто живой?!
Тот, кто ел огурец, замер, а потом спросил:
– Живой? – И сам же ответил: – А вот мы сейчас это посмотрим!
Обернулся, и Маркел увидел Гурия Корнеевича. Это был крепкий, широкий в кости и широколицый бородатый человек лет сорока, не меньше.
– А! – громко и насмешливо сказал Гурий Корнеевич. – Вот ты какой, Маркел! Да я тебя соплёй перешибу!
И встал со скамьи, лягнул её ногой, она упала. Гурий Корнеевич был высок ростом, на полголовы выше Маркела. Маркел облизнулся. Гурий Корнеевич, разгневавшись, воскликнул:
– Ты что, кот помойный, нажрался чужой сметаны, а за свои дела ответ не держишь?
– Как это не держу?! – сказал Маркел. – Я к себе в дом пришёл, а ты кто такой? Кто тебя звал сюда?!
Гурий Корнеевич аж задохнулся от гнева и оглянулся на дверь. Дверь была распахнута. Через дверь и дальше через сени был виден двор, во дворе было полно народу…
И Гурий Корнеевич смолчал. Только сказал:
– Ладно. Чего зря языком чесать? Пора и дело делать.
С этими словами он выхватил из ножен саблю и замахнулся ею. Эх, тут же подумал Маркел, вот бы где сейчас царёва сабля пригодилась, да только чего уже теперь – и вытряхнул нож из рукава.
– А! – закричал Гурий Корнеевич. – Знаем мы эти разбойничьи замашки! Сейчас будешь в меня ножи метать!
– Нет! – с гневом вскричал Маркел. – Я тебя и так зарежу!
И, пригнувшись, кинулся вперёд. Гурий Корнеевич едва успел отпрыгнуть – и рубанул сверху. Маркел упал на пол, откатился и опять вскочил, опять кинулся вперёд. Гурий Корнеевич ещё раз рубанул, попал в столешницу. Маркел проскочил у него под рукой, забежал сзади, замахнулся и уже почти ударил…
Как в горницу вбежал Мартын Оглобля, князев дворский, и дико, гневно заорал:
– Вы что это затеяли, скоты?! Благодетеля вашего позорите? А ну бросайте это дело! И тебе, Маркелка, как не стыдно, тебя боярин ждёт, а ты тут людей убиваешь?! А ты, Гурка, славный воин, где ты с утра так набрался?! Тебя разве для этого из плена выкупали?!
– Я… – начал было Гурий Корнеевич…
Но Мартын замахал на него руками, и Гурий Корнеевич замолчал. Мартын, повернувшись к Маркелу, продолжил:
– Чего зенками сверкаешь?! А ну иди к боярину! Боярин тебя ждёт в Приказе, гневается!
И что тут было делать? Маркел злобно вздохнул, сунул нож в рукав и вышел в дверь.
Во дворе было полно народу, и теперь все смотрели на Маркела, когда он сперва шёл через толпу, а после заворачивал за угол.
И после, когда он шёл по Кремлю, ему казалось, что все смотрят только на него – и усмехаются. Ух, как его тогда трясло и как подмывало достать нож!..
Но не достал, Бог миловал. Подошёл к Приказу, встал перед крыльцом, три раза прочёл Отче наш – и только тогда отпустило, он стёр пот со лба и стал подниматься по ступеням.
  
ГЛАВА 63
 
Когда Маркел вошёл к князю Семёну, тот сидел на лавке и что-то тихо говорил, а рядом с ним, сбоку, стоял Стёпка, подьячий, и слушал его. Увидев Маркела, князь Семён замолчал, кивнул, и Стёпка вышел. Маркел снял шапку и поклонился великим обычаем, то есть до самого пола.
– Ладно, ладно, – сказал князь Семён. – Так и другие могут. А что ты с собой принёс? Отчего вдруг с пустыми руками?
– Я не с пустыми, – ответил Маркел, полез за пазуху, достал сеунч и, подступив, подал его.
Князь Семён повертел сеунч так и сяк, и недовольным голосом спросил:
– Что это?
– Сеунч государю царю и великому князю, – ответил Маркел. – От воеводы Сукина с известием о взятии Чинги-Туры, первопрестольной столицы сибирской.
– Так её ещё при Ермаке сожгли! – сердито сказал князь Семён. – Тоже мне известие! А что Кашлык? Взяли его?
– До Кашлыка ещё не дошли.
– А где Кучум?!
Маркел молчал. Князь Семён, ещё раз осмотрев сеунч, спросил:
– Отчего он такой весь изжёванный? И где печати?
– Издалека несли! – сказал Маркел. – В реках тонули…
Князь хмыкнул, развернул сеунч, начал читать и, ещё сильней поморщившись, сказал:
– Да тут ничего не видно! Тут даже титла царского не разобрать! Как такое государю показывать?
 
