Непокорная

Взглянув на своего бывшего, я очередной раз убедилась, что он – безумен. Майлз расставил руки, ожидая момента истины. Его лицо казалось блаженным и покорным. Пока я смотрела на него, мои губы изогнулись в темной, но грустной улыбке.
Он никогда не станет прежним. Это – конец.
Я набрала в легкие больше раскаленного воздуха и выпустила его через рот, ощущая прилив ужаса. Ярость сражения трепетом пробежала по коже, заставляя ноги дрожать от гнева.
– Ты правда думаешь, что для проведения ритуала нужно всего немного нашей крови? – Я приподнялась, остановившись в паре шагах от него. – Нас убьют, и вместо Дворов подарят тебе вечную тьму.
– Нет. Мы будем вершить историю, Руби.
Боевой клич фейри смешался в смачном звуке клинков и тихого всхлипа Майлза: я окаменела, увидев в его груди кончик меча. Лезвие выглянуло со стороны сердца, а после направилось выше – к ключицам. Кровь стремительно заструилась по одежде, стекая на символы, и, кажется, в этот момент Майлз осознал свою колоссальную ошибку. Его глаза налились слезами, губы что-то неотчетливо шептали, пока он не упал плашмя, открыв обзор на фейри. Я сделала шаг назад, когда фейри вынул меч, обратив томный взгляд на меня.
– Теперь Зимняя, – усмехнулся он и переступил через труп Майлза, чтобы направиться ко мне.
Дэйсон добивал последних фейри, когда «палач» замахнулся на меня. Я успела отпрыгнуть в сторону, прежде чем лезвие коснулось бы моего плеча. Адреналин, забурливший в крови, подначил меня выпрямиться и следить за каждым ударом фейри.
Нужно потянуть время, чтобы дождаться Дэйсона.
Одна я не справлюсь без оружия.
Каждый раз, как фейри пытался пронзить меня, его ждала неудача, поскольку я ловко обходила удары и блистательно маневрировала. Моя удача длилась до тех пор, пока я не запнулась о корень. Дежавю первого проигравшего боя с Зимним всплыло в голове: в тот день я гналась за фейри по старой фабрике и так же свалилась. Он бы убил меня, если бы не Майя.
Я тяжело дышала, оказавшись на земле. Гнет проигрыша уже сковал мое тело липкими узлами.
– Попалась, – ехидно прошептал он и в ту же секунду отправил лезвие в землю, предугадав мои дальнейшие действия.
Перекатившись влево, я ощутила адский раскат боли в области груди. Фейри надавил на лезвие, запуская его ниже – к животу, и тогда я завизжала еще громче, не в силах подняться. Парализующая боль заполнила все внутри без остатка – от кончиков пальцев ног до макушки головы. Я не могла даже вдохнуть, ощущая в себе обсидиановое лезвие меча, отравляющее кровь. Мои широко открытые глаза были устремлены в мрачный небосвод, когда голова непроизвольно запрокинулась. Все кружилось, в ушах стоял странный звон, такой громкий , что я переставала слышать собственный крик. В эту секунду вся жизнь пронеслась перед глазами, и я поняла, что видят люди перед смертью после удушающей боли. Вот Джордж укладывает меня спать, поцеловав в лобик, а здесь Майлз обнимает меня и приносит кофе в постель. После них появляется Майя, готовая прыгнуть со мной в огонь и в воду: мы с ней обсуждаем парней и смеемся. Вскоре появляется Дэйсон, который дарит мне шоколадный батончик и приглашает на танец. Его горячие руки ложатся на мою талию, и мы танцуем. Затем наступает тьма, заволакивающее все воспоминания…
– Руби! Нет!
Внезапно я ощутила, что лезвие покинуло живот, и меня грубо бросили на землю. Маленькая крупица надежды, бьющаяся за жизнь, велела не сдаваться и сделать что-то, чтобы не утонуть во тьме целиком.
Если я усну – больше никогда не проснусь.
«Открой глаза, Руби», – голос внутри меня, похожий на голос Джорджа, прозвучал с особой силой.
И я распахнула веки, почувствовав холодную землю под боком. Мои глаза тотчас нашли мертвого Майлза, рядом с которым я лежала. Наша рубиновая кровь медленно соединялась и растекалась по рунам по клеенке. В отличие от него, меня ранили не так глубоко, но все же я ощущала, что с каждым вдохом становлюсь все ближе к смерти. Мне требовалось исцеление.
– Руби! – Я услышала надрывной голос Дэйсона и кое-как обернулась, перекатившись на спину. – Держись! Я сейчас!
