Золотая для троих (СИ)

Даже возгордилась собой на минутку, но недовольное фырканье Эдгара вернуло меня в реальность, где небо было уже не такое черное, а впереди предстоял тяжелый разговор.
Узкие улочки были пусты. В окнах не горел свет, и мы добрались до его домика никем незамеченные, только василиск плавненько полз следом, то и дело пробуя свежий воздух на вкус раздвоенным язычком.
– Иди в комнату, я сейчас вернусь.
– Ты куда? – не удержалась, хватая его за пальцы, стоило мужчине опустить меня на крыльце дома.
– Принесу воды, чтобы ты могла умыться, – хмуро ответил он и аккуратно стряхнул мою руку со своей.
Неприятная прохлада лизнула горло, поднимая в нем колючий ком и проглотив обидное пренебрежение, я собралась и пошла на кухню, замечая одинокий пустой котелок на печке.
Вымытый и чуть запыленный, будто его несколько дней никто не трогал.
Меня топила какая-то обида в совокупности с виной, и я огляделась, не придумав ничего другого, кроме как приготовить что-нибудь, чтобы успокоиться и сгладить положение.
Вспоминая прошлый опыт, вновь развела огонь в печи, на этот раз убедившись, что заслонка открыта и дым поднимается в трубу, и внимательно осмотрев пол, как и надеялась, увидела крышку погреба, уверенно направляясь к ней.
– Сейчас я Вася, все сделаю. А ты иди пока, отдохни. Спасибо тебе.
– Воля хайс-с-с-син - зако-о-он, – протянул змей и растворился в воздухе.
Подпол встретил меня прохладой и чуть ли не наощупь я шарила руками вокруг себя, ощущая бочонки и корытца, и только когда пальцы наткнулись на что-то плотное и круглое, я с удовлетворением поняла – картоха.
Лучший примирительный рецепт на все времена!
Нахватав клубней сколько влезло в руки, я высунула голову из погреба и убедившись, что мужчина еще не вернулся, вылезла полностью, убирая все следы преступления и даже вернув сдвинутый половичок в сторону.
Осталось только почистить и порезать, делов на пять минут!
Отыскав маленький ножик, я сполоснула корнеплод в каком-то ковшике и быстренько, торопливо и нервозно обстругала темную кожицу, нарезая на дольки прямо из рук.
А вот с маслом возникла заминка. Обыскав всю кухоньку, я не нашла ничего даже отдалённо похожего на необходимое вещество в привычной пластмассовой бутылке, пока не добралась до посудины с жиром. Вот! Сойдет!
Бабушка говорила, что на жиру картошка еще слаще, чем на масле! Так что поверив своим воспоминаниям о ее словах, я уверенно бахнула черпачок на дно тяжелой чугунной сковороды.
Когда корнеплод уже шкварчал, подрумянивая бока, в дом наконец вошел Эдгар, держа в руках тяжелое ведро с горячей водой, от которой в воздух поднимались белые струйки пара.
– Я принес… Ты чем это занимаешься?
– Готовлю. Ты голодный? Я лично очень! – тараторя от волнения, болтала я, нервно потирая деревянную ложку в руках, стараясь не встречаться с ним взглядом.
Горячее дыхание обожгло шею, и я замерла, понимая, что Эдгар стоит прямо за моей спиной и тычется в нее носом, шумно вдыхая воздух у моего лица.
– Ты нервничаешь. Сильно. Что тебя так тревожит, волчица?
– Все, – ответила тихо и плечи сами собой опустились.
Я устала. Устала от этого бесконечно гона и хочу просто покоя. А еще сильнее – выносить ребенка. И честно говоря, пока мы возвращались в дом волка, я поняла, что в принципе меня совершенно не волнует, кто его генетический отец. Будь то Арагорн, с его, как оказалось, непреклонным характером, Ноар с манией к экспериментам и контролю, или же этот волк, что продолжал стоять за моей спиной, прислушиваясь к тому, как у меня бешено стучит сердце.
Я просто должна сохранить эту жизнь. Это моя цель.
– Я устала от недоговорок, от этих сумасшедших скачков и ваших невыносимых выкрутасов, эгоистично выбравшимися наружу.
– Продолжай.
– Мне надоело чувствовать себя вещью, за которую вы готовы рвать глотки друг другу, только бы не спрашивать меня, чего я хочу.
– А чего ты хочешь на самом деле, волчица? – ошпаривая горячим дыханием, он только сдвинул мои волосы в сторону, открывая себе мою хрупкую шею.
 
