Кальдерон (СИ)

— Ой, да ладно. Все вы продажные шкуры. Тысяча золотых — и расходимся. Идёт?
Я понимал, что таким способом не договориться, но мне хотелось хоть как-то оживить разговор. Глупо ведь покорно сидеть и молчать.
Капитан, наблюдавший за диалогом, достал секиру и рубанул меня по ноге.
— Закрой пасть, или не доживёшь до утра!
Рукав кольчуги задрался, и тут на запястье я заметил метку Зоксулара. Опаньки… Вот это поворот. Похоже, нам действительно осталось жить недолго.
— Да вы и есть палачи!
— Ах ты мразь… — прошипел Тамагор. Он тоже увидел метку.
— Не вздумай дёргаться, — предупредил стражник и приставил к его горлу меч.
— Сегодня ты поведаешь, где прячется Талиас, — сказал смугляшу капитан.
— Никогда! — голос Тамагора был твёрд.
— Никогда не говори никогда.
А как быстро растёт дракон? Прошло несколько часов с момента его рождения. Помню, петоводы писали на форуме, что их зверюшки от новорождённых до взрослых особей вырастали за один-два дня, в зависимости от вида. В моём случае нужно склоняться к двум, а то и трём дням. Но на каком этапе взросления дракончик уже дышит огнём? Да, сейчас Гелиану никак не одолеть трёх вооружённых бойцов шестидесятого уровня, но вдруг он сможет поджечь эту клетку на колёсах, и нам удастся выбраться и сбежать?
Я призвал пета, и внутри фургона сразу же стало тесно. Дракон вымахал раз в три с тех пор, как вылупился из яйца. Перед ним находились враги хозяина, так что Гелиан издал хрипловато-писклявый крик и полыхнул огнём в сидевшего справа стражника. Десяти процентов жизней как ни бывало. Все трое тут же принялись рубить дракона. Я кинулся под меч, принимая удар на себя. Получил по голове и упал на пол. Гелиан снова закричал, затем отскочил на освободившееся на лавке место и выпустил пламя в моего обидчика. Стражник успел отклониться в сторону, и его задело лишь частично. Загорелась задняя стенка фургона. Доски затрещали, пламя стало подниматься вверх к потолку. Стражник попытался открыть дверь, чтобы выскочить наружу, но капитан схватил его за шкирку и толкнул на дракона. Пет вцепился ему зубами в шею, но в это время капитан и другой стражник продолжили бить Гелиана острой сталью. Я попытался схватить одного из них, но когда руки закованы за спиной, это трудно сделать. Капитан вырвал ногу, жёсткая подошва сапога опустилась мне на лицо.
— Тамагор, не тупи!
Но смугляш вжался в дальний угол и не вмешивался, опасаясь дракона и огня куда больше, чем мечей. В кандалах он был беспомощен, да к тому же имел всего одну жизнь.
Удар. Ещё один. Ещё. На шкуре Гелиана не появилось ни одной царапины, но неизбежное было не отвратить. Дракон отпустил стражника и полыхнул огнём в капитана, тоже лишив его десятой доли жизней. Но секира вгрызлась в бугристую лапу, и Гелиан исчез — семьсот единиц растаяли. Прости, малыш.
Огонь быстро распространялся, фургон пылал изнутри. Загорелась дверь. Капитан выбил её ногой, высунулся наружу и приказал кучеру остановиться. Затем выскочил, схватил меня за ноги и стащил на каменную дорогу. Паникующие стражники выпихнули Тамагора. Кучер отцепил фургон, успокоил лошадей. Капитан подтащил меня к лошади и закинул на неё словно скрученный ковёр. Я лежал на животе, ноги свисали с одной стороны, голова — с другой. Задница улыбалась солнцу. С Тамагором проделали то же самое. Так нас и повезли в тюрьму.
  
Глава 14
 
Тяжёлые решётчатые ворота медленно поднялись. Копыта лошадей застучали по внутреннему двору тюрьмы, огороженному высоким каменным забором с острыми пиками на верхней грани. Территория представляла собой квадрат сто на сто метров с круглыми сторожевыми башнями по углам, на которых дежурили лучники. Тут стояли пять двухэтажных каменных зданий с решётками на окнах и одно трёхэтажное без решёток. Имелась зона с десятью деревянными манекенами и выставленными в ряд мишенями. Там наверняка тренировались стражники. Чуть поодаль я заметил эшафот с виселицей и гильотину. Они располагались так, что были видны почти со всех зданий. Не знаю, их поставили здесь просто для устрашения, или на территории тюрьмы действительно совершались казни.
 
