Проблемы с проклятым (ЛП)

Через пять минут я окажусь в тяжелом положении. Я могу пойти в ОВ со своими чарами и заклятиями. Я не останусь беспомощной. Не в этот раз.
Дойл нахмурился, и мою ауру закололо, когда ведьмы напряглись. Я почувствовала, как они вытягивают энергию из лей-линий, готовые направить ее в нужное русло. Я только что собрала свою церковь воедино, и теперь я собиралась разнести ее в пух и прах, потому что, как ни крути, в аду жарко, я не собиралась позволять этому случиться.
— Сэр? — Пожилой агент с серебристым ирокезом беспокойно заерзал. — Никто из свидетелей не видел, как Морган садилась в машину и уезжала. Она исчезла. Морган не может перемещаться, если она не находится в лей-линии. Кроме того, ее машина холодная. Я проверил.
— Прошу прощения?! — рявкнул Дойл, его глаза сверкнули черным зрачком, когда он практически пригвоздил офицера ОВ к полу своим пристальным взглядом. — Разве я спрашивал твое мнение, Устис? Что-то навело тебя на мысль, что мы — команда? Что мы работаем над этим вместе?
— Он прав, — сказала я, когда Устис сжал челюсти. — Я не умею прыгать по линиям. И поскольку у вас нет никого, кроме меня, кто хотел бы отправиться в безвременье и выяснить, все ли с ними в порядке, я предлагаю тебе снять наручники и позволить мне надеть обувь, чтобы я могла помочь выяснить, где они, потому что, насколько я помню, мы — команда. Дойл. Нравится тебе это или нет.
Губы Дойла изогнулись, обнажив острые клыки.
— Я на тебя не работаю.
— А я не забирала этих студентов в безвременье, — возразила я. — Ты это знаешь. Но я, возможно, единственная, кто может вернуть их обратно, не допустив, чтобы это переросло в межпространственный инцидент.
Дженкс метнулся ближе, держа руку на рукояти садового меча. Пайк тоже подкрался ко мне, его угроза стала более очевидной, поскольку он использовал настоящий нож для разделки свиней в качестве маникюрного инструмента для чистки под ногтями. Запах уверенного в себе вампира начал щекотать мой скрытый шрам, и я затаила дыхание, когда волна жара, вызванного феромонами, пробежала по мне прямо к паху.
— Дай мне одеться, — сказала я тихо. — Я не позволю, чтобы меня выводили отсюда в наручниках, когда на моем пороге журналисты.
Я отошла от Пайка не только для того, чтобы найти свои ботинки, но и для того, чтобы избавиться от восхитительного запаха озлобленного вампира.
— Дженкс, мне нужно, чтобы ты сделал пару звонков, — сказала я, уставившись на Дойла. Он стоял между мной и лестницей. — Дойл, отойди. Моя одежда наверху.
— Устис, иди с ней, — коротко сказал он, указывая на агента, который ранее заговорил, и высокий мужчина побледнел. — Если она сбежит, это твоя проблема.
Я оглядела Устис с ног до головы.
— Сюда. — Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы, проходя мимо Дойла, не толкнуть его плечом, попутно я схватила со стола сумку. — Пайк, составь Дойлу компанию, ладно? Дженкс, пошли со мной, — бросила я через плечо, покачивая бедрами, и направилась в прихожую. Конечно, я выглядела уверенной, но мне нужно было выйти из комнаты, пока Дойл не понял, насколько я расстроена.
Ходин притворялся мной. Он был там, притворяясь Вивиан, когда Дали сделал ему предложение, а теперь Ходин продал моих учеников, чтобы получить доступ к хранилищу. К счастью для меня, как и для всего Коллектива, его доступ зависел от знания моего пароля, но ущерб, который он мог нанести — и наносил, — притворяясь мной, был немыслим. У меня было совсем мало время для действий, прежде чем меня схватят, лишив чар. Моя встреча с Финнисом должна была состояться только сегодня вечером, но у меня было мало времени. Сейчас или никогда. Дойл доставит меня в ОВ, а оттуда я найду Финниса.
Я ускорилась, шагая по узкой темной лестнице. Позади меня раздался тихий голос Пайка, который начал объяснять Дойлу, кто из вампиров самый крутой в этой комнате. У Дойла был значок, но Пайк был наследником, а это самое близкое к тому, что может сделать живой вампир, не нуждаясь при этом в дыхании. Устис был пугающе близок. Мне это не нравилось, хотя он и вступился за меня. Если Дойл попросил его, тот должен был быть специалистом по привлечению пользователей темной магии, но даже в моей церкви я была в невыгодном положении. У него была лицензия на незаконные занятия магией, чтобы поддерживать закон. У меня нет.
