Рунолог. Том 2 (СИ)

- У него одна баба, сначала меч достала, а потом в воздухе растворилась, а у второй — вообще... Ну... Вон она, короче. — Попытался прикрыть своего товарища, судя по голосу — тот самый Семён, которого сослуживцы заткнули, даже не пытаясь выслушать, что он хотел сказать.
- Вы у меня, если на губу не улетите, в нарядах сдохнете. — С мёртвенным спокойствием пообещал лейтенант через десяток секунд обдумывания ситуации. Правда, хватило его ненадолго. — Я вас даже "качать" не буду, просто выгоню на плац и заставлю зачитывать гримуар вслух, сутками подряд, долбоёбы безголовые! А за то, как вы умудрились прослушать инструктаж, который я вам лично провёл, мы ещё поговорим позже! Вещи вернуть, по позициям — разойтись!
Развернувшись, я наконец-то увидел того, кто с такой настойчивостью пытался разбудить меня, что сумел пробиться через мою усталость, асоциальность, нежелание делать хоть что-то и вообще — думать. На вид лейтенант Сидоренко оказался типичным черноволосым мужиком, и дело даже не в том, что он какой-то мифический «через пару минут и не вспомнишь» — нет. Просто я сейчас слишком устал, чтобы пытаться на полном серьёзе вглядываться в человека, на которого мне честно и искренне плевать. А вот источник у мужика оказался весьма и весьма приличный — сразу заметно различие между начавшим тренироваться мужиком и всегда готовым к действию кадровым военным, у которого к тому же была приличная фора и, возможно, инструктор из эол.
Не просто же так наши «тихушники» так плотно с ними завязаны — наверняка попытались если не выпросить, то купить инструктора по столь многогранному и неоднозначному направлению, как магия. Особенно с учётом того, что освоить её, будучи военным, гораздо проще... По крайней мере, тем, кто реально сдаёт нормативы.
- Мне сказали, что вы умеете общаться на магическом языке — это правда? — Сходу взял быка за рога военный, дав мне лишь пару секунд на то, чтобы прийти в себя.
- Это не язык. — Раздражённо уточнил я, после чего попросил нейтралку распихать мои вещи обратно по карманам. — Но да, я умею общаться с помощью магии.
- Отлично! Надо успокоить эол и попросить её дождаться, пока за ней приедут сородичи. Наши пообещали, что часов за десять успеют доставить их сюда, но у нас нет амулета-переводчика, а в вещах эол оказался только личный щит и аналог их телефона. — Прояснил ситуацию военный, подтвердив мою теорию о языковом барьере, после чего замолчал, наблюдая за тем, как мои вещи занимают положенные им места, а вынырнувшая из подсумка расчёска приводит мою причёску в порядок.
Нейтралка, как обычно, в своём репертуаре: «порядок, порядок и ничего, кроме порядка!... И заботы». Не знай я обратного, уже бы уверился в том, что она дух какого-то библиотекаря, сформировавшийся с течением времени.
- Ну, давайте успокоим — чего нет-то? — Пожал я плечами, взяв кружку и отхлебнув чёрного, как моя душа, кофе. — Только у вас что — вообще никаких словарей нет?
- Словари-то есть, но мы так язык вывернуть не сможем. А попытки написать... — Лейтенант поморщился, но продолжил. — Все попытки написать что-то путное провалились. То ли ошибки в словаре, то ли правила не так написаны, но закончилось всё тем, что она выгнала переговорщика и теперь никого к себе не впускает.
- Разберёмся. - Сонно пробормотал.
К тому моменту мы уже добрались до палаты, в которой засела эол, поэтому я, не сильно заморачиваясь, поинтересовался, не желает ли она пообщаться. Правда, ответ был столь странным и шокирующим, что я по первой даже замер, пытаясь разобраться во всех хитросплетениях маршрута, по которому за моё залихватское предложение меня отправили. В принципе, было не так уж и далеко — всего-лишь километров тридцать, но вот делать это голышом... Я, скажем так, не любитель выставлять фетиши на всеобщее обозрение, особенно те, которым по уму место в спальне. Тем не менее, основную мысль, заключенную в этой короткой, но очень ёмкой фразе, я осознал и с явным скепсисом посмотрел на ожидающего результата вояку.
 