– Сейчас я хочу есть и наконец выспаться. Потом поговорить с тобой, и если мы не придем к консенсусу…
– Чему?
– К взаимному согласию, – объяснила я. – уйти.
– Не пущу, – тяжелые ладони захлопнулись на талии и сдавили до хрипа, но я вырвалась и отступила, перемешивая картошку, которая на удивление быстро приготовилась. Или мы слишком долго молчали, набираясь храбрости.
– Опять двадцать пять. Вот об этом я и говорю! Меня кто вообще спросил? Ах, ну да! Спросили, только не прислушались. Садись, есть будем, – рыкнула я, и мужчина неожиданно послушался, усаживаясь за стол и молча сверля меня недовольным взглядом, пока я расставляла на столе тарелки.
Молча жуя несолёный жаренный корнеплод, я думала о том, как мягче преподнести волку свои мысли, чтобы он не озверел и не бросился проклинать золотоволосую богиню, которая, я уверена, наблюдала за нами и от души веселилась. Стерва.
Надо же было выбрать именно меня! Вот какое зло я совершила, что…
– Вкусно. Очень вкусно, Асиль. Спать?
– Посуду моешь ты, – он удивленно приподнял брови, но спустя секунду кивнул, не ожидая от меня такого заявления, но не решаясь спорить.
Топая по знакомым ступенькам, я по-хозяйски ввалилась в спальню, на ходу сбрасывая одежду и со стоном упав лицом в постель, закрыла глаза.
Спааать… Только спаааать…
О большем я сейчас и мечтать не могла.
Эдгар тихонько гремел внизу посудой, видимо с особой тщательностью отмывая тарелки, а я вытянулась что было росту и обняла пуховую подушку, зарываясь в нее лицом.
От сытости слипались глаза, и я только на задворках сознания расслышала грохот и непонятные стуки, которые почти сразу же затихли, прерываемые только хриплым шипение и приглушенной руганью.
Дверь в дом захлопнулась, и голоса удалились куда-то далеко, а я провалилась в сладкий, дурманящий сон.
Права была бабушка. Картоха лекарство от всех недугов.
  
Глава 34
 
Проснувшись, потянулась, широко зевая.
Вспоминая о вчерашних событиях, лениво открыла глаз и огляделась.
Никого.
Постель рядом не смята, в комнате пусто, и кроме меня нет никаких признаков жизни. Странно все это… Неужели обиделся за посуду?
Поднялась и увидела висящее на спинке стула платье, чистое и свежее до хруста. Оделась и потопала вниз, прислушиваясь к пустому дому.
Нет, он серьезно, что ли ушел?!
Умывшись уже остывшей водой из так и не убранного ведра, вышла на улицу, сразу же попадая в самую обычную городскую суету, деревенского типа!
Всюду сновали люди, кто-то громко разговаривал, кто-то нес большие сумки, вокруг бегали дети, которых я ранее не видела, на том же празднике, в мою честь. Поселок жил. Кипел событиями!
Куда не глянь, всюду что-то происходило, и на мгновение я растерялась, неожиданно попадая в такою обстановку, от которой успела отвыкнуть. Мне махали руками, приветливо улыбаясь, кричали «Доброго дня, Асиль!» и шли дальше. Будто все как всегда, и только я стояла в ступоре, понимая, что будто забыла кучу лет здесь, и сейчас стою здесь как впервые.
– Доброго дня, доченька! – За заборчиком появилась та самая старушка в красной юбке и цепочках, что назвала меня так в первую нашу встречу. – Проснулась уже? А я вот к тебе с гостинцами.
– Здравствуйте… А где Эдгар?
– Эдгар? Так на поляне, за деревней. Рогами бодаются еще с утра.
– Что делают?
– Рогами бодаются… Ну, мужеством меряться, – немного смущенно сказала она и пошамкала нижней губой.
– Что? Кто?! – совершенно потеряв суть происходящего, переспросила я.
– Ну так, муж твой второй явился, с зарей еще. Та они там с утра морды друг другу чистят, выясняя кто сильнее.
– Как!? – подхватив юбку платья, я опрометью бросилась вперед, но спустя секунду, поняла, что понятия не имею куда бежать, и обернулась у к удивленной бабуле. – А вы не подскажите?...