Маркел тяжело вздохнул и подумал, что зря он на сеунч надеялся, не отвертят ему камки ни аршина. Да и ладно! Лишь бы только голову не отвертели.
А князь Семён сердито продолжал:
– Ты меня с толку не сбивай, Маркелка! Я тебя зачем в Сибирь послал? За сеунчем или как? Где царёвы сабля с пансырем?!
– Ну, это… – опять начал Маркел. – Отыскал я их, саблю и пансырь. На татарском тайном мольбище. И сабля там вот так низко висела, я её сразу взял, а пансырь, он был высоко, на болвана надет, болван высоченный, я не дотянулся…
– И что? – строго спросил князь Семён. – Взял? Не взял?
– Пансырь не взял, – сказал Маркел. – А саблю взял! И побежал, и выскочил! И в лодку! И поплыл! И мимо Кашлыка проплыл! И, вижу, плывут мне навстречу наши на стругах! Я к нашим! К воеводе Сукину Василию Борисовичу. Так, мол, и так, говорю, воевода… И Сукин взял саблю себе, потому что, он сказал, если ему надо идти брать Сибирское царство, то ему без этой сабли ну никак…
– А! – гневно вскричал князь Семён. – Опять этот Сукин! Какое ему дело до царёвой сабли?! Пускай Кашлык берёт, пускай Кучума замиряет! А сабля ему для чего?! У него что, своей сабли нет?!
– Так эта сабля, он сказал, особенная. У них же в Сибири такая примета: у кого эта сабля, тот всей Сибирью и владеет.
Князь Семён нахмурился, подумал… И засмеялся, и сказал:
– Ну, правильно! А кто Сибирью владеет? Государь царь великий князь! Вот у кого должна быть Ермакова сабля! И я тебя за ней и посылал! А ты её Сукину отдал! У тебя Сукин выше царя получается! Ничего тебе доверить нельзя! Из трёх вещиц только одна нашлась, шуба, и то потому что не ты её искал!
– А где она нашлась? – спросил Маркел.
– Да здесь, в Москве, – нехотя ответил князь Семён. – Но это уже не твоего ума дело. Искать надо уметь! Рассказывай дальше.
– Так я уже всё рассказал, – осторожно ответил Маркел.
– Да? – удивился князь Семён. – А как мне кажется, ты только ещё начинаешь рассказывать. Или тебя к Сидору свести, чтоб вспомнилось?!
Маркел вздохнул и сказал:
– Помилуй, государь боярин. Не досмотрел я. Не додумал. Сукин как стал кричать, я оробел и отдал саблю. А он мне вместо неё дал сеунч.
– Ловок твой Сукин, ничего не скажешь! – сказал князь Семён. – Ну да это не беда, вернётся, сам за всё своё ответит. А ты пока что ответь за себя. Значит, говоришь, саблю добыл на их тайном мольбище? А как туда попал?
– Своим умом, – уклончиво ответил Маркел.
– И дальше убегал своим умом? И набежал на Сукина? Так было?
– Так. На реке Тобол. В пяти днях пути от Кашлыка, – сказал Маркел. Потом прибавил: – Семь сотен войска. На стругах. Войско на вид сытое, зелейного запасу много.
Князь Семён хмыкнул, задумался. Потом сказал:
– Ладно, давай с самого начала. Рассказывай, как ты с ним снюхался. Вот ты бежишь… Так было? Да?
Маркел ответил, что да. И стал рассказывать, как он очнулся в шалаше, как стрелец Иван наливал ему водки, как они после пришли в шатёр, как Сукин там на подушках лежал… И так далее. То есть очень подробно рассказывал, князь Семён слушал внимательно и только иногда перебивал, чтобы что-то уточнить. Долго Маркел рассказывал, аж во рту всё пересохло. И князь Семён тоже устал, кликнул Стёпку, тот сбегал и принёс перекусить. Князь Семён начал перекусывать, Маркел сбился, замолчал. Князь Семён сказал, что про Сукина хватит, теперь пусть Маркел расскажет про саблю, и тоже так же подробно. Маркел облизнулся и начал с того, что он в Лабутинском городке, у атамана Шуянина, встретил бухарского купца…
– Про купца, – сказал князь Семён, – пока не надо. Про саблю давай.
Тогда Маркел начал рассказывать про мурзу Бикеша и про огненные столбы на небе, про пустую Ермакову могилу, про байку Бикеша про то, будто Ермак, уже убитый, три дня плыл по реке, а в руке у него была сабля… Ну и так далее. Князь Семён отставил миску и заслушался. А Маркел рассказывал, рассказывал! Что называется, увлёкся. А время шло себе и шло, Маркел рассказывал, князь Семён слушал, иногда перебивал и снова слушал…