Золотая для троих (СИ)

Дракон не ответил, только пальцами забрался в мои растрепанные волосы и мягко, с горечью, прижался губами к моему лбу, целуя и закрывая глаза.
– Я так рад, что ты жива, – прошептал, не смея отойти. – Я бы не пережил, если бы с тобой, что-то случилось.
– Со мной все в порядке, только немного устала. Нам нужно найти Марисоль, боюсь она будет очень напугана, очнувшись в закрытом ящике.
Дракон еще полминуты терся об меня носом, царапая колючим подбородком, но я ждала. Ему нужно было это, его только что предали, едва не лишили семьи и опустившиеся ему на плечи ладони моих мужей были как раз кстати.
– Мы с тобой, брат, – тихо, но уверено сказал Эдгар, единственный, в чей семье не нашлось предателей.
И я зауважала его бабушку еще больше. Она не мало сил вложила в то, чтобы стая оставалась стаей, крепкой и нерушимой, и сейчас пожинала плоды своих трудов.
– Мы тоже твоя семья, – поддержал его Ноар, но и в нем я чувствовала болезненную грусть.
Родная мать хотела перечеркнуть его жизнь своими амбициями и желаниями.
Я боялась, что в одном Арсан все же был прав.
Случись со мной что угодно, пропади я, покалечься – мужья навряд ли бы смогли решить это мирным путем. Плюс совет, в котором были как минимум двое согласных с Талиссой и Арсаном, они бы подлили масла в огонь, разжигая такую войну, в которой живым бы уйти не смог никто. Но план куда изощрённее.
Я поняла это уже позже, тогда, когда вынимали из сундука в правом крыле заплаканную и напуганной Марисоль, бросившуюся мне на плечи с объятиями. Она обнимала меня и плакала, шепча о том, что не знала, не догадывалась и не могла поверить, что ее брат мог так поступить.
Талиссу увели, как и всех, в кандалах. Как преступницу и предательницу, а не гордую представительницу расы дроу. Она едва стояла на ногах и пошатывалась с каждым новым шагом, но стоило нам поравняться, женщина подняла на меня глаза и мучительно всхлипнула:
– Дай мне шанс, девочка. Дай мне шанс.
Я не ответила. Не знала что, да и зачем, если сейчас я мало что понимала, начиная отходить от шока похищения, побега и ареста виновных. У меня просто не было сил думать о помиловании и благосклонности.
Арсана нашли там, где я и говорила.
Вася воинственно шипел и не подпускал к измученному и покусанному драко никого, пока не позвали меня, и я не попросила моего любимого змея отпустить добычу и отдать в руки стражи. Вася миролюбиво согласился, но сверкнув глазами, подполз ко мне и обернулся вокруг ноги, поясом повиснув на талии.
– Дети хайс-с-с-син такие те-е-еплые, – признался он, и отказался спускаться.
Заслужил.
Он отлично справился со своей миссией оружия и охранника, в виде живых и кусающихся цепей, и я не сопротивлялась, позволяя василиску выразить свою любовь.
– Устала? – ласково спросил Ноар, обнимая меня за плечи и прижимаясь подбородком к макушке.
– Немного. Но это не повод откладывать свадьбы.
– Ты серьезно?
– А почему нет?
– Злата, после того, что произошло, – он мучительно вздохнул и сделал паузу, подбирая слова. – Я даже не уверен, что мы тебя заслуживаем.
– Ты надо мной издеваешься!? Вот так решил меня бросить?! – Я шипела и вырывалась, поворачиваясь в объятиях дроу и зло стреляя глазами. – Нет уж! Я не собираюсь ждать, пока случится еще что-нибудь! Погром! Шторм! Землетрясение! Вы женитесь на мне сегодня же! И весь мир подождет! – повторила всем известный на земле лозунг и фыркнула, глядя как тепло, с виной и нежностью улыбается мой эльф.
– Злата…
– Даже не думай еще раз сказать подобное вслух, или я тебя!…
– Что? – уже улыбаясь более открыто, спросил он.
– Укушу. Как самая настоящая волчица!
– Так его, Асиль, – усмехнулся Эдгар, оказываясь рядом и целуя меня в висок.
– Или как драко. Это больнее, поверь мне, – добавил Ар, все еще пряча тоску и боль в глазах, и улыбаясь только для меня. Искренне.
– Злата!
– Марисоль? Ты то мне и нужна! – обрадовалась я, увидев золовку, которая спешила в нашу сторону, пользуясь стражником как опорой.
– Нужна? Сделаю все что смогу.
 
