Ведьмы Алистера (СИ)

— Ничегошеньки, — подтвердила она. — Магический след затмевает всё. Единственное, что я худо-бедно могу разглядеть — это ты и Рози. В вас магии нет совсем.
— Приятно слышать, — охотно кивнул Коул. — Если что, я сказал им, что наша фамилия Томсон. Подумал, что твою светить не стоит. Особенно после этой каннибалки Брунгильды. Странная она какая-то: вроде смотришь на неё, и кажется, что она молодая и красивая, а стоит моргнуть, как будто проскакивает какая-то другая женщина на её месте.
— Скорее всего, чары, — пожала плечами Марта. Других объяснений у неё всё равно не было. — Что ещё можешь рассказать?
— Городок не маленький, да и людей тут много. Когда нас вели к Рози, я даже увидел нечто похожее на школу. И если все эти люди колдуны и ведьмы, то у нас проблемы.
— Не все, — категорично заявила Марта. — Рози точно не ведьма, а, значит, тут живут и обычные люди.
— Даже не знаю, радоваться мне этому факту или огорчаться, — цинично протянул Коул. И Марта как наяву представила его затягивающимся в этот момент и выпускающим дым. И да, его сигареты должны были пахнуть просто омерзительно. — Кто в здравом уме будет жить с ведьмами, да к тому же ещё и в городе ведьм?
Марте показалось, что его вопрос не относился ни к кому конкретному, он словно спрашивал сам себя — и ответ, наверное, хотел получить тоже от себя. Вот только её буквально распирало от желания пролить свет на истину. Так сказать, сорвать шоры с его глаз.
— У ведьм рождаются и обычные дети, не способные колдовать. Как и у обычных людей могут родиться дети с магическими способностями, если в их роду когда-либо были люди с магией в крови.
— Так то, что ты ведьма, а твоя сестра — нет… Такое действительно возможно?
Марта решила придержать при себе мысль о том, что все её знакомые ведьмы считали, что у Мегги есть способности, и уклончиво ответила:
— Не исключено.
— Да уж… Знаешь, я наводил о тебе справки, — протянул Коул. — Искал всё, копал под тебя. Ты ведь была моим заданием, а я должен был найти ведьму сам. Найти и убить. В итоге я провалился, но суть не в этом…
— А в чём? — спросила Марта, поёжившись.
— В среде охотников никто не знал, что у ведьм могут рождаться обычные люди. Точнее, мне об этом не говорили… Вот теперь я и думаю, сколько из тех, кого мы зачистили, не имели магических… как ты сказала… способностей?
Марта пожала плечами:
— Без понятия.
— Да уж, Марта Эйприл Рудбриг, как мало ты знаешь о мире! — театрально воскликнул Коул. — Кстати, а почему именно Марта Эйприл? Странное сочетание, тебе так не кажется?
— Бабушка настаивала на Марте, а мама — на Эйприл, — отстранённо произнесла девушка. — Так и появилась Марта Эйприл Рудбриг. Только меня никто и никогда так не называл.
Коул рассмеялся. Звучно так, с присвистом. И вдруг, хлопнув в ладоши, воскликнул:
— О, знаешь, было бы забавно, если бы твой отец настаивал на Мей. Тогда ты была бы Марта Эйприл Мей Рудбриг. Так сказать, весенняя девочка!
— Забавный каламбур, — недовольно скривив губы, буркнула Марта. — На уровне первого класса.
— Что, тебе такое уже говорили?
— Ага, — только и смогла выдавить девушка.
— Чёрт, а я думал, что вышло остроумно. Кстати, а у Мегги есть второе имя? Я её и не искал же особо.
— Мегги — это прозвище. Её полное имя — Магдалина.
— Ух ты! — присвистнул Коул. — Я смотрю, у вас в семье пунктик на вычурные имена. Бабуля настояла?
— Кто ж ещё? Собственно, поэтому и Мегги. Сложно отчитывать маленького обделавшегося младенца и укоризненно произносить «Магдалина». Сам понимаешь, есть такие имена, которые просто не ассоциируются с человеком. Меня полным именем в последний раз называли, когда в школе на какой-то конференции награждали. И даже тогда мне было дико слышать этот довесок к имени.
— Ну не знаю, — протянул Коул. — Как по мне, «Магдалина» очень подходит твоей сестре.