  
— Ты скажешь Тренту, где я и почему? — спросила я Дженкса, на ощупь поднимаясь по темной лестнице, а пикси перелетал вверх-вниз, и его пыльца освещала мне путь.
— Конечно, но я иду с тобой, — сказал Дженкс, глядя на Устиса, а не на меня, и я осторожно кивнула, еще не готовая вступить в эту битву.
Я распахнула дверь в комнату, поморщившись при виде беспорядка.
— Черт возьми, все мои заколки для волос остались внизу, — сказала я, направляясь прямиком к туалетному столику, бросая на него сумку и начиная разбирать ее. День обещал быть паршивым. Я уже могла это сказать.
— Я понял, — сказал Дженкс, бросаясь мне за спину, и меня пронзило знакомое ощущение, когда он раздвигал мои волосы. — Черт возьми, девочка, — добавил он, когда мой компаньон осторожно остановился на пороге. — Я никогда не заплету их в косу, не припудрив. Гетти? Ты умеешь заплетать волосы сумасшедшим? Мне бы не помешала твоя помощь.
Я посмотрела сквозь густую, антистатичную пыльцу Дженкса, проследив за его взглядом до полки Биса, где Гетти смотрела на нас, а рядом с ней стояла бутылка, в которой хранилась душа горгульи.
— Заплести это? — в ужасе спросила она. — Тут нужно нечто большее, чем просто пыльца. Для этого нужно средство. — Она подпрыгнула, юбки взметнулись, и она чуть не упала на комод, прихватив с собой колчан со стрелами.
Устис наблюдал за моей жизнью, и, стиснув зубы, я демонстративно положила в сумку свой пистолет, а затем и запасной магазин с патронами. Их конфискуют, если Дойл проведет меня через главный вход, но до тех пор я могла ими пользоваться. Финнис был в шаге от захвата города, и я должна была сделать это сейчас.
— Рейч, перестань двигаться, — пожаловался Дженкс, продолжая работать. — Они сопротивляются.
Стараясь не шевелиться, я достала из ящика стола пару неактивированных обезболивающих амулетов и бросила их в сумку, убедившись, что Устис видит нанесенный на них медицинский код.
— Зачем Ходину рисковать тем, что Дали может догадаться, что это он? — спросил Дженкс, поднимаясь, пока я не увидела его отражение, умело переплетающее пряди моих волос с пробором. — Слишком много «если» для доступа в хранилище, особенно после того, как ты его однажды разоблачила.
— Он идет ва-банк, — сказала я. — Он отдает Дали моих учеников, получает доступ к хранилищу и доставляет меня в ОВ за торговлю людьми. Беспроигрышный вариант. — Должна ли я взять с собой эту палочку?
— Боже мой. Ты действительно продала своих учеников? — спросил Устис, и я подняла взгляд, заставив Дженкса вздохнуть, когда я потянула волосы.
— Я этого не делала, — сказала я, уязвленная тем, что он подумал, будто я могу это сделать, а затем вернулась к поиску среди своих безделушек чего-нибудь уникального, с чем можно было бы связать проклятие, вызывающее сбои в памяти. Трент хотел что-нибудь редкое, например, драгоценный камень, но я склонялась к чему-то более приземленному. Огрызок карандаша, нет. Сломанная серьга, нет. Жемчужина, определенно, нет. Нахмурившись, я бросила в сумку любимую фигурку Ши-Ра. Сейчас в мире их может быть около… десяти.
— Дали дал Ходину доступ к хранилищу? — спросил Дженкс, и Гетти нахмурилась, уперев руки в бока, наблюдая за его работой. — И как, во имя маленького розового фаллоимитатора Тинки, мы теперь должны его победить?
— Неполный доступ. — Я сунула амулет зоны-без-магии в карман, где он неприятно расместился. — Ему нужен мой пароль. — Одна из книг Тритон лежала на кушетке, и я вздрогнула, когда поняла, что Устис уставился на нее, явно зная, что она написано демоном.
Крылья Гетти дрогнули.
— Ты делаешь неправильно, — наконец взволнованно сказала она. — Сначала нужно проплести основную прядь вот так. Она захватывает больше прядей и не так легко распадается.