Земля Обетованная (СИ)

Ну и стал валяться, дрыхнуть и аккумулировать добытую информацию. Информацию о том, где сколько и кому наставили фонарей — не аккумулировал, а забывал к чертям.
И, к моменту когда я сам почувствовал аркубулюса — не направление даже, а «ощущение, что он существует», информация была. Была она проверена и перепроверена из нескольких источников (подтип «собутыльники», разного типа и вида), ну и скорее вселяла умеренный оптимизм, чем тревогу.
Во-первых, довольно далеко от нас, но не больше десяти тысяч километров, что даже с буксиром дней восемь-десять, не больше, располагалось перспективное место. Стоимость постройки баржи там была не намного дешевле — судя по рассказам там бывавших, расценки-то в «одном окне», в перспективном месте даже подороже выйдет. Но, например, возможно, что там удастся построить не просто баржу. Потому что крайне небольшой остров, и огромный город, занимавший основательную часть этого острова Вакан был… ну скажем так, «городом мастеров», судя по рассказам. Как позитивным «мол всё там сделают!», так и негативным «живут жадины и жлобы и гонят один брак за несусветные деньжищи!» Собственно, само описание «брака» и давало довольно обоснованную уверенность в высокотехнологичности производства. Но — явно дороже Рико, по крайней мере, ценник обычных барж для буксиров выше на четверть, а то и треть. И переться туда далеко, хотя как вариант «если что» я этот Вакан определил.
И второе: естественно, нигде объявлений «требуется Потапыч для решения ерундовой проблемы с навью за кучу золота» не висело. И даже хоровых песен под аккомпанемент и а-капелла таких не исполняли, к моему искреннему удивлению. Однако, при сопоставлении рассказов всяких мелких и средних возниц-торговцев, вырисовывалась довольно понятная картина. Итак, были поселения отрёкшихся, именно «сателлиты» города. И торгашей-возниц оттуда в Рико… не было. Вот просто не было, как факта. Логистикой занимались либо городские власти, либо крупные воротилы, ну а «заодно», на регулярной основе, занимались мистической безопасностью сателлита. И такие поселения автоматически выбывали из зоны моего интереса: мало того, что проблемы маловероятны, так ещё и практически гарантированно, что обитают там нищие пейзане, обеспечивающие благосостояние городских.
А дальше я даже поработал. Посмотрел данные, карты, собрал информацию о деревенских торговцах, возящих товар в город. И выявил несколько немаленьких, причём подчас с собственным производством, поселений, в которые городские не шастают. Притом, что некоторые сателлиты Рико очевидно подальше и менее доступны.
Соответственно, в этих мухосрансках живут либо оголтелые риконенавистники, либо те, кого город хочет «проучить» и принудить к покорности. Не настолько, чтоб не пускать в Рико караваны от деревенских — это было бы прямым противоречием законам, да и слишком неприятно репутационно. Но достаточно, чтобы дать время этим ребяткам «помариноваться» в окружении нави и навок. И заодно совершать разбойные нападения на караваны оттуда. Последнее было вещью не гарантированной, но высоковероятной: караванщики были сильны как владетели, чертовски вооружены, ну и, ВНЕЗАПНО, замечали прямую корреляцию между испорченными отношениями с городом и частотой, силой и прочими моментами разбойных нападений.
Причём в обоих случаях это мои потенциальные выгододатели, так что маршрут «видомского объезда» я примерно составил. И как раз к этому времени появилось ощущение аркубулюса. Я даже из каюты выперся, оглядел пристань.
— Мда, — констатировал я довольно неудобную для подьёма обстановку. — Так, Лиа-а-ам! — заголосил я.
— Что случилось, почтенный? — выковырялся старпом из каких-то недр.
Сам он, как ВРиО капитана, буксир покидал редко, выполняя заодно функцию некоего фильтра между бухими в дугу матросами и их россказнями и реально интересной информацией, докладываемой мне.
— Нужно пару… нет, четыре матроса, — озвучил я. — С тряпками, щётками и всяким таким. Чтоб пошли со мной, за город.
— За город?
 
— Ага.
— А-а-а… — понятно протянул Лиам.
— Аркубулюса моего нужно почистить, — сообщил я.