Марта лишь пожала плечами. Для неё Мегги была просто её Мегги, и она не могла судить, что ей подходило, а что нет.
— Кстати, не хочешь принять душ? Тут есть отличная старая медная ванна, я такие только в музее видел…
 
— Не знала, что ты любитель истории, — вторила ему Марта.
— Я-то? Да ни в жизнь! — не без иронии ответил Коул. — Вы же с Кеторин уверены, что я тупой, как пробка, — Марте показалось или в его словах чувствовалась обида? — Я про эту ванну-то почему помню: прятался за ней в одном треклятом музее.
— Прятался?
— Да. Пас сестру на её первом свидании.
— Вау, — только и смогла ответить Марта. — А ты не боишься, что ванна заговорена, и у тебя потом появится проказа?
Судорожный вздох и последовавшая за ним немая пауза рассмешили Марту.
— Такое возможно?
— Наверное, нет, — пожала плечами Марта. — Я просто предположила.
— Для простого предположения твой тон был слишком уверенным.
— Да господи, иди мойся. Если что, сниму я с тебя это проклятие, — Марта не стала говорить, что она без понятия, как снимать или накладывать проклятия.
— А вот теперь твой голос не такой уж и уверенный! Даже не знаю, как поступить…
Марта нащупала за своей спиной подушку и швырнула её в силуэт Коула.
— Ауч! Ты же сказала, что ни черта не видишь! — возмутился мужчина, театрально потирая ушибленную руку.
— А я и не вижу!
Коул поднялся с кровати и пошёл в неизвестном Марте направлении.
— Вот и связывайся с ведьмами. Везде один обман, — причитал он себе под нос.
Сдерживая улыбку, Марта следила за силуэтом охотника.
— Знаешь, мне начинает казаться, что ты ошибся с профессией. Тебе нужно было идти в театральное. Играл бы сейчас какого-нибудь умалишённого, а не сидел бы с ведьмой в плену.
— Были такие мыслишки. Даже ходил на несколько занятий. Они так и назывались: «Как общаться с ведьмами. Курс для чайников».
— Шутишь?
— Конечно, — парень склонился над чем-то, и по тому, как двигался его силуэт, Марта поняла, что он перебирает содержимое сумки. — Курсы назывались «Основы актёрского мастерства», и меня выгнали с первого занятия за неподобающее поведение.
— Пытался убить лектора? — предположила Марта.
Коул коротко хохотнул.
— Знаешь, то, что я не смог управиться с тобой, ещё не значит, что я совсем уж неумеха. Кстати, я тут вспомнил: где твой отец учился драться? По нему и не скажешь, но у него сильный удар. Я, конечно, был слегка не в себе… Но представляешь, какой это удар по самолюбию? Меня уложил офисный клерк! И как уложил!
Марта слушала Коула с отвисшей челюстью.
— Насколько я знаю, он нигде никогда не занимался. Даже на школьные спортивные фестивали отказывался ходить.
— Похоже, ты очень плохо его знаешь.
— Похоже, — неуверенно пробормотала Марта.
Она прикрыла глаза, пытаясь представить своего отца в бою. Вот только никак не получалось. Перед её мысленным взором отца раз за разом укладывали на лопатки. Да уж, сложно представить, когда не знаешь, что представлять.
— Март, слушай, а откуда в наших вещах взялся этот голубой мешочек? Его не было, когда я перебирал их в последний раз. Ты положила?
— Какой мешочек? — растерянно взглянула на Коула Марта.
— Такой голубой с вышивкой в виде листов то ли папоротника, то ли ещё чего подобного, — в описаниях Коул был не силен, но это не меняло того факта, что Марта впервые слышала об этом мешочке.
— Не я…
— Хм… в нём пара солнцезащитных очков и какие-то склянки.
— Ты его открыл? — изумилась Марта. — А если бы в нём было проклятие?
— Ты меня со своими проклятиями уже достала! Тебя послушать, так везде проклятия! Нет тут никаких злобных чар, со мной всё в порядке. О, карточка какая-то, — Коул задумчиво замолчал, а затем вслух начал читать, судя по всему, содержимое найденной карточки: — «Очки для твоих глаз, притушат яркость солнца. Не забывай принимать лекарства. С любовью, твоя К». Хм… К — это Кеторин?
Кажется, в комнате резко стало меньше воздуха? Или же Марта начала задыхаться от собственной злобы?