Земля Обетованная (СИ)

— Михайло Потапыч, это всё очень интересно, — подал голос корабельный плотник. — Только зачем нам… ну того?
— Дурья башка! — фыркнул боцман. — Если его почтенство правильно рассудили, то считай, что вокруг тут — тайфун на тайфуне, тайфуном погоняет. И по всей Зиманде они отсюда движутся. А значит что, пло-о-отник? — ехидно протянул он
— Что мы их не обойдём. И значит — баржа не годится, — нахмурился древоточец.
— Примерно так я и рассудил, — покивал я. — Тайфун — не волнение и не шторм. Впрочем, сами в курсе, — на что водоплавающие скорбно покивали. — И к чему плыть: я чую, как они там есть, уже третий. Но как часто появляются? Может, раз в год, в десять, в сто? А мы такие везучие.
— При всём моём уважении, Михайло Потапыч, но даже ежели раз в сто лет — всё одно надо готовится так, что мы непременно в него попадём, — подал голос задумчивый плотник.
— Тоже верно, но посмотреть — не помешает. Но аккуратно и не приближаясь, — подчеркнул я.
Подплыли, даже увидели «зарождение». И Потап пошуршал, знакомясь с явлением. В итоге выходила такая сволочная картина, которую мы наблюдали почти день, двигая вдоль «внешней границы» Земли Обетованной. Похоже, моя теория насчёт «сброса отработки» верна. В океан просто «стекала» дикая энергия. И тайфуны зарождались с удручающей частотой — раз в несколько часов, на протяжении всего нашего пути вдоль «границы». Водоплавающие даже вспомнили волнение, но Тралк и Хиза провели Потрясатель между тайфунами, так что волнение экипаж воспринял как простой шторм.
В общем, отплывали мы от этого аномального места в гораздо более хреновом настроении, чем подплывали: варианты мореходной баржи оставались, но уже очень виртуальные. Похоже, нужен полноценный трансокеанник, способный в глотке Тайфуна к маневрированию, возможности «пройти краем». А вот баржа… Так мы с топтыгиным надорвёмся, если элементаль будет «толкать» в глотке, это Потап практически гарантировал. КПД прямого действия у элементалей не слишком высокий, не говоря о том, что в начленоверченном в глотке «свободный» элементаль, то есть не заключённый в зачарованный двигатель, с полпинка может «сорваться» в родной план. То есть, то, что «толкать» — должно быть мореходным, а не герметичным ящиком.
Подумал про воздух — и плюнул. Не вариант, как бы не хуже, чем с водой: воронка из облаков над глоткой однозначно показывала, что наверху — тоже весело. И всякие там воздушные шары долбанёт об воду, причём это если повезёт. А если не «простой воздушный шар», а какой-нибудь лютый дирижабль… Так корабль выйдет быстрее, дешевле и надёжнее.
Знай мы это на Рико, не зная о Вакане — прям совсем беда. Но про Вакан мы знали, туда и направлялись. А на всякие «а если не сделают?» от водоплавающих я почтенно отвечал подзатыльниками. В четверть силы, но с паникой и упадническим настроением справился. Ничто так не поднимает настроение, как падение после подбадривающего видомского подзатыльника, проверено на практике!
С собой было посложнее, но я всё равно — сделаю. Пррревозмогу, если понадобится! Найду деньги, ЗАСТАВЛЮ делать то, что нам нужно. Деньгами или силой, неважно.
Так и плыли потихоньку. И, к моему некоторому удивлению, ни на каких пиратов и прочую асоциальную публику не наткнулись. Проплывала рядом баржа с буксиром неподалёку — так поздоровались, пожелали доброго пути и пожелали «милости богов», заразы такие. Но в остальном — никаких гадостей не случилось. Доплыли, по словам Лиама, да и на горизонте виднелось тёмное пятнышко, которое вроде как остров Вакан.
Правда, я заметил какую-то лоханку, без деталей, которая шустро плыла к нам. Заметил даже не её, а белую полосу буруна, потеребил смотрящего вперёд, чтобы смотрел, куда нужно — и он тоже увидел. Ну и стали мы готовиться: вроде всё должно быть нормально, но становиться лопоухими потерпевшими коллектив желания не проявлял, как и я.
  