– Мне нужно платье. Прямо сейчас.
  
Глава 50
 
Мне не соврали. Часовня Уру-ту де Морен, главная достопримечательность земель Герр помимо дворца, оказалась настоящим произведением искусства. Выбитая прямо в скале, укромная и уютная, от нее разило таинством и чем-то сокровенным. Наверное, эти стены слышали множество клятв, которые здесь произносили молодые пары, обещая беречь друг друга до конца своих дней.
Оглядываясь по сторонам, я крутила головой разглядывая высокие стены и огромные колонны, увитые каменным плющом. Под потолком были врезанные отверстия, освежающие путь, и продолжая крутить головой, я почувствовала, как дрогнуло сердце.
– Ар…
Мужчина вел меня под руку, Эдгад и Ноар шли сзади, не смея мешать ритуалу двоих, который запечатлеется в этом храме. Драко был хмур, но стоило посмотреть на него, как упрямая морщинка меж бровей расслабилась и исчезла:
– Узнала?
Узнала.
Это было то самое место, та самая точка с которой началось все происходящее в этом мире. Я вспомнила расставленные свечи, мягкую шкуру на которую меня уложили, топя в ласках и желании. Он ждал меня здесь, в часовне, на святом месте своей земли.
– Я пришла сюда.
– Да. Как будто вчера.
– А ты ждал, – встретилась с ним взглядом, и радужка потеплела, заставляя меня улыбнуться.
– Я ждал тебя десятки лет. И рад, что, наконец, дождался.
Мы прошли в другой зал, оставляя всех за дверьми и вошли в самую дальнюю часть часовни, в укромный уголок под каменным сводом. Там стояли сотни свечей, грея мягким теплом, и врезанные в стены перламутровые ракушки напоминали драконью чешую, переливаясь всеми цветами радуги.
– Злата, – Ар повернулся ко мне и взял обе мои ладони в свои. – Я клянусь тебе в вечной любви, обещаю хранить тебя как сокровище, беречь как собственную жизнь. Обещаю любит наших детей, дать им все, чтобы они выросли достойными людьми.
– Арагорн, я клянусь любить и ценить тебя. Хранить нашу любовь, и нести ее сквозь года, – я говорила от сердца, которое пело чувствуя весь калейдоскоп эмоций, что звенели внутри как четко настроенные струны мой души. – Я верю, что у нас будет лучшее будущее из возможных.
Браслет на моей руке погас и исчез.
На мгновение я испугалась, но ощутив легкое жжение на груди, приложила к ней ладонь, опуская взгляд.
Небольшой золотистый треугольник расцвел на коже, впечатываясь в нее, как я надеялась, навсегда.
Ар улыбнулся и потянулся ко мне за поцелуем. Сладким, нежным, полным обещания.
– Нам пора. Ноар с Эдгаром тоже горят от нетерпения, – шепнул мне в губы и не заставляя побратимов ждать, повел к выходу.
Мужчина стояли у входа в часовню и о чем-то тихо спорили. Без нервов и криков, просто упрямо, и у меня на душе расплескался такой покой, о котором и мечтать нельзя.
– Кто следующий?
– Да вот, решаем, – криво усмехнулся дроу.
– Я подожду, – волк смиренно кивнул, но эльф замотал головой.
– Нет, нет, нет! И слышать не хочу!
– Ты передумал на мне жениться?
Мужчины посмотрели на меня так, что щеки вспыхнули огнем.
– Никогда больше, ничего подобного не говори, золото, – строго сказал Ноар, и протянул мне раскрытую ладонь. – Хорошо, я буду следующим, ведьма моя. После твоих слов, мое терпение пошатнулось. И минуты больше не хочу тебе давать, побыть свободной от моего присутствия.
– Ни минуты больше не хочу быть без тебя.
Мой эльф расплылся в довольной улыбке и мир вокруг дрогнул, перемещая нас на край отвесной скалы. Внизу бушевала вода, разбиваясь об острые скалы и рассыпаясь белыми брызгами.
– Наш храм немного иной, золотая моя ведьма, – Ноар обнял меня со спины, и прижался подбородком к макушке, позволяя недолго понаблюдать за океаном. – Это край земли. Дальше нет ничего и никого, только вечность. Здесь, – он мягко повернулся, разворачивая меня к миниатюрной часовенке из черного камня, стены которой покрывал мох. – Мы приносим свои клятвы.