 
Хватаясь за раненный бок, Охотник обратил свое внимание на рыжего фейри – единственного выжившего, затем кинулся в атаку. Мне показалось, что удары Дэйсона стали резче и решительнее, а когда фейри попятился назад, потеряв равновесие из-за неровностей земли, он рассек его. Сабля прошла сквозь мерзавца, располовинив его так просто, словно он был подтаявшим куском масла. Искаженное лицо Зимнего еще двигалось, и глаза округлились в ужасе, когда Дэйсон замахнулся в последний раз, чтобы отсечь его голову. Тело фейри упало около ног Дарви, забрызгав его лицо синей кровью и словно отрезвив. Я впервые увидела Дэйсона напуганным: отбросив саблю, он помчался ко мне и упал на колени.
– Руби, ты меня слышишь?! Руби!
– Возьми немного крови Майлза, – прошептала я, ощущая, как все перед глазами снова начало темнеть. – Моя рана…Должно сработать…
– Понял. Сейчас!
Дэйсон повернулся к трупу Майлза, когда обнаружил, что руны стали впитывать нашу кровь. Чертыхнувшись, он сжал губы в тонкую полоску и сунул руку в глубокую дыру в груди Майлза. Меня бы вырвало от такого зрелища, будь я немного здоровее. Отвернувшись, я смирно ждала, пока он зачерпнет кровь и вольет в мою рану.
– Есть! – Дэйсон нагнулся, чтобы убедиться, что я все еще с ним. – Держись, Руби!
Я ощутила шипящую боль, когда он поднес руки к моему животу. Нити адреналина и приятного тепла разлились по телу, ведь кровь Майлза смешалась с моей. Я точно не знала, сработает ли исцеление кровью потомка на меня, но все сомнения тотчас отпали, поскольку прилив энергии заставил приподняться. Смотря в радостные глаза Дэйсона, я машинально ощупала себя и обнаружила на животе неглубокую рану, из которой все еще сочилась кровь. Сейчас ее было гораздо меньше, и, по крайней мере, я могла свободно дышать и двигаться.
Еще какое-то время мы с Дэйсоном смотрели друг на друга, пока меня не озарило жуткое осознание.
– Нужно убираться! Кровь! – бросила я и указала на багровый ручеек, заполнивший большинство символов. Дэйсон выругался, подхватив меня под мышки. Из-за моей раны мы потеряли бдительность и, наверное, я пролежала на земле довольно долго, чтобы кровь растеклась по символам.
Черт!
Едкий свет, внезапно ударивший по глазам в центре пентаграммы, заставил нас прищуриться. Выхаркивая кровь, мы заметили, как знаки загорелись зловещим изумрудным пламенем. Искры затрещали и шипели, разрастаясь по диаметру круга. Дэйсон выругался, подхватил меня на руки, но было слишком поздно: ударная волна прошла по символам, отбросив нас в кусты шиповника. Колючки впились в мое бедро, однако эта боль была никчемной по сравнению с той, что я испытывала от раны. Кровь все еще вытекала из живота, не собираясь останавливаться. Я знала, что моя привилегия в лице потомка поможет ране затянуться быстрее, но на это нужно немного времени.
Ослепительная ядовито-зеленая вспышка осветила лес, и над землей воспарила энергетическая сфера, похожая на дьявольское солнце. Приподнявшись, мы с Дэйсоном смотрели, как она разрастается и приобретает фиолетовые оттенки.
– Портал, – выдохнул напарник, оторвав от плаща небольшой лоскут. Быстрыми движениями он перевязал мое ранение и помог встать на ноги. Я пошатнулась, но вовремя впилась пальцами в его плечо, чтобы не упасть. – Мы опоздали, Руби. Уходим.
– Нет, – я отпрянула от его рук, ощущая, как ткани медленно затягиваются. – Мы не должны допустить, чтобы Король и Королева вышли.
– Предлагаешь убить их? Это невозможно: нас раздавят как букашек. Мы должны убираться.
Я помялась на месте, ощущая мощь портала. Рябые волны щекотали мои волосы и вызывали легкую дрожь. Сфера разрасталась до тех пор, пока не достигла размера в один этаж. Это означало только одно – портал достиг своего максимума.
– Дэйсон… – Я посмотрела на Охотника. Наверное, в моих глазах проскользнула вся боль, накопившаяся за последнее время, ведь он сочувственно нахмурился. Если я буду придерживаться его совета, то не прощу себя за беспомощность. За все, что натворила. – Я должна сделать это. Ради Джорджа.