— Ы-ы-ы…
— Сие тайна великая, лишь видомам известная, — применил я привычную отмазку, которая привычно сработала.
— Но…
— Что, все пьянствуют?
— Нет, Михайло Потапыч, не все.
— Тряпок-щёток нехватка?
— Найдём…
— Так какого лешего их тут ещё нет?
— Сейчас организую, — посулил Лиам, явно в сомнениях потелепавшись в нутро буксира.
Вылились эти сомнения в том, что компанию мне, помимо четвёрки хозинвентаря на матросском приводе, составил сам старпом. Видимо, было интересно, да и, подозреваю, дядька хотел убедиться, а не протекла ли у моего почтенства крыша от чего-нибудь. В принципе — понимаемое поведение, так что на присутствие этого типа я только ухмыльнулся.
И потопал к городским воротам: собаки сутулые показали мне довольно удобный пляж, совсем близко от Рико. Ну а будут там — и чёрт с ними, полезут — получат, не полезут — не до них.
Но собак сутулых не обнаружилось. А через десяток минут из глубин прибрежных вод… в тине, какой-то гадости, горя глазами, выбрался аркубулюс. Целый, функциональный, но изгвазаданный…
— Это — не дело, — констатировал я, наблюдая какие-то поганые ракушки и чуть ли не кораллы под слоем пованивающей слизи.
Щёлкающие клювом матросы во главе со старпомом издавали какие-то в целом согласные звуки: железный медведь был в мощном слое гадости, вид которой никак не способствовал трудовому энтузиазму.
Так что я просто выдохнул пастью поток огня, да и сам медведь почистился пламенем. Потом окунулся в воду, смывая угольки и пепел, ну и вышел на берег. Не горя чешуёй (потому что она сгорела) и не слишком чистый, но уже более-менее пригодный к обработке соответствующими аксессуарами.
— И что стоим? — поинтересовался я у матросни. — Вас зачем с собой взяли?
Водоплавующие опомнились, начали елозить по аркубулюсу щётками и прочими тряпками. Старпом обходил медведя, с интересом осматривая, а я ждал, пялясь на округу и на труды на моё благо.
— Михайло Потапыч! — вдруг подал голос старпом. — А тут надпись, — потыкал он в бок аркубулюса.
— Он стальной, вообще-то. Гравировка? — заинтересовался я.
— Нет, царапины.
— Так он весь поцарапан, видно же! По дну от Золотого добирался.
— Но тут почерк…
— Мда?
— Да.
— Посмотрю, — решил я, всесторонне обдумав вопрос.
Подошёл и заулыбался во всю пасть: на боку аркубулюса, неподалёку от седла, была выцарапана, явно когтем териантропа, надпись: «Мих, д…»
Во-первых, почерк был знакомым, хоть и не слишком ровным. А во-вторых «Михом» меня называл только один человек: Лиса Рейнар.
Правда, что точно хотела написать рыжая — не ясно, видимо, не успела, а аркубулюс сиганул в воды Золотой. Но даже если «долбану скалкой, паразита загулявшего» — всё равно приятно, и приятное послание. Ну и стимул, хотя и без него я застимулирован со страшной и необоримой силой.
— Надпись, — признал я. — Мне. И чистите, а не глазейте!
— Чистите, рыбьи дети! — рявкнул Лиам.
А через полчаса я въезжал в Рико как приличный видом, на сияющем огненными глазницами и пастью железном медведе. Он, конечно, был ощутимо поцарапан, а местами обшивка даже погнулась: всё же двести тысяч километров по дну океана — это не две петиции написать. Но на функционале аркубулюса это не сказалось, да и стражники и прохожие довольно забавно щёлкали клювом.
При этом, хотя и хотелось с места рвануть, побыстрее зарабатывать деньги, надо было остаться. Оставить распоряжения, выделить деньги этим водоплавающим, договориться о связи. Последнее, вроде как, было возможно через специально обученных владетелей, что-то типа почтальонов. Духи у них, конечно, дохлые, и на острове связь была откровенно хреновой и сбоящей — это не бездушие материка, и мелкие духи часто не долетали, или не долетали целиком. Но всё же была, так что и этот момент обговорили.