Лошади остановились у трёхэтажного здания. Стражники, не церемонясь, сбросили меня и Тамагора на землю, затем, угрожая мечами, заставили подняться. Мы не рыпались. Капитан злорадно улыбнулся и зашёл внутрь, но через минуту вернулся, и нас повели к ближайшему двухэтажному, у дверей которого дежурили откормленные вертухаи в кольчугах. Длинные рукава не позволяли увидеть, есть ли у них на запястьях метки в виде бьющей в землю молнии. Нужно узнать, все ли тут палачи Зоксулара или только арестовавшая нас троица.
Из-за решёток на втором этаже выглядывали несколько измученных тощих лиц. Это словно намёк, что мы скоро станем такими же. Вертухай открыл тяжёлую дверь, капитан зашёл первым. Крепкая рука сильно толкнула меня в спину, и я сделал несколько быстрых шагов, чтобы не упасть. Наглеет, собака. Этого палача нужно прикончить как-то изощрённо. Правда, как это сделать, когда его уровень в четыре раза выше моего?
Цепи с шумом волочились по твёрдому полу. Тюремный коридор был гораздо мрачнее, чем у Талиаса, и раза в три уже. Никаких светящихся шаров под потолком, только несколько горящих факелов на стенах. Здесь дежурили ещё два человека. Нас вели мимо стальных дверей с тяжёлыми засовами. Из третьей камеры справа доносились громкие голоса. Капитан с размаху ударил по двери кулаком и рявкнул, чтобы заключённые заткнулись. Голоса сразу же стихли.
В конце коридора находилась широкая каменная лестница, и я решил, что мы поселимся на втором этаже, но ошибся. Лестница также вела и вниз. Стражник снял со стены факел, и мы начали спускаться. На ступенях валялись выбитые зубы, тут и там виднелись засохшие пятна крови. Перед нами возникла ещё одна дверь. Капитан достал длинный ключ, вставил в замок, трижды повернул.
Подвал оказался всё той же тюрьмой, только вместо камер здесь были клетки. Три — с одной стороны, три — с другой. Все они пустовали. Стражник вставил факел в держатель, но одного его слишком мало для такого помещения. Меня запихнули в первую клетку слева и пристегнули кандалы к специальным креплениям в стене, Тамагора бросили в третью клетку справа. Там царил полумрак.
— Где прячется Талиас? — повторил свой вопрос капитан.
— Не знаю, — сухо ответил смугляш. Всю дорогу он не проявлял никаких эмоций.
— Глупец. Чем быстрее расскажешь, тем меньше тебе придётся страдать.
Палач развернулся и направился к выходу, но по пути бросил мне:
— Ты сдохнешь в мучениях на алтаре.
Все стражники вышли.
— Чего такой спокойный? — спросил я Тамагора, когда вновь трижды щёлкнул замок. — Смирился что ли?
— Не хочу их злить, — он сел на пол, опёршись спиной о стену. — Всё равно самим отсюда не выбраться. Нужно дождаться, когда Кемала и остальные нас вызволят.
— Ты знаешь, где живёт Талиас?
— Никто не знает.
— А Кемала? Самитра?
— Никто.
— Как это? — не понял я. — Они же открывают портал в его убежище.
— Ты можешь переместиться только в то место, где уже был раньше. Но если попал туда с помощью чужого портала, откуда тебе знать, где оно находится? Серый коридор без окон и опознавательных знаков… Ломи научил девчонок этой магии, он перемещал их и в своё жилище, и в логово Талиаса.
— Выходит, они вам не доверяют.
— Они осторожны. Мы — всего лишь бойцы. Нас могут поймать, кинуть в клетку, пытать… Моя смерть будет не так заметна в борьбе со злом, как смерть Ломи или Талиаса.
 
Хитрые старые хрычи. Хотя, может, Ломи и не стар. Не важно. Что сейчас делать нам? Просто сидеть и ждать? Долго?
— Тебе и вправду нравится моя сестра? — вдруг спросил Тамагор после небольшой паузы.
Только не это. Нас заперли тут ради развития любовной ветки сюжета? Да, я теперь лишь программа, и мне никогда не светит реальный перепихон, но тратить время на псевдо отношения с неписью точно не собираюсь. Нужно найти способ сбежать отсюда, либо скоро меня как агнца повезут к алтарю.