Им«ПеРец» (СИ)

— СТАРШИЕ ДУХИ ОГНЯ НИКОГО НЕ БОЯТСЯ! ВОТ ОН Я!
Передо мной сформировался огненный вихрь, высотой под три метра, и шириной — полтора в верхней части, а внизу чуть больше империя. Что ж, вот и убедился, что нахожусь в какой-то странной реальности, и все мои ощущения настоящие.
— Так чего ты хотел? — спокойно поинтересовался я. — Ну, кроме своих…
— ПОДЧИНЕНИЯ! — прогудел ифрит, принимая очертания человеческой фигуры, у которой нет ног. — ТЫ МОЙ РАБ!
— Знаешь, никто тебе не запрещает мечтать. Но навязывать своё воспалённое воображение другим нехорошо. Так что возвращай меня обратно. Поверь, у меня есть дела гораздо важнее, чем вот этот бессмысленный спор.
— ТЫ НАПРОСИЛСЯ, СМЕРТНЫЙ! — взревел старший дух, и в следующий миг меня начало со всех сторон обступать пламя. — ПОДЧИНИСЬ, ИЛИ СГОРИ!
— Мне уже приходилось умирать в огне. Думаешь, что испугаюсь второго раза? — спросил я у окружившего меня пламени. — Хрен тебе, на всю пылающую морду.
А дальше мне стало не до слов, потому что со следующим вдохом в легкие хлынул жидкий огонь. Одновременно с этим со всех сторон раздался хохот обезумевшего ифрита.
  
Глава 13
 
Хозяин, а давай их сожжем!
 
Противостоять огненной стихии одной лишь силой воли? Или бороться с пламенем чистой яростью, на кураже? И то и другое рано или поздно закончится, если тебя сжигают заживо. Так что дальше я держался лишь на одном упрямстве.
— СДАЁШЬСЯ⁈ ПОДЧИНЯЕШЬСЯ МОЕЙ ВОЛЕ? — в очередной раз прозвучал со всех сторон голос духа. Отвечать я уже не мог — лишь беззвучно шевелил пылающими губами. Нет. Сам сдавайся, чтоб тебя утопили в ледяной воде.
И внезапно всё исчезло. Жар, боль, огонь — ничего этого не стало. Лишь ощущение, что мое тело испытало чудовищные муки. Но и они постепенно исчезали, растворялись, вместе с алыми всполохами перед глазами.
— Командира! Живой? Твоя нормально? Это я, Шупака!
— Твою же мачеху! — произнес я. И даже улыбнулся, услышав свой голос. Не то хриплое карканье, что было в видении, а нормальный. — Шупака, дай воды.
— О, точно нормально! — обрадовался дригг, метнувшись к столу, на котором стоял кувшин. — Вода просить, значит победить.
— Долго так провалялся? — поинтересовался я, принимая из рук призывателя кружку с водой.
— Три-пять минут. — ответил младший шаман. — Мычать что-то, ругаться.
— А этот сморщенный уродец где? — задал я очередной вопрос, после того как утолил жажду.
— Старейший? Сказать, что он устал, и исчезать. Командира, а твоя чувствовать ифрит? Он должен быть тут. — Шупака коснулся своей груди. — Говорить с тобой.
— Спасибо, но мы и так наговорились. — поморщился я, вспоминая, как мы с старшим духом огня оскорбляли друг друга на протяжении целой вечности.
«Ты оскорблял, хозяин» — тут же раздалось у меня в голове, заставив вздрогнуть. — «Но я не в обиде. Ты достойно сражался, и победил»
— Чёрт! — невольно вырвалось у меня. Похоже это всё же случилось, и теперь я, помимо карлика, слышу голоса в голове. Тут уже никакой лекарь не поможет. — Ифрит?
«Да, хозяин»
— Да чтоб мне женщин не видать три дня! — вновь рыкнул я. Поднявшись с тахты, подошёл к окну и выглянул наружу. Хм, довольно светло, значит ещё не поздний вечер. Неужели правда прошло несколько минут? Мне казалось, что пытка огнем длилась вечность. Не, к черту это всё! Надо развеяться. Иначе я с ума сойду. — Шупака, слушай меня внимательно. Сейчас ты останешься здесь один. Ужин тебе принесут, перед закатом, помыться можешь прямо сейчас. Ни в коем случае не выходи из этого домика. Хорошо меня понял?
— Так точно, командира! Шупака сидеть, мыться, есть, ждать.
— Вот и хорошо. Я вернусь поздно, возможно под утро. Да, завтра прогуляемся до лавки, прикупим себе одежду. У тебя как с деньгами?
— О, моя копить монеты, набрать целый два большой золотой! — похвастался дригг.
— Чего⁈ Ты сколько месяцев служишь?
— Шесть большой луна. — ответил призыватель. — Но я не сразу копить.
— Я думал, ты совсем недавно попал на границу. — нахмурился я. — А ты уже полгода отслужил. Считай ветеран по нашим меркам. Сколько раз с тварями сталкивался?
 