- Ладно, артефакты... Ладно, хрен с ним, с одеждой! Но нижнее бельё вы у неё на кой чёрт упёрли? — Тихо поинтересовался я у стоящего рядом лейтенанта.
- Не мы. Опера. — Раздражённо уточнил военный. — Когда выбили из них вещи, она уже никого не впускала — не ломиться же к ней?! Вон они — рядышком лежат.
Тяжело вздохнув, я сообщил эол, что если бы она не устраивала истерик и попыталась поддерживать хоть какое-то общение, то узнала, что они уже принесли все её вещи, которые, вообще-то, были сняты на время проведения операции и реабилитации, дабы не ухайдакать бельё и не повредить швам. У нас так принято.
В общем, отмазал мужиков. А потом, подумав пару мгновений, решил, что смысла тянуть нет, поэтому обрадовал девушку тем, что я был одним из тех, кто пытался поставить её на ноги, и, если она не против, могу занести внутрь вещи. А потом добавил, что ей сейчас противопоказано бегать, прыгать, скакать, волноваться, пользоваться магией, разгонять источник и вообще лучше дождаться родных специалистов, которые помогут ей встать на ноги, оказав нормальную медицинскую помощь, а не какое-то там шаманско-квантовое колдунство, которое ещё и не факт, что сработало.
Ну а дальше пошло-поехало. Сначала девушка попросила передать ей вещи через приоткрывшуюся дверь. Потом я расспрашивал о состоянии её физических ранений, уточняя, нет ли воспалений или кровотечений, а эол в свою очередь узнавала у меня подробности об окружающей местности и тихо ругалась на то, что никаких артефактов ей так и не вернули. Впрочем, упоминание о том, что они будут отданы прибывшей за ней группе, изрядно охладило её недовольство, а уж когда узнала, что куковать ей в своей темнице осталось не больше половины суток, так вообще обрадовалась.
И всё бы хорошо — контакт налажен, данные получены, а Мавр сделал своё дело, Мавр может уползать в сторону койки. Если доползёт до своей — так вообще праздник будет. Но услышавшая это утверждение эол едва ли не истерику устроила с просьбами остаться с ней на некоторое время, ибо вояки у неё никакого доверия не вызывали. Я бы, может, и сказал: «Это не моё дело, и вообще — нефиг загонять незнакомых людей!», но отчаяние остроухой мадамы было столь велико, что она была готова даже внутрь меня впустить, лишь бы не куковать всё это время в одиночестве... В общем, реальность показала, что я всё ещё недостаточно бездушная скотина, поэтому, выпросив разрешение для Илии, мы присоединились к девушке в её ожидании.
Так как рабочих тем для обсуждения не осталось, а я был откровенно заёбаным, чтобы интересоваться хоть чем-то, кроме сна, продолжился наш диалог тем, что я рассказывал, что к чему, зачем и как в человеческой цивилизации пошло с появлением магии. Рассказал о том, как живу, посетовал на придурковатых соседей в виде Гильдии, не очень лицеприятно пошутив о реверсе поговорки «Рыба гниёт с головы», рассказал о том, как маялся, пробуждая магию...
Ну а там закончилось всё тем, что я расположился на кровати, стоящей у стены, дабы немного снять нагрузку с тела, и... И уснул.
  
Глава 18
 
Какого это — спать в гамаке? Последний раз я подобным занимался в далёком детстве, настолько далёком, что и забыл, каково это... Поэтому, открыв глаза, очень удивился, обнаружив, что смотрю на мир с весьма приличной высоты. Как оказалось, Илию радикально не устроило строение металлической кровати с панцирным плетением а-ля «мэйд ин Советский Союз». Поэтому, когда приехали эол и всё-таки утащили свою соплеменницу, моя служанка послала лесом всех, предлагающих уложить меня под очень комфортное одеяло, которое было таковым лишь для людей со слабой тактильной чувствительностью, и сделала для меня «подобающее» спальное место, не постеснявшись использовать для этого окружающие материалы.
Если не обращать внимание на то, что, попытавшись вылезти, я вывел конструкцию из равновесия и едва не пропахал носом пол, напугав Илию, получилось весьма и весьма комфортно. Поэтому, осторожно размявшись и не обнаружив в теле каких-либо проблем, я с решимостью собрался идти домой, всё-таки местным работником я более не являлся, да и ученицу успокоить стоит. Правда, далеко я не ушёл, и первым препятствием, которое остановило мою решимость, стала... Висящая в воздухе кружка с недопитым кофе. Причём дух, который её удерживал, был мне совершенно не знаком.