25. Родимая бюрократия
 
Приближаясь к буксиру, лоханка внушала. И внушала она сдержанный оптимизм на ближайшее будущее: к нам подплывал не утюг-монитор и даже не буксир: на такие средства плавания Земли Обетованной мы насмотрелись. А к нам приближался, на чертовски высокой скорости (хотя хрен знает, как достигаемой), этакий катер. Длина этого судна была метров восемь, не больше. Лютая такая, впечатляющая пухала, в башне, спаренная, внушающая как бы не большее опасение, чем крупный калибр монитора. Как минимум потому, что калибр на утюге был явно избыточен, а тут и стреляет пошустрее, очевидно. Но это было мелочью, а вот серьёзным было то, что лоханка имела… подводные крылья. То есть, между поверхностью моря и брюхом корыта было не меньше метра, а то и побольше. И четыре обтекаемые стойки. Правда, ни черта не понятно, а что движет это корыто… Хотя, если подумать, то какие-нибудь фигулины, типа торпед в подводных «крыльях», а алхимическая горючка подаётся по стойкам.
 
Корыто это с лихим разворотом и брызгами (не в нашу сторону, к своему счастью, а то облитый я точно придумал бы, как выразить своё неудовольствие) подплыло к борту буксира. И продемонстрировало типа в простом мундире, без особых украшений, но с металлическими и явно зачарованными вставками. Териантропа, как понятно, средней по Земле Обетованной силы, с мордой «при исполнении».
— Кто вы и с какой целью вы вошли в береговые воды Вакана, уважаемые? — озвучил этот тип, тогда как спаренная башенная пушка в нас прямо не целилась, но повернута был в нашу сторону, так что для наводки только опустить градусов на двадцать, как-то так.
Хотя уже — не напрягала. С учётом скорости этого корыта на водных крыльях, когда оно на ходу — это реально опасно. А вот сейчас, когда после остановки этот катер лёг на воду пузом и находится недалеко от нас — не страшно.
— Мы — это мы, — доходчиво ответил я. — Епископ Михайло Потапыч и мой буксир с командой, — решил я не конфликтовать на пустом месте. — Направляюсь в Вакан с целью познакомится и, возможно, заказать новое судно.
— То есть товаров не везёте, преступников перед Ваканом не скрываете? — прищурился тип, достав какую-то цацку, слабенько эманирующую божественной силой.
— Только деньги. На Вакане не были ни разу, так что преступников в рамках местного законодательства у нас просто не может быть. Вы же не считаете преступлением не совершённое, или совершённое вне пределов вашего острова?
— Не считаем, — покачал головой тип, вглядываясь в фигулину.
— А с чего такой пристальный интерес? — заинтересовался я.
Нет, теоретически, тут может быть тьмуща патрульных, да и со скоростью этого катера столь быстрая явка неудивительна. Но он реально маленький: например, потопить нас, да и любой буксир, он теоретически сможет. Но, например, таможенники в эту скорлупку толком не влезут — а без них какой досмотр?
— А с того, епископ, что вы подплываете не к городу, а к берегу. И так поступают преступники и контрабандисты.
— Э-э-э… а как мы…
— Прошу простить, Михайло Потапыч! — раздалось из кабины за спиной. — Указатель показывал какой-то крюк, а я правил к видимому острову!
— Вот, поняли? — уточнил я.
— Понял, не дурак. Навигатор указывает разрешённый путь к городу, шли бы нормальным маршрутом — досмотр был бы в порту. И сейчас… провести вас придётся, — нахмурился он.
— А почему?
— Ловушки, защищающие город. Вы отклонились от правильного маршрута, теперь непременно вляпаетесь и потонете без провожатого.
Хм, видимо какие-то морские мины или какая-то подобная хрень. Ну, то что вляпаемся — не факт. Хотя если они на алхимии и без магии — можем и вляпаться.
— Не бесплатно, небось? — уточнил я.
— Три золотых.
— А подешевле?
— Можешь в округе поискать, — с омерзительно сиволапой мордой ответил этот противный водоплавающий.
Редкостная сволочь, оценил я, максимально сиволапо оскалился и махнул лапой, мол веди. Водоплавающий с противной ухмылкой сделал характерный жест: деньги, понимаешь, вперёд. Ну и получил в пузо золотой монеткой, жалко что лёгкой… хотя нет, не жалко — тяжёлая стоила бы больше.