— Три. — Шупака от гордости расправил плечи. — Первый раз убивать крылатый морда с большой зуб. Второй твоя спасать, и третий — накат на башня.
— Ну, тогда ты уже настоящий граничник. А они всегда выполняют приказы командира. Ладно, отдыхай, принимай ванну, пообщайся с духами. А я пошёл.
Заглянув в гостиную, я вновь не застал хозяина на месте. Зато предупредил Ртута, что отлучусь в красный дом, поэтому ужин требуется принести в домик на одного, и чтобы никакого вина или пива. Нечего мне ребенка спаивать. К тому же всем известно, что дригги очень слабы на алкоголь.
— Всё сделаем, господин капитан. — заверил меня сын владельца. — Посудомойку пристрою, чтобы приглядывала за шаманом. А можно узнать, почему вы так печётесь о нём?
— Можно. — улыбнулся я. — Когда-нибудь потом.
* * *
Солнце уже село, и на улице зажглись магические фонари. Искусственное освещение не давало и пятой части дневного света, но для меня всё равно было всё видно.
Десять минут пешим ходом, и вот я уже у дверей красного дома. За большими, в рост человека, окнами видны девушки. Одеты столь легко, что нормальному мужчине с одного взгляда ударяет кровь в голову. А уж только что вернувшимся со стены граничникам… И плевать, что я совсем недавно получил двойную порцию женской ласки. Там всё испортил сотник Крома. Ну а здесь пусть только попробуют помешать мне.
Открыв дверь, я шагнул за порог, и тут же встретился взглядом с рослой широкоплечей девицей, взгляд серых глаз которой изучающе скользнул по моему лицу, задержался на командирском знаке, а затем стремительно рванул вверх. Мы уставились друг на друга, хотя я сдерживал себя, чтобы не уставиться на два крупных аппетитных полушария, так и притягивающих к себе…
— Варда? Твою же несуществующую бабушку, ты за какие заслуги угодил на двадцатый километр? — поинтересовалась вышибала красного дома, а это была именно она. — И кто тебя отпустил в Сарду?
— И тебе крепкого здоровья, Кира. Ефроса здесь? Мне поговорить с ней надо. — я окинул гостиную оценивающим взглядом. Хм, что-то не вижу тех новеньких раскосых смуглянок, про которых рассказывал Ртут. Большей частью знакомые лица, которые здесь были и три, и четыре года назад.
— Да куда она денется, на одной ноге далеко не уйдёшь. — усмехнулась вышибала. Ох и много ж эта сильная девица мужских носов и рук переломала в данном заведении. А ещё раньше, будучи граничником, знатно покосила тварей на стене. В свое время Кира была командиром одной из башен, и надо заметить, очень хорошим. Но однажды во время отражения наката не подрасчитала силы, и превратилась в бездарную.
Да, такое случалось среди магов. Когда у тебя заканчивается энергия, а ты в этот момент создаёшь мощное плетение, можно выжечь внутренний источник. И тогда маг превращался на какое-то время в обычного смертного. Обычно на две-три недели. Но бывают и такие случаи, когда дар не возвращается. Так произошло и с Кирой.
— Значит у себя? — уточнил я. — Кстати, ты бы тоже поприсутствовала при разговоре. Дело серьёзное.
— Неужели правду говорят? — нахмурилась вышибала, и жестом позвала за собой.
— Что говорят? — не понял я, двинувшись следом за Кирой. Но та не стала отвечать, пока мы не вошли в неприметную дверь, скрытую под лестницей. И лишь когда за нами закрылся проход, и мы очутились в хорошо освещённом коридоре, произнесла тихим голосом:
— Его императорское величество Кардакон второй собирает легионы вдоль границы с разломом. У нас уже начали ходить слухи, что он готовит новую экспедицию. И вроде как поговаривают, что проход планируется на двадцатом километре.
— На этом километре в последнее время твари лезут, как никогда, какой там может быть проход? — удивился я. — В моей башне за короткий срок уже четырёх командиров потеряли, и больше сотни рядовых с сержантами. Кира, если кто и планирует прорыв, так это враг, с той стороны разлома. Об этом я и хотел сообщить всем, чтобы наши были готовы. Так что легионы скорее всего готовятся к отражению массового наката тварей. Только почему никто не предупреждает об